Грешная женщина - Дениза Иган

Морган посмотрела Уорду в глаза.

– Я никогда не думала, что он собирается меня убить. Ему было нужно… – О Боже, этого она произнести не может! Это слишком ужасно. – Я не хотела его убивать. Я только хотела, чтобы прекратилось издевательство.

– Эта статуэтка – она была тяжелая?

– Я ее подняла довольно легко.

– И ударила его по голове?

– Да.

– А после этого он умер? Как?

– Как? – в замешательстве спросила она. – Ну, он упал.

– Сразу же? Подумай как следует, Морган.

Ричард отшатнулся, схватившись за голову. Сквозь его пальцы сочилась кровь, но его неестественное веселье только усилилось.

– О, так ты сопротивляешься? – сказал он. – Мне это нравится.

«О Боже милостивый!» – подумала Морган, уронив статуэтку. Она сделала еще хуже…

– И тут выражение его лица изменилось. Рука скользнула к груди, он застонал, лицо исказилось от страха, он упал на колени.

– О нет, – прошептал он. – Только не сейчас.

Морган в ужасе шагнула вперед. Он упал на руку и перекатился на спину. Через секунду из горла раздалось жуткое бульканье. Морган упала на колени рядом с ним, прижав руку к его голове, чтобы остановить кровь. На похоть в глазах Ричарда наползала тьма, он испуганно смотрел на Морган.

– Доктора, – выдохнул он. – Пошли… пошли… – Глубокий вдох, лицо исказилось от боли. – Слишком поздно… слишком поздно…

Тьма завладела его взглядом. Дыхание остановилось. Он был мертв.

– Нет, – сказала Морган, отталкивая от себя кошмар тех мгновений. – Прошла минута, а то и две.

– Он что-нибудь говорил? Орал? Кричал?

– Он попросил послать за доктором.

– И все?

Морган нахмурилась. Какое это имеет значение?

– Он сказал «не сейчас». А потом умер.

– А что делала ты?

Морган поморщилась:

– Пыталась остановить кровь.

– Ты кого-нибудь позвала? Послала за помощью?

– Н-нет. Я убила его и… – Она вздохнула. – Я ведь даже не американка, Уорд. Я испугалась. Он был очень богат. Я не хотела его убивать, но кто бы мне поверил? Поэтому я украла те деньги, что были при нем, взяла кеб и уехала на железнодорожную станцию, а там дождалась, когда прибыл поезд из Нью-Йорка. Остальное ты знаешь.

– Ты купила билет на пакетбот до Бостона. А что ты собиралась делать здесь?

– Подумала, может, что-нибудь подвернется.

– Так, значит, – сказал Уорд, и в его глазах зажглись крошечные веселые огоньки, – у тебя вообще не было плана?

– Нет. Мне хотелось просто остаться в живых.

– А это, моя дорогая, – произнес он, едва заметно улыбнувшись, – желание каждого человека.

Морган склонила голову набок.

– Каждый хочет сохранить мне жизнь? Как мило с их стороны!

Его глаза сверкнули, но тут истер Хантингтон заявил:

– Только в планы филадельфийского отделения полиции это не входит.

Морган сердито посмотрела на него. Изящество слона в посудной лавке, а мозгов еще меньше. Почему, черт возьми, Уорд выбрал его в друзья?

– Как всегда, Эдвард, твое умение поддержать разговор меня поражает. Если бы ты родился собакой, то был бы бульдогом, – сухо бросил Уорд. – А в общем, мы несемся вперед на всех парусах. Как ты узнал об обмане, Эдвард, и почему такая спешка? Ты мог просто написать мне письмо.

Эми гневно глянула на Эдварда и ответила вместо него:

– Я подслушала, как несколько дней назад на балу какие-то люди разговаривали о Грешной Вдове. – Взгляд ее нежных голубых глаз упал на Морган. Она снова наклонилась и взяла подругу за руку. – Мне очень жаль, милая, – сказала она. – Оказывается, кто-то из известных бостонцев увидел тебя. Полиция Бостона телеграфировала в Филадельфию, и теперь они собираются устроить, облаву по всему городу.

– О Господи, – прошептал Уорд.

Все мысли в голове у Морган спутались. Боже они ее нашли! Но как? А все потому, что ее убаюкало ложное, ощущение безопасности.

– Не нужно было снимать парик, – прошептала она. – Но стояла такая жара, а я так… изменилась. Я и не думала, что кто-нибудь меня узнает…

– Очевидно, – влез со своим змеиным языком Эдвард, – вы слишком изменились. А ваше положение убедило многих, в том числе и полицию, что вы носите ребенка Тернера.

Все в голове у Морган словно взорвалось. Она в ужасе уставилась на Уорда, а потом процедила сквозь стиснутые зубы:

– Ну давай, спрашивай.

– У меня нет вопросов.

– Я в любом случае отвечу. Это твой ребенок. Должна ли я сообщить подробности, мистер Хантингтон? С радостью окажу вам такую любезность! – рявкнула она.

Эдуарду хватило учтивости покраснеть.

– Мне это ни к чему.

– Я никогда в этом не сомневался, дорогая, – сказал Уорд.

– Все гораздо хуже. Еще один гвоздь в крышку гроба, – продолжал мистер Хантингтон. – Тернер оставил все состояние – ходят слухи, что там около сорока тысяч долларов, – своему отпрыску.

Уорд вздрогнул. Эми широко распахнула глаза.

– Если же он умрет бездетным, все состояние доверительным фондом переходит к миссис Тернер со следующим условием: если она умрет в течение пяти лет, то деньги перейдут единственному племяннику Тернера, Кеннету Тернеру. Соответственно, Кеннет просто одержим идеей поймать миссис Тернер и повесить ее до того, как она произведет на свет ребенка. Ну, а в интересах миссис Тернер заявить, что ребенок от ее бывшего мужа, и таким образом унаследовать все.

Морган закричала:

– Да как вы смеете обвинять меня?! Боже милостивый, у меня есть понятие о чести!

– Разве? Откуда же, – мстительно напомнил Эдвард, – если у вас нет денег?

Уорд сделал глоток бренди и сказал:

– Заткнись, Эдвард.

– Ребенок будет носить фамилию Тернер, – договорил Эдвард, садясь в кресло, – и деньги, моя дорогая, вам не достанутся.

Уорд задумчиво наморщил лоб и тоже сел, глядя на Морган. Помолчав немного, он сказал спокойно и ровно, словно ничего особенного не произошло:

– Все изменится, если он будет носить мою фамилию. Морган, ты окажешь мне честь стать моей женой?