Сотвори себе удачу - Ольга Островская

Люда вышла из лифта. Охранник уже ждал ее на лестничной площадке. Тетка поехала дальше. И этажом выше вышла. Загремели ключи. Она вошла в квартиру над Татьяниной. А Гена все не открывал.

Наконец за дверью послышались шаги. Охранник прижался к стене, держа руку в кармане, пока не открылась дверь. Люда сразу предупредила, чтобы в квартиру он не заходил.

– Привет! Заходи!

– Здравствуй. – Люда в нерешительности остановилась в прихожей. – Как она?

– Ничего! Я ее уговорил пообщаться с тобой. – Гена искал гостевые тапочки. Одну он нашел быстро, а другая куда-то запропастилась. – Не найду другую! Слушай, надевай мои… – Он вылез из своих роскошных кожаных, на меху бахил.

– Да не надо! Я так, в носках…

– Надевай, надевай. Я себе найду другие. – И он выволок из шкафа обрезанные валенки. – Я эти больше люблю. Иди на кухню. Она сейчас выползет.

На кухне был бардак. Кругом стояла грязная посуда. Какие-то сухие корки валялись на столе. Люда встала у окна рядом с засыхающими на подоконнике цветами.

– Вот и мы! – бодренько говорил Гена, вводя, почти неся жену.

Татьяна была ужасна. Опухшая физиономия, затекшие глаза делали ее просто неузнаваемой.

– Что, хороша? – прохрипела она.

– Таня! Что? Что случилось? – вырвалось у Люды.

– А! – махнула Татьяна рукой и рухнула на стул.

– Вы тут, девочки, пообщайтесь, а я – на репетицию… – засуетился Гена.

– Давай, давай, вали отсюда! – забурчало то, что осталось от Татьяны.

– Людочка, там кофе, чай… Я не успею. Ты уж сама там… – И он исчез.

После его ухода Таня долго трясла головой, делала какие-то странные движения руками. Люде стало не по себе, и она уже подумывала, не уйти ли ей отсюда.

– Сиди! – вдруг, словно прочтя ее мысли, сказала Таня. – Посиди! Я сейчас приду в себя, – начала она уже совсем другим, просительным тоном. – Налей-ка мне рюмаху! Там на подоконнике…

За цветочным горшком стояло полбутылки «Гжелки». Тут же стоял и стакан, обычный, граненый. Люда протянула Тане полстакана водки:

– Хватит?

Та залпом выпила, сморщила свое и без того скукоженное личико, посидела мгновение и вдруг на глазах стала преображаться.

– Тебе, конечно, лучше было бы не приходить… Но раз пришла, придется меня выслушивать! – грозно предупредила она.

– Что-то случилось? – Люда старалась произвести впечатление отзывчивого и заинтересованного лица.

– У Геньки любовница.

– Да ты что! – сказала Люда скорее из вежливости, чем из сочувствия. Она-то тут при чем?

– Раз пришла… – начала Таня, но перебила сама себя: – Ты – моя должница: изо-ля-цию не сделала, – с трудом выговорила она. – Теперь отдувайся, слушай пьяные жалобы… Может, поедим что-нибудь? – вдруг сказала она совершенно трезвым голосом.

Люда поднялась помочь.

– Сиди! Я сама! – Татьяна не без труда поднялась со стула, открыла холодильник. – Вот гад, ничего не готовит! Это у него протест такой! – Она вытащила свертки, какую-то банку без наклейки. Бросила все на стол. – Давай налегай!

– Да я не хочу.

– Как хочешь… – махнула она рукой. – В общем, так! – начала она, засунув в рот кружок докторской колбасы. – Может, выпьешь?

– Нет, я водку не пью, ты же знаешь, – замотала головой Люда.

– Да-да, помню. А как тот американец? – попыталась она улыбнуться, но тут же схватилась руками за губы. Губы были искусаны, потрескались, и на верхней от улыбки появилась капелька крови.

И в этот момент у Люды проснулась жалость.

– Тань, милая моя, да наплюй ты на него! – вдруг посоветовала она.

– Я его выгоню! – твердым голосом пьяного человека ответила та.

– Но он ведь не выгоняется? – осторожно предположила Люда.

– Ни в какую…

– А чего выгонять! Ты его просто избаловала. Развлекался на готовом. Ты же сама актриса… – пробовала Люда нащупать правильную линию.

– Да какая я актриса… – неуверенно запротестовала бедная Таня.

Люда вдруг почувствовала, что это то, что надо.

– Актриса! – настаивала Люда, ее просто распирало от желания утешить эту маленькую несчастную девочку. – И пусть он тебя тоже устраивает актрисой работать. Пусть там со своей режиссершей роль тебе найдут!

– Так ведь режиссерша и есть любовница!

– Вот пусть и замаливает грехи! – Люда и сама удивлялась, откуда у нее появился такой напор, но она чувствовала, что несет ее в правильном направлении.

– Ты думаешь? А как же мои магазины?

– А магазины… – Тут произошла небольшая заминка, но Люда ловко вывернулась. – Магазины отдай в аренду. Или еще лучше, найми кого-нибудь вместо себя.

– Кого же я найму? – Татьяна смотрела на нее снизу вверх, явно поддаваясь на уговоры.

– Это не проблема! – Люда вдруг вспомнила про Лауру, просто больше она никого не знала из людей, имеющих отношение к торговле. – Я тебя познакомлю…

– Правда? – У Татьяны глазки загорелись, как у ребенка.

– В общем, главное – чтобы он начал о тебе заботиться, а не ты о нем… А если не захочет, пусть катится!

– Да, ты совершенно права! Не захочет – пусть катится! – храбро повторила Татьяна. – Ох, Людка, как ты вовремя пришла!

– А где Виталик?

– Так в школе, – после некоторой паузы вспомнила Татьяна.

– Он-то на чьей стороне?

– Мы ему не говорили, – очень серьезно сказала Татьяна.

– А то он не видит… – Люда обвела глазами погром на кухне. Таня сделала то же самое.

– Да, я вижу, – закивала она виновато.

– Надо его на свою сторону перетянуть.

– Ты – стратег! – восхитилась Татьяна.

– Давай приводи себя в порядок и вечером все ему скажешь! Договорились?

– Да? – недоверчиво согласилась Татьяна.

– Я не могу больше у тебя сидеть! Понимаешь, я ведь замуж за этого твоего американца выхожу.

– Да ты что!

– Правда! Он послезавтра приезжает, мы женимся и едем в Америку!

– Ну ты даешь! – восхищенно опять снизу вверх посмотрела Татьяна. – А мы к тебе приедем!

– Здорово! Ладно, давай, я пойду. И позвоню тебе насчет человека. Вечером. Но ты уж будь молодцом! – И она поцеловала ее в темечко.

– Все будет в порядке! Я же железная женщина!

Она действительно вдруг почти легко вскочила со своего стула и пошла за Людой в прихожую.

– Как ты вовремя пришла! – все приговаривала она. – Что бы я без тебя делала!