Твой соблазнительный обман - Александра Хоукинз

Энтузиазма у нее несколько поубавилось, когда они с леди Арабеллой обошли весь зал в поисках ее сестры, – стало очевидно, что леди Фейрлэм в зале нет. Но когда один из лакеев подтвердил, что маркиза с супругом на балу, две подруги поднялись наверх, проверить открытые галереи, тянущиеся вдоль огромной лестницы и ведущие в различные комнаты.

– Наверное, Темпест стало плохо от жары, – предположила леди Арабелла, и Оливия с ней согласилась.

Лишь когда дамы подошли к небольшой гостиной и услышали спор мужчины и женщины, Оливия тут же пожалела об их решении. Потом она узнала недовольный голос лорда Фейрлэма и коснулась руки своей спутницы, чтобы остановить ее.

– Нельзя вмешиваться, – прошептала она.

Из гостиной доносились приглушенные всхлипывания маркизы.

– Я нужна Темпест, – заявила леди Арабелла, ее красивое лицо исказила мука. – Я чувствовала, когда мы ездили по магазинам, что у них что-то не так, но она все отрицала.

– И долго ты от меня намеревалась это скрывать? – От приглушенной ярости лорда Фейрлэма обе девушки по эту сторону закрытой двери вздрогнули.

– Я не собиралась тебя обманывать, Шанс, – со слезами ответила его жена. – Сперва я сама не была уверена…

– А позже? Господи, женщина! Ты все знала целых два месяца и ничего не говорила мне, собственному мужу!

– Вы и сами не без греха, милорд. Знали и не стали развеивать или подтверждать подозрения! – крикнула в ответ леди Фейрлэм. – Просто молчали.

Раздался глухой стук, как будто кто-то что-то свалил на пол.

– Да. Я подозревал. А как же иначе? Однако это обязанность твоя, моей жены, сообщить мне, что ты ждешь нашего ребенка! – Повисла зловещая тишина. – Если только ты не собиралась от него избавиться. Ты поэтому отправилась к своей матери?

– Ну, это уже слишком, Фейрлэм! – возмутилась маркиза.

Леди Арабелла, как и Оливия, стояла словно громом пораженная.

– Я должна разыскать матушку, – прошептала она с глазами, полными слез. – Она знает, как поступить.

– Подождите, – Оливия поспешила за подругой. – То, что мы подслушали, – дело семейное, между мужем и женой. – Она догнала леди Арабеллу и крепко схватила за руку. – Нельзя вмешиваться. Ни ваша сестра, ни лорд Фейрлэм не скажут вам спасибо за то, что вы все рассказали вашей матери. Кроме того, я не понимаю, почему ваша сестра скрывает новость о своем положении. Это же радость для обеих семей.

Леди Арабелла безрадостно взглянула на подругу.

– Для одних да. Но не для обеих.

– Не понимаю.

– Это дела семейные, – холодно отрезала ее приятельница. Оливия как будто пощечину получила. – Если Темпест и Шанс ссорятся, матушка должна об этом знать.

– Я пойду с вами… – начала Оливия.

– Нет! – леди Арабелла высвободила руку из рук Оливии. – Оставайтесь здесь, следите за дверью.

– Не буду! – отказалась Оливия, отходя от подруги. – А если меня поймают на горячем? Если ваша сестра или зять увидят меня? Они сразу поймут, что я подслушивала.

Ее подруга поморщилась и раздраженно топнула ножкой.

– Тогда не попадайтесь им на глаза. Если Шанс оставит мою сестру одну, я хочу, чтобы вы за ней присмотрели. Если она захочет уйти, скажите ей, что мы с матерью уже спешим к ней на помощь.

– Мне как-то неуютно от всего этого, – Оливии было крайне неприятно разочаровывать подругу. – Это вторжение в чужую жизнь.

– Отлично, тогда не нужно мне помогать! – Леди Арабелла развернулась и зашагала по коридору.

Оливию душило чувство вины, но она следовала за подругой, пока они не дошли до открытой галереи. Она кусала губы, глядя в спину спускающейся по лестнице леди Арабелле.

– Это неправильно! – бормотала она. – Если Фейрлэмы поймают меня за тем, что я за ними шпионю, сплетен я не переживу. Леди Фелстед откажет мне от дома, и я никогда больше не смогу посещать Мальстер-Парк. Торн и Гидеон никогда больше не будут со мной разговаривать, а отец отошлет меня назад в Тревершем-хаус до конца сезона.

Погруженная в собственные мысли, она и не заметила, как осталась одна, пока внезапно не осознала, что ее окружили трое джентльменов.

Один из них пихнул второго локтем в бок.

– Я же говорил тебе, что не все самое интересное – внизу.

Леди Миллисент кокетливо предложила пойти полюбоваться садами графини вместо того, чтобы оставаться в переполненном зале. Торн вспомнил, как в юности они с дамой, которая сейчас шагала рядом с ним, пару раз сбегали в ее сад и срывали поцелуи с губ у друг друга. Сам Торн был движим скорее любопытством и предвкушением возможности изведать что-то новое и запретное, чем искренним влечением. Вскоре после этого он отправился в школу-интернат, и эти невинные поцелуи забылись.

– Я предпочел бы прогуляться по открытой галерее леди Перлс. Слышал, у нее довольно внушительная коллекция картин, – предложил он и повел ее к главному входу в бальный зал. Он мало что знал о коллекции картин графини, но Рейнбо говорил ему и Сент-Лиону, что она недавно обновила верхнюю галерею к балу.

– Вас заботит моя репутация, Торн? – слегка поддразнила его леди Миллисент.

– Скорее, под вопросом будет моя репутация, – искренне ответил он. – Уверен, что ваш отец давным-давно советовал вам избегать общения с близнецами Нитервуд.

– Я предпочла не прислушиваться к этому совету.

Торн и леди Миллисент неспешно шагали по главному залу. Кто-то из знакомых молодой женщины кивал и улыбался, когда они проходили мимо, – Торн острил, что за ними пристально наблюдают. Когда мама об этом узнает, засыплет вопросами.

– Какие такие семейные дела вы хотели обсудить со мной наедине? – поинтересовался он.

Леди заколебалась.

– Поговорим наверху.

Торн предпочел не перечить ей ради их семей, но у его терпения тоже есть границы.

– Мои друзья ожидают моего скорейшего возвращения. У нас другие планы на вечер.

Вместо того чтобы как-то отреагировать на его неприкрытую попытку высвободиться из ее коготков, она стала медленно подниматься по лестнице.

– А вашего брата сегодня на балу нет?

– Нет.

– Разве это не странно? – вслух размышляла она. – Когда я мысленно представляю себе вас с братом, он всегда рядом с вами.

– Не всегда. – «И уже давно».

– Такова жизнь, – с тоской протянула леди Миллисент. – Взрослея, мы все меньше времени проводим с теми, кого любим.

Это невольное замечание вызвало у него досаду, как и большинство разговоров, в которых фигурировал Гидеон.

– Такова природа вещей.

Как только они достигли верхней ступени лестницы, Торн обвел взглядом галерею. Гости леди Перлс добрались уже и сюда. В галерее повсюду стояли небольшие группки, восхищаясь картинами, мраморными статуями, древним оружием и гобеленами, которые были на всех стенах и в альковах. Круглая галерея соединялась, по меньшей мере, еще с тремя коридорами и огромным прямоугольным салоном.