Мой Рон - Хельга Петерсон

— То и значит, Рита, — Майрон невыразительно пожал плечами. — Нет. Женщины у меня нет. Меня попросили составить компанию одной девушке — дальней родственнице. Отказаться я не мог.

Из лёгких помощницы вырвался неправдоподобный вздох.

— Жаль… — Амрита деланно надула губы. — Я уже подумала, что ты действительно оставишь меня в покое… Но я знаю большинство твоих родственниц. Что за девушка?

— Она не относится к прямой родне… Неважно, — Рон отвернулся к картине и стал всматриваться в «увеличенный грифель».

— Красивая?

Чёрт. Это ведь не могло так просто закончиться…

— Симпатичная, — небрежно бросил он.

Рита невесело хохотнула.

— Не будь таким жадным, Майрон.

Но как еще назвать Хейли? Привлекательной? Сексуальной? Да, возможно, но не Амрите же об этом говорить.

— Она действительно симпатичная.

— Уверена, про меня ты тоже говоришь «действительно симпатичная». Сколько ей лет?

О Боже. Рон закатил глаза, скрестил руки на груди. Он демонстративно смотрел только на картину, но помощницу это не могло сбить с толка.

— Мы пришли за картиной, — попытался напомнить Майрон.

— Ты пришёл, — хмыкнула Рита. — Вместо меня здесь ждали симпатичную девушку. Сколько?

Временами Амрита напоминала акулу, преследующую маленькую рыбку. То есть не временами. Всегда. Иногда проще ей сдаться.

— Двадцать пять.

— Боже! — девушка всплеснула руками. — Милашка! И ты действительно всего лишь водил её на выставки?

— А должен был делать что-то еще? — дёрнул бровью Майрон.

— Никаких чашек кофе у тебя дома поздно вечером после мероприятия?

Он устало вздохнул. Поднял руку и прикрыл глаза.

— Рита…

— Жаль, — продолжила она. — Действительно, жаль. Со своей прошлой как-её-там ты расстался полгода назад.

— Ты не можешь этого помнить.

— В моём органайзере стоит дата покупки прощального букета.

— Чёрт, — рука упала и повисла вдоль тела.

— Так что… — Амрита состроила многозначительную гримасу. — Может быть ты всё-таки вернёшь милашку под своё крыло?

Впервые в жизни Амрита Шетти напоминала сваху. И чью? Хейли Темпл! Той самой Хейли, которая назло всему миру купила золотой кошмар, через мучения ходила в больших туфлях, и до чертей нервировала своими бёдрами, пританцовывая под латину.

— Тебе-то какое дело? — вздёрнул брови Рон.

Помощница глубоко вздохнула.

— Пойми, Майрон, когда счастлив ты — счастливы все вокруг. Я, — она ткнула в себя пальцем, — в первую очередь. Если бы у тебя была милая симпатичная девушка двадцати пяти лет, ты бы взял её на ручки и понёс в Бирмингем, чтобы устроить тест-драйв отельных кроватей в перерывах между работой. Но вместо этого ты отправил в Бирмингем меня.

— Ты тоже могла устроить тест-драйв…

— Майрон, милый Майрон, — Рита заговорила тоном психиатра. — Пожалуйста, верни себе милую девушку. Дай мне пожить нормально.

Её пламенную речь прервал очередной стук шагов. Майрон резко крутанулся на пятках к проходу в белый коридор: оттуда появился смотритель, заложив руки за спину и глядя в пол.

— Кхм… — сипло выдавил он. — Прошу прощения. Только что звонили насчёт картины, хотели приехать, забрать…

Слава богу! Кто-то должен был заткнуть Риту хоть ненадолго.

— Мы её берем, — выпалил Рон, спрятал руки в карманы брюк и направился к мальчику. Помощница осталась стоять, не двигаясь. Пыталась оправиться от поражения в споре, или подыскивала новые аргументы, неважно.

— Отлично! — обрадовался смотритель. — Сейчас мы всё быстро оформим.