Мой Рон - Хельга Петерсон

— Мам, их здесь нет! — прокричала Эмма со стороны ванной.

— Я точно помню, что раскладывала на батарее! — последовал ответ.

Хейли подняла руку и уронила на лицо.

Похоже, джинсы исчезли вообще.

Похоже, пора переезжать.

Всё из-за той дурацкой визитки, которую длинноволосая брюнетка втолкнула ей в «Чёрной кошке». Если бы не визитка, всё шло бы как шло. Но кусок картона заставил влезть в интернет, найти сайт клуба, почитать и задуматься. А что, если действительно всё бросить и переехать в Лондон? Убедить маму, бросить «Офистайм» и переехать. Не к тёте Элле, конечно, а найти какую-нибудь кладовку, стоимость которой не будет казаться стоимостью самолёта. Когда Хейли рассматривала фотографии из клуба и видео с выступлений, ей на какое-то время показалось, что всё ещё может быть.

Робкий стук во входную дверь нарушил ход мыслей. Несмотря на свою робость, он сумел заставить замолчать Эмму и тётку, общающихся на тему джинсов где-то в районе спальни последней.

— Дамы, к вам можно? — раздался веселый мужской голос.

Брент приехал. А Эмма бегает по квартире в трусах. Прелесть.

В подтверждение этого через пару секунд в спальню влетела кузина. Прижимая к груди джинсы, она подпёрла дверь голой спиной и уставилась на Хейли круглыми глазами.

— Я не успела! — громким шёпотом выпалила она. — Иди к нему.

Хейли села на кушетке.

— Зачем?

— Мама уже бросилась доставать свою чайную коллекцию. Спаси его!

— Бедняга…

Чайная коллекция — это серьезно.

— Я не шучу, Хейли. Иди туда.

— Он взрослый мальчик и в состоянии справиться с одной пожилой женщиной.

— С этой женщиной может справиться только его брат, — шикнула Эмма.

Это замечание вызвало ухмылку. Разве может?

— Не может, — хмыкнула Хейли. — Даже сильные мира сего пьют чай тёти Эллы.

Джинсы чуть не выпали из рук кузины.

— Да ладно!

— Ага.

— Бедный Майрон! — Эмма тихо хохотнула. — Но ты всё равно должна спасти Брента.

— Я понятия не имею, что мне делать с твоим бойфрендом.

— Ничего с ним не делай, — она отошла от двери и приоткрыла её на дюйм. — Сделай что-нибудь с мамой.

Легко сказать. Хейли вздохнула и поднялась на ноги. Кузина сделала еще один шаг в сторону и вытолкала её в коридор, тут же закрыв путь назад. Нашла спасительницу… Хотя всё не так плохо. Общаться с Брентом было в разы легче, чем с его братом, а в этом деле она уже могла считать себя кандидатом спорта по дартсу.

Хейли поправила футболку и ступила за угол. Там уже шумел чайник и звенела посуда.

— Миссис Маршалл, не стоит суетиться, правда, — донёсся мужской голос. — Внизу стоит такси, нельзя заставлять водителя ждать.

— Так, может, отпустить его? Вызовите другое.

Чай — это святое. Ради него можно даже отпустить такси. Хейли откашлялась и преодолев оставшееся расстояние, вышла из тени.

— Тётя, тебя звала Эмма, — заявила она с порога.

Тётка замерла с заварочным чайничком в руках.

— Да? — её глаза за стёклами очков подслеповато сощурились.

«Сделать что-нибудь с мамой»? Пусть делает это сама. Хейли интенсивно кивнула.

— Ага. Что-то, связанное с джинсами.

— А-а-а… — неуверенно протянула женщина.

— Я сама сделаю чай.

Она колебалась. Фарфор в её руках призывал остаться, но материнский долг всё-таки пересилил. Тётя Элла отставила посуду на стол и вышла из кухни. И всё? Так просто? Хейли метнулась к чайнику и выключила его, не дав нагреться до кипения. За спиной раздалось тихое цоканье.

— Обманщица, — прошептал Брент.

Какая чёрная неблагодарность! Она крутанулась на пятках и сузила глаза.

— Мне позвать её назад?

— Нет, — мужчина поднял руки в защитном жесте. — Не смей.

— Ай-ай-ай, — покачала головой Хейли.

— Не говори ничего.

— Потрясающая чайная коллекция…

— Замолчи…

— Пятнадцать видов…

— Хейли… — Брент спрятал лицо в ладонях.

Она не стала продолжать. Несколько секунд бойфренд Эммы смотрел на неё сквозь пальцы, потом тихо прыснул и сдавленно засмеялся. Губы Хейли дрогнули. Нет, ему невозможно противиться. Он просто очаровательный гад. Она закрыла рот ладонью и захихикала.

— Что, Брент, напился чаю на год вперед?

— На два, — кивнул он.

— А такси правда ждёт?

Мужчина кашлянул в кулак и с опаской оглянулся на дверь.

— Я думаю, нет. Придётся опять вызывать или ехать на метро.

Он замолчал. Снова посмотрел на дверь, потом задел рукав серого пуловера и взглянул на электронные часы на запястье. Волновался. Хейли привалилась спиной к рабочей столешнице, и скрестила руки на груди. И о чём еще с ним говорить?

— Как ты провела эти дни с Роном? — вдруг заговорил Брент.

Она фыркнула. Случайно. Нельзя же фыркать, когда речь идёт о чьем-то родственнике!

— Нормально.

— Ну и как тебе мой брат? — хитро ухмыльнулся бойфренд Эммы.

А это уже нетактично. Но Хейли всё равно изломила губы в ухмылке. Зло на Мэнсона давно прошло, осталось только принятие его натуры, которая, тем не менее умеет поворачиваться светлой стороной.

— Ужасный засранец, — беззлобно констатировала Хейли

Почему-то она была уверена, что Брент не обидится. В доказательство этому он закинул голову назад и хохотнул.

— Точно, — мужчина закатил глаза. — Но на его месте любой стал бы засранцем. Всё детство сверстники обзывали его выродком, отлавливали и били. До тех пор, пока Ронни не научился давать сдачи. Так что… у него не было выбора. Он должен был стать броненосцем.

В квартире хлопнула одна дверь, скрипнула другая, и снова хлопнула. Хейли не отреагировала на звук. Её глаза расширились до размера фунта, а в кухне вдруг стало нечем дышать.

Это же шутка?

Но Брент на неё не смотрел. Он уставился в окно и задумчиво прочесал пальцами волосы.

— Дети — злые твари, — бесцветно сообщил он. — Если взрослые умеют себя сдерживать, то дети — как стая собак. Им даже «фас» говорить не надо. Родители обсуждают кого-то и думают, что их не слышат, а дети потом приносят всё это в свою компанию и начинают моделировать отношение родителей на практике.

Брент замолчал. Хейли смотрела на его задумчивое лицо, боясь вдохнуть. Что это только что было? Что это, на хрен, было? Он говорил о Майроне? О том самом собранном, серьёзном Майроне?