Шипы и розы - Лана Каминская

– Она подумает, что мне опять стало плохо...

– Что-то мне в это не верится. Так. Ладно. Лекарство при вас?

– Я не взяла его. Не думала, что мы после Девона завернём в «Буки» и останемся здесь на ночь.

– Чёрт. Оно всегда должно быть с вами. Всегда! Ясно? Я сейчас.

– Куда...

Малеста не успела договорить, как Тим уже вернулся. Ещё одна полоска ткани была оторвана от рубашки и смочена во всех возможных ароматных настойках, как разлитых по полу, так и уцелевших во флаконах.

– Поднесите к носу и держите. Не морщитесь – в вашем состоянии сейчас не до привередничества.

– Тут намешано всего подряд...

– Знаю. Так и надо. Чем резче – тем больше шансов, что вы не окажетесь внезапно без сознания.

– Одна мысль о том, что миссис Мерит может застукать меня на этой кровати, заставляет меня держаться.

– Вот и держитесь, и тряпку у носа тоже держите. А ещё ложитесь поудобнее и попробуйте уснуть.

– Если я усну, то точно позора не избежать. 

– Я разбужу вас. Слуги проснутся не раньше, чем часа через два. Так что у вас достаточно времени, чтобы вздремнуть.

– Вы точно меня разбудите?

– Не доверяете?

– Боюсь оказаться в центре очередного розыгрыша.

– Ваша подозрительность не лишена смысла, но... – Тим снова опустился на пол, снова прислонился спиной к краю кровати и вытянул ноги вперёд. – Сегодня обойдёмся без шуток. Спите. Я прослежу за вашим дыханием и разбужу, когда настанет момент. Обещаю, что мы вернёмся в дом незаметно для всех и уж точно до того, как миссис Мерит спустит ноги с кровати.

Малеста не ответила. Укрывшись накидкой, она подложила руку под голову и закрыла глаза. Усталость была столь сильной, что сон пришёл в ту же минуту. А Тим всё болтал и болтал, пока вдруг не остановился и не обернулся. Увидев, что Малеста мирно дремлет и даже улыбается во сне, хмыкнул и сладко потянулся. Его тоже разморило, и Тим даже пару раз ударил себя по щекам, чтобы взбодриться. Получилось, однако эффект длился не больше пяти минут, и спустя некоторое время Тим уже потихоньку клевал носом, затем вздрагивал, просыпался, вставал, ходил по комнате, выглядывал в окно, каждый раз убеждаясь, что в доме по-прежнему все спят, снова устраивался у кровати и снова принимался дремать, при этом чутко реагируя на каждый шорох, включая шелест листьев на улице и возню белок среди травы и сухих, обломившихся веточек. И так продолжалось до тех пор, пока сон не победил и Тим не уснул так крепко, как обычно спал после нескольких карточных раундов в «Сорняках», когда мозг был уже настолько отравлен табаком и алкоголем, что не соображал ничего, а только отключался, стоило Тиму развалиться на диване или широком кресле, и включался не раньше полудня следующего дня...

*Кносский лабиринт – в древнегреческой мифологии сложное сооружение со множеством запутанных переходов, спроектированное легендарным изобретателем и инженером Дедалом на острове Крит. Согласно афинской мифологии лабиринт был так хитро построен, что сам его создатель едва смог выбраться оттуда. В лабиринте заключили чудовище-людоеда Минотавра, на съедение которому афиняне должны были отправлять семь юношей и семь девушек ежегодно. Предназначение лабиринта состояло в том, чтобы удерживать чудовище и не дать ему выбраться наружу. Позднее на остров в числе юношей для Минотавра прибыл герой Тесей. Его полюбила Ариадна и, чтобы помочь выбраться из Лабиринта, дала ему с собой клубок ниток. Тесей привязал конец нити к двери у входа в лабиринт и, убив Минотавра, благополучно выбрался из запутанных ходов.