Отец-миллионер под прикрытием - Мила Дали

Софья Андреевна, еще с бигуди, ждет своей очереди. Она пощепетильнее меня будет. Вчера вечером почти не спала, делала себе маски — от глиняной до сметанной. Теперь вот мешки под глазами патчами заклеила. Никак не может определиться с цветом костюма. Коралловый или марсала?

— Юбку антистатиком не забудьте побрызгать моей невестке! Сеньора Франциска, уберите эти чудовищные локоны на висках! Маруся — элегантная леди, не делайте из нее старушку!

Софья Андреевна коршуном кружит вокруг стилиста. С руками в боках контролирует каждое движение. Лизка в сарафане с подсолнухами рядом топчется. Матушка уже собрала на голове бабетту и подкрасила губы малиновой помадой.

Поднимаюсь с мягкого табурета. По ту сторону зеркального отражения на меня смотрит счастливая Кошкина. Говорят, я на принцессу похожа, но Лизка добавляет, что с цветами в собранных волосах было бы лучше.

Церемония запланирована на полдень. Потом банкет до рассвета. С учетом дороги, выдвигаемся раньше. Бернардо лично усаживается за руль бронированного внедорожника, за нами едут две машины сопровождения.

— Мария, невестушка моя, только не сутулься! — с переднего кресла заявляет Софья Андреевна. — Я пригласила репортеров и фотографов. Все должно пройти на высшем уровне.

— Конечно.

Матушке не нравятся подобные замечания. Она почти незаметно ерзает, перебирает платок для свадебных слез радости в ладонях.

— Дочка у меня красавица. У нее выправка, как у балерины.

Ай.

Бернардо разгоняет внедорожник по ярким улочкам. Сегодня облачно и не так жарко. Мы покидаем Мадрид.

Алькала-де-Энарес больше походит на город из прошлого. Будто здесь снимали исторический фильм про рыцарей.

— Ну вот и приехали. Бывшая усадьба королей Испании. Мой сын знает толк в организации. Всегда выбирает самое лучшее.

Снова тихонько вздыхаю. Получай ответочку, сватья, не только твоя дочь распрекрасная.

Автомобиль медленно сбавляет скорость. Я вижу больше трех десятков машин. Место рядом с входом на территорию свободно. Софья Андреевна знает испанский и принимает командование на себя.

— Секундочку! — на высоких каблуках семенит к вратам и вскоре возвращается. — Невеста проходит первая, сопровождающие после. Рассаживаются на стулья для гостей.

Преподобные Иммануилы… Коленки не гнутся. Мне холодно. Трепетно. Трудно дышать. Еще чуть-чуть — и я женой стану. Самого лучшего мужчины на свете.

Пытаюсь унять дрожь. Слышу пение птиц и смешанные голоса за воротами. Огромные створки медленно распахиваются. Неуверенно делаю шаг. Посторонние звуки сменяются музыкой. Не вальсом Мендельсона, а более романтичной. Туфлями ступаю на ковровую дорожку, и сердце сжимается, как в тисках. Я вижу арку с белыми орхидеями. Падре.

И его. Боже, какой он красивый! Безупречный! Как всегда.

Марат смотрит на меня, не отрываясь.

Я делаю еще шаг. По обе стороны дизайнерские стульчики. Здесь столько людей незнакомых… Собралась вся элита Испании. Вспышки камер слепят. Новость о женитьбе Райнера разлетится по всему миру. Но мне плевать. Я вижу только его.

Становлюсь рядом. Марат видит мою тревогу и спешит взять меня за руку. Крепко.

Тепло.

Падре в светлом одеянии и золотым куполом на голове раскрывает в руках книгу с письменами. Он что-то говорит, но я словно оглохла. Шумит в ушах. Перед глазами мутная пелена. Еле сохраняю равновесие.

Девочка лет пяти, как маленькая принцесса в розовом платьице, подносит нам подушечку с кольцами. Я бы тоже очень хотела дочку. А Марат настроен на сыновей.

Он берет мою ладонь и надевает кольцо на безымянный палец. Трясущейся рукой беру кольцо для Марата, но оно выскальзывает.

— Оп, поймал! Белоснежка, успокойся уже. Волноваться надо было в первый день знакомства со мной. Сейчас уже поздно.

Беру сильную мужскую руку, осторожно надеваю кольцо. Падре говорит на испанском. Успеваю два раза вздохнуть, и Марат нежно целует меня. Аплодисменты, всхлипы и овации меркнут. Я чувствую вкус возлюбленного мужчины. Приятный свежий запах.

Официальная часть заканчивается, и мы переходим в усадьбу. Королевский антураж, живая музыка. Я вижу людей, и они явно из высшего общества Испании. Возможно, теперь Райнер занял место сеньора Лоренсео. Возможно, между Латинусами и местной знатью наконец воцарится мир.

Рассаживаемся за столы. “Горько!” звучит сразу на двух языках. По правую сторону зала для нас приготовлены подарки. Веселье идет полным ходом, и уважаемые господа уже поснимали свои строгие пиджаки, развязали галстуки. Танцпол забит. Среди чужих лиц не нахожу Марата. Будто исчез.

Я обошла праздничный зал вдоль и поперек. Райнер как испарился. Мне это не нравится. Я двигаюсь на улицу, спускаюсь по мраморным ступеням к дорожке. Голос Марата звучит грубо, отдаленно. Где-то за пределами усадьбы. Приподнимаю пышный подол платья, спешу посмотреть. Толкаю высокую дверь и замираю. Что происходит?

Я вижу четыре грузовика, с горкой наполненные темным виноградом. Рядом в несменной косухе довольный Педро и еще несколько Латинусов. Марат возмущается и размахивает руками.

— У нас проблемы? — подкрадываюсь со спины к мужу.

— Свадебный подарок, Марусь. Педро освобождает территории Лоренсео от винограда. Нам припер. Говорит, не возьмем — возле нашей высотки вывалит. И что мне с ним делать?

— С виноградом или Педро?

Перевожу внимание на Латинусов. Смотрят на меня настороженно. Они знают, что я умею готовить оливье. Они пробуют этот салат лишь в ночных кошмарах. Если не искупят грехи, то, наверное, после жизни будут вариться в котле с оливье.

— С Педро.

— Ничего не делай. Скажи Латинусу, пусть развезет плоды по бедным кварталам в округе.

— А знаешь, ты права, Белоснежка.

Райнер говорит на испанском, и после недолгих споров Латинусы все же уступают. Я хотела вернуться на банкет, но чувствую спиной крепкие объятья.

— Давай уедем отсюда, Марусь?

— Прямо сейчас? А как же праздник, гости? Тосты скоро начнутся…

— Пофиг… — Муж поднимает меня на руки, быстрым шагом направляется к внедорожнику. — Теперь я тебя похищаю.

Опускает на землю, потом усаживает на заднее сиденье. Сам за руль. Заводит мотор и резко срывается с места.

Ближайший отель Алькала-де-Энарес в нашем распоряжении.

Чувствую мелкую дрожь предвкушения. Уже стемнело, гостиница номерами сияет неоном. Марат выбирает люкс и вихрем утаскивает меня к лифту. На третий этаж. На большую кровать с алыми простынями.

Марат оставляет свет включенным — ему нравится рассматривать мое тело. Господи. Я чувствую на плечах дыхание Райнера. Оно согревает теплом. Марат касается тонкой молнии на моем подвенечном платье, осторожно тянет вниз. Белая ткань с кристаллами слетает нам под ноги.