Здравствуй, груздь! - Екатерина Вильмонт

– Тебе тоже не мешает заняться драматургией. Этодостойный финал!

– Сволочь!

Он рассмеялся и пошел прочь.

– Эй, писатель, погоди!

Он обернулся.

– Возьми ключи, там ведь новую дверь поставили! И оценимое благородство. Я ведь могла бы долго еще не пускать тебя в твою квартиру. Номне это не надо! Пока, ты еще пожалеешь, у нас мог бы быть вполне гармоничный ивзаимовыгодный брак, но… Вольному воля.

Он вернулся на квартиру сестры и в полном изнеможении рухнулна диван. Одному было невмоготу. И он решил позвонить на мобильный Ивану.Может, они пораньше приедут?

Он позвонил с домашнего телефона, и голос Ивана звучалиспуганно:

– Кто это? Что случилось?

– Вань, это я…

– Ты что, у нас?

– Да. Я ушел от Маки. Завтра перееду к себе. Дай мнеДуську.

– Федечка, это правда? – В голосе сестры слышалосьликование.

– Правда. Я все расскажу при встрече.

– Федя, почему у тебя такой голос, тебе плохо там?

– Есть немножко.

– Физически или морально?

– Скорее, морально.

– Федечка, мы сейчас выезжаем. Только, пожалуйста,дождись нас и не делай глупостей.

– Я дождусь, а если под глупостями ты подразумеваешьсамоубийство, то это в мои планы не входит. Ничего рокового не произошло. Япросто исправил ошибку.

Федор ушел от Маки! Ангелина была в смятении. Неужели этоиз-за меня? Да нет, глупости. С какой стати бросать из-за меня такуюхорошенькую, такую молоденькую, полную сил? Ну ничего, они еще помирятся, Макаот своего не отступится, сумеет подольститься к нему. Или он быстро найдет себедругую. Его чувства поверхностны, вкусы изменчивы, он легкомысленный инепостоянный. Совсем не то, что мне нужно. А разве мне вообще что-то нужно?Что-то или кто-то? Разве что немного человеческого тепла. Мужского тепла? Необязательно. Вот Дуся и ее семейство – они такие милые, теплые люди. Она нисловом не обмолвилась о том, что знакома с Федором, о нем вообще речь зашлатолько после его звонка. Дуся с восторгом возвестила, что брат бросил своюдевку. Она явно терпеть не могла Маку. Почему, интересно? Но спрашивать нехотелось. Она боялась обнаружить свой интерес к Головину. Это лишнее. Баськатоже не упоминала о Федоре, да она и не была с ним знакома. Они с Дусей всевремя говорили о покупке домика в деревне. Дуся влюбилась в эти места, Ивантоже, и они пообещали через неделю приехать снова и тогда окончательно решитьвсе вопросы. После звонка Федора они живо собрались и уехали, хотя сначаладумали остаться до утра.

Закрыв за ними ворота, Баська спросила:

– Ты нарочно не сказала, что знаешь его?

– Да нет, просто к слову не пришлось.

– Знаешь, в этом что-то есть…

– В чем?

– В том, что Дуська была здесь, когда пришло известие оего разводе.

– Это не развод. Они еще не женаты. Просто ссора. Онеще сто раз может передумать.

– А ты ему этого не позволяй.

– Как я могу?

– Ты не просто можешь, ты обязана!

– Это почему?

– Потому!

– Не понимаю!

– Понимаешь, прекрасно понимаешь, простопридуриваешься!

– Зачем мне придуриваться?

– От страха! Ты боишься…

– Чего?

– Всего! А он, похоже, тебя любит!

– Ах, боже мой, его любовь… Он Маку тоже любил…

– Ее он не любил! Она ему просто подвернулась вподходящий момент. А вот то, что он примчался в твой двор, почувствовав, чтотебе грозит опасность, это дорогого стоит!

– Брось, Баська, он писатель, он все это придумал!Наверняка оказался там случайно, у нас большой дом, там живет прорва народу,мало ли к кому он приезжал…

– Ну допустим, а ваша поездка в Питер?

– Это от скуки. На этом заседании была такая тоска!

– А его готовность пойти в милицию?

– Ну это просто попытка джентльменства. Да он и неходил наверняка. Ему не до того было, он с Макой ссорился.

– Как ты можешь это знать? Твой мобильник здесь неберет…

– Баська, ты так жаждешь меня с ним свести? –улыбнулась Ангелина.

– Гелечка, у меня сердце кровью обливается, когда я натебя гляжу.

– Я что, такая жалкая?

– Совсем не жалкая. Но такая одинокая…

– Ну и что? А разве мужик – гарантия от одиночества?

– Любимый – да!

– А кто тебе сказал, что я его люблю?

– Полюбишь!

– Баська!

– Ты посмотри, какая у него родня! Дуська, Иван, дети…Давно не видела такой чудной семьи.

– Да, они милые.

– Кстати, Дуська сказала, что ты ей ужасно понравилась,что ты красавица, что она всегда завидовала таким стильным женщинам. И ещесказала, что ты значительная. Вот!

– Приятно слышать.

– Гелька, но он же тебе нравится?

– Да, нравится, но не более того.

– Расскажи, какой он?

– Да я уже говорила…

– Нет, ты просто рассказывала вашу историю, а тынабросай мне его портрет.

– Составить фоторобот? – усмехнулась Ангелина.

– Я не шучу. Вот расскажи мне как на духу, какой он,по-твоему. Начни с внешности.

– Внешность у него приятная. Он немного выше среднегороста, очень широкоплечий, глаза серые с темным ободком, волосы светлые спроседью, уже немного поредевшие, рот красивый, ресницы пушистые, руки большие,мужицкие.

– А голос?

– Голос как голос, ничего выдающегося. Пожалуй, этоотносится ко всему его облику – ничего выдающегося. Но в целом впечатлениеоставляет приятное. Наверное, это все.

– Воспитанный?

– В меру. Даму вперед пропустит, но стул в ресторане неотодвинет.

– Подумаешь!

– Ты спросила, я ответила.

– А тебе хочется, например, приготовить ему что-нибудьвкусненькое?

– Не думала на эту тему.

– А ты подумай!

– Господи, Баська, что ты ко мне привязалась?

– По-моему, Головин – это твоя судьба!

– Ты же его не видела даже! И потом, альянс издатель –писатель штука сомнительная.