Лу за гранью свободы - Марианна Красовская

— Девушку я у него отбил. Красивая?

— Неплохая, — кивнул Булай. — Эта?

— Да. Было не сложно. Увидел, что он ее принуждает к взаимности, не стерпел, защитил, отобрал.

— Чья девушка, откуда?

— Лу, покажи знак. Она моя соотечественница, с Пшута.

— Пшут… забавный остров. Там так много людей…

— Да уж. Перенаселенный. И очень скучный, многие норовят сбежать оттуда.

— Так она не рабыня?

— Нет. Откуда? Да разве у Байда есть купчая на раба? Он ее показывал? Сами ведь знаете закон: рабами могут быть только чужаки, а все чужаки принадлежат тархану того острова, на котором их нашли.

— Верно. Так что же двигает нашим славным другом?

— Лу его отвергла. Он жаждет отомстить и мне, и ей, вот и все. Удел слабых мужчин, не умеющих принимать поражение.

— Это на него похоже, — признал тархан. — Но жалоба есть жалоба. Я обязан вас задержать.

— Это если я тут был, — согласился Эль.

— Да, ваш помощник уже сообщил, что “Креветка” на Гипан не заходила, мы ошиблись. А страница из учетной книги пропала.

— Сколько?

— Тысяча мин.

— Не жирно? — в голосе Эля прорезалось раздражение.

— Пятьсот за вас, пятьсот за девушку. Разве вы цените свое время на меньший вес?

— У меня столько нету. Сейчас нету. И на “Креветке” нету.

— Сколько есть?

— Ну… шестьсот наберу

— Шестьсот сейчас, остальное потом, при возможности. Вы же человек чести?

— Хорошо, я согласен.

Когда Эль и Лу вышли на улицу (там их ждал встревоженный Джанно), капитан потер лицо руками и выругался сквозь зубы:

— Подумать только, твои акции изрядно поднялись в цене. Байд попросил семь мин. А Булай — аж пятьсот.

— Это сколько?

— Около тридцати килограммов.

— Байд — придурок, — усмехнулась Лу.

— Еще какой.

— Ты думаешь, я столько стою? — Лу не казались тридцать килограммов железа чем-то серьезным, но она догадывалась, что здесь это весомая сумма.

— Ты бесценна, рыбка моя золотая. Пойдем на “Креветку”, здесь нам больше делать нечего.

— А Дверь?

— Вернусь потом. С железом.

— Один?

— Тебя не возьму.

Лу нахмурилась, но спорить не стала. Пусть. Она потом ему все скажет — ночью.

25-2

Эль был непреклонен. Сколько она ни просила, сколько ни подлизывалась, он твердо сказал девушке, что ее на Гипан больше не возьмет.

— У меня отличная физподготовка!

— Ты женщина.

— Я умею бегать!

— С арбалетным болтом в спине далеко не убежишь.

— Я стрелять умею!

Эль обхватил руками лицо Лу, заглядывая в глаза:

— Не обсуждается. Я здесь капитан, я командую. Если ты хочешь быть со мной, придется подчиниться.

— А если не хочу, то что? — вспыхнула Лу, сбрасывая его руки.

— Тогда я дам тебе железа, сделаем настоящее клеймо — и иди куда хочешь. Силой удерживать не буду, я не Байд.

— А как же Двери?

— Тирахов куплю. Ты для меня не инструмент, Лу.

— А кто?

— Друг.

Она прикусила губу. Все верно. То, что они один раз переспали, ни о чем не говорит. Друг — это лучше, чем никто, правда?

— Лу, я не понимаю, чего ты добиваешься. Я капитан, я в этом мире гораздо дольше, чем ты. И я мужчина. Ты не у себя дома, вспомни. Здесь нет социального равенства и закона, по сути, тоже нет. То есть он есть, но ты же все видела.

— Да. Тридцать кг железа — и свободен.

— Ну, у меня и вправду репутация. Это и хорошо, и плохо. Многие знают, что у меня есть железо, и готовы на все, чтобы отгрызть от него кусок.

Лу кивнула, а потом прижалась к его груди, обвивая руками. Она и в самом деле поняла.

— Прости. Я хотела тебя защитить.

— Глупая мышка, от кого?

— От всех. Не хочу, чтобы у тебя были проблемы.

Эль, помедлив, обнял ее за плечи, вздохнул, поцеловал в волосы.

— Кто я для тебя? — тихо спросил.

— Мой мужчина, — не раздумывая ответила Лу. — Друг… и не только.

— Вот и славно. Хочешь встать за штурвал?

— Нет, — шепнула она. — Хочу в ванну, а потом в постель. С тобой.

— Хм. Тогда иди мойся. А я пока разберусь с маршрутом.

Когда он вернулся, Лу уже спала. Такая беззащитная, трогательная… обнаженная. Эль погладил ее по волосам, улыбаясь сам себе. Надо же, защитить его! Странная, разве ему нужна защита? В этом мире прав тот, кто хитрее, сильнее и богаче. У Эля было железо. Много. Он никого тут не боялся. Но вот за Лу сегодня переживал. Если бы их продержали в заключении неделю, то знаки на запястьях выцвели бы. И что тогда? Подземелья? Лаборатории? Сам он не сомневался, что сможет сбежать или откупиться, а вот Лу пришлось бы туго. Сможет ли он защитить ее в следующий раз?

Больше рисковать ей не стоит. Есть ведь тирахи. Да, их жаль. Но Лу — важнее.

Решено. Нужно лететь на Ногуар — туда, где лучший питомник. Ну, и на Базу, на склад за железом. Главное, с Байдом не столкнуться.

В дверь затарабанили так, что Лу испуганно подскочила. Эль быстро укутал ее в простыню.

— Капитан, прямо по курсу грозовой фронт. Уйти никак. Вы нужны на мостике.

— Понял, иду.

Лу моргала глазами.

— Пойдёшь со мной? — спросил Эль.

— Это опасно?

— Не опасней, чем в каюте.

— Пойду, конечно.

Эль любил бури, хоть они были и опасны. Но ощущение чистого разгула стихии, мощи природы, бесконечной, безразличной, заставляло его вспоминать, кто он есть на самом деле. Всего лишь песчинка, муравей. Он умрет рано или поздно, а в мире ничего не поменяется. Все так же будет небо, острова, грозы…

Джем, кстати, совершенно зря опасался. Не такая уж это и большая буря. Совсем не голодная. Они пройдут сквозь нее без потерь. Но что с него взять, с мальчишки, он не так уж давно плавает, чтобы разбираться в бурях. А вот остальная команда уже была опытнее. Знала, что делать. Никакой паники, просто укрепляли на палубе то,