Повелительница барсов. Попаданка и строптивый - Дарья Светлая

Надо мной вполголоса спорили двое мужчин:

— Не говори никому!

— Наоборот, необходимо, чтобы народ знал: если древняя повелительница снова будет править, тогда наш клан ждет благоденствие. Возможно, тогда Хамарра вернет нам былую славу. У нас будут чаще появляться котята и рождаться девочки!

Я приоткрыла веки совсем чуть-чуть, ровно настолько, чтобы увидеть Гиала и Рэя. И кто их сюда впустил? Думают, если они наложники, то могут входить в мою спальню как к себе домой?

Вот сейчас доподслушиваю и как следует накажу! Хорошо, что я прикрыта шелковой простыней, не то они бы у меня получили сразу и я не узнала бы, о чем эти двое говорят.

Интересно, где Лиэр? Надеюсь, экс-альфа не придушил его в порыве гнева.

— Ты веришь словам какой-то старой беззубой кошки? С каких пор ты прислушиваешься к женщинам?! — возмутился Рэй Солер.

— Брат, прекрати это ребячество! Ты просто жалеешь, что у тебя отняли власть, и обижен, что она предпочла не тебя.

При этих словах я вспомнила прошлую ночь, и внутри забурлил целый коктейль противоречивых чувств.

Мне было стыдно. В своем мире я не баловалась случайными связями: мне было недостаточно просто физического желания, чтобы лечь в постель с мужчиной. А этой ночью я нарушила собственные принципы, правила, которым следовала всю свою жизнь.

Я ощущала радость и облегчение оттого, что удалось спасти Лиэра.

Но при мысли о том, что именно прослужило причиной этой ночи, я испытала настоящий ужас. Что, если Нигатар снова перехватит контроль и заставит меня делать то, чего я не хочу? Вдруг ей захочется тряхнуть стариной и порезвиться с несколькими партнерами, как в ее воспоминаниях?

Тем временем кошаки продолжали спор:

— Ее правления нельзя допустить. Я поднял древние архивы, там говорится, что Нигатар была весьма жестокой правительницей. Если она возьмет верх, они Реджиной уничтожат многих котов, — возразил Солер.

— Ньера говорила, что есть способ этого избежать.

— Опять ты про эту буззубую кошку!

Устав от недомолвок, я кашлянула, и оба кота вздрогнули от неожиданности.

— Два вопроса, котятки. Кто вас сюда пустил? И кто такая Ньера?

Оборотни склонились передо мной и Гиал ответил на мой вопрос:

— Простите нас, лассара. Лиэр, которого вы исцелили, пришел к нам и сказал, что вы внезапно потеряли сознание и вас лихорадит. Мы взяли на себя смелость позвать лучшую целительницу нашего клана — ихи Ньеру.

— Я желаю ее видеть.

— Сию минуту, лассара! — произнес Гиал и направился к выходу.

Солер двинулся было за ним следом, но я его остановила:

— А тебя, ихи Рэй, я попрошу остаться.

Гиал бросил на сводного брата сострадательный взгляд и исчез за дверью.

— Я слушаю вас, моя лассара, — произнес экс-альфа.

Я села, придерживая простыню, чтобы не соскользнула с груди, и была вознаграждена голодным взглядом моего кота.

— Ты, должно быть, не понял, где твое место, Рэй. Ты больше не альфа этого клана. Ты наложник. Твоя задача — сидеть в гареме и не покидать его без моего разрешения. Я понятно объясняю?

— Да, лассара. Но я не могу быть слишком долго вдалеке от вас: вы моя истинная пара, — веско заметил оборотень и поднял руку, демонстрируя алую вязь на запястье.

— Мне эти слова ни о чем не говорят, как и художества на твоем теле. Для меня это ничего не значит. Ты добился места наложника шантажом. Я не хотела видеть тебя рядом с собой.

— Нельзя отказываться от судьбы, Реджина. Мы предназначены друг другу. Ты многое теряешь, отвергая свою пару.

— Смени тон, кот. Я твоя лассара — не иначе. Ты не заслужил права называть меня по имени.

— Тогда накажи меня, Реджина. Возьми плеть, что висит на той стене, и высеки меня. Ведь только ты сама можешь наказывать своего наложника, — произнес барс хриплым от желания голосом и, пользуясь моментом, скинул тунику, демонстрируя скульптурные мышцы идеального торса.

— Я изменю это правило. Заставлю Гиала тебя пороть и даже посмотреть не приду, — фыркнула я, отводя взгляд, боясь, что кошка снова поднимет голову и повторит ночной марафон уже с Рэем Солером.

Мужика, у которого “Насилие” — второе имя, я ни под каким видом не допущу в свою постель! Пусть сидит в гареме и вышивает крестиком картины того, что хочет со мной сделать.

— А ты повесишь эти картины у себя в спальне? — вдруг спросил оборотень, и я на некоторое время потеряла дар речи, уставившись на наглого кота.

Его зрачки вдруг увеличились, в его взгляде читалось такое горячее желание, что по моей коже пробежал жар. Казалось, погляди я в эти небесные глаза подольше — и смогу увидеть все темные мечты, что таятся в их глубинах. Именно поэтому я отвернулась к окну, за которым ослепительно сияло полуденное солнце.

— Ты сейчас прочел мои мысли? — спросила я, наконец справившись с удивлением.

— Для истинных пар это не редкость.

— Но ведь раньше такого не было…

“…Значит, что-то изменилось. Уж не отымел ли ты меня, пока я валялась без сознания?” — додумала я, для проверки утаив от барса часть фразы.

— Нет, — ослепил меня улыбкой этот мохнатый гад. — Но я польщен, что ты наконец стала думать обо мне в этом ключе.

Он приблизился к постели крадущимся шагом и сел рядом со мной. Я отползла подальше, не забывая прикрываться простыней.

— Не трогай меня! — вскрикнула я, отгораживаясь подушкой от протянутой руки. Не хватало еще, чтобы его прикосновение разбудило охочую до развлечений Нигатар.

Тут в дверь без стука вошла старуха в сером длинном балахоне, подвязанном зеленым кушаком, и с узловатой палкой, на которую тяжело опиралась.

— Отойди, Солер, дай старой Ньере поговорить со своей лассарой! Свой хвост сможешь распушить и потом, — сварливо прошамкала она, стукнув барса по плечу своей клюкой. Бывший альфа нехотя поднялся с постели и отошел, наградив старуху недовольным взглядом.

После бабка склонилась передом мной так низко, что я забеспокоилась о том, как эта древняя леди будет разгибаться.

Когда она выпрямилась с легкостью и изяществом балерины, у меня непроизвольно вырвался вздох облегчения и возникло устойчивое ощущение, что палка ей на самом деле не нужна.

— Не гляди на меня как на немощную. Старая Ньера еще тебя переживет! — задиристо объявила оборотница, демонстрируя улыбку с неполным комплектом зубов. — У тебя, наверное, много вопросов из-за той, что живет внутри тебя, а, лассара?

— Есть парочка, — осторожно ответила я.

— Ты хочешь знать, как ее контролировать, — уверенно произнесла старуха.

— Да. Я не хочу, чтобы она заставляла меня