Ядовитый соблазн - Эрика Адамс

— Какую роль сыграл во всём этом его отец?

— Он был приятелем друга моего отца и занимал видное место в парламенте. Он знал о том, что вскоре закон о подлоге ужесточат. И именно он предложил провернуть дельце с подложными ценными бумагами.

— Возможно. Но при чем здесь сам Лаэрт?! — возмутилась Эмилия, — разве дети в ответе за грехи отцов?

— Увы, но его папаша скончался, не дождавшись, пока правосудие настигнет его. Но он существенно возвысился и поправил дела своей семьи за счёт отобранного имущества. Нужно было низвести их обратно. Что я и сделал, причём его же методами.

— Но Лаэрт…

— А сам Лаэрт, моя дорогая, повинен ещё и в том, что посмел перехватить то, что должно было принадлежать мне.

— До чего же ты самонадеян!..

— Неужели? Вспомни конную прогулку и наше миленькое общение. И твоё нежелание выходить замуж против воли. Я пообещал найти способ произвести нужное впечатление на твоего отца и заручиться поддержкой сильных мира сего, чтобы показаться достойным кандидатом. Ведь именно так твой отец выбирал тебе будущего мужа. А твоя невинная просьба «поторопиться»?

— Я всего лишь имела в виду, чтобы ты поскорее убирался прочь, только и всего. Я и понятия не имела, что ты одержим идеями…

— О, не обманывай себя, — рассмеялся Максимилиан, — ты прекрасно поняла, о чём мы договорились. Но предпочла сделать вид ничего не понимающей глупой кокетки, которой не являешься.

— С чего ты вообще решил, что я должна была принадлежать тебе?

Эмилия встала с кресла, принявшись ходить по комнате. Максимилиан вновь задел тему, неприятно колющую её изнутри.

— Просто потому что и ты этого хотела, но решила вильнуть своим хвостом, погнавшись за амбициями.

Эмилия промолчала: часть правды была в его словах. Но разве она не хозяйка своим желаниям?..

— Достаточно на сегодня обсуждений темы, мне неприятной.

— Весьма неприятной, — усмехнулся Максимилиан, — так неприятно касаться губами губ в ответ…

— И как ты намерен мстить? — перебила мужчину Эмилия.

— Скоро узнаешь, дорогая. Немного терпения — и ты всё узнаешь… А теперь отправляйся спать.

Мужчина подтолкнул Эмилию к своей кровати.

— Я не стану ложиться туда, зная, что ты в любой момент можешь оказаться рядом!

— Вынужден тебя разочаровать… Но теперь мне не уснуть. Своими вопросами ты заставила меня вновь переживать неприятные моменты прошлого.

Максимилиан взял бутылку бренди и опустился в кресло, наполнил бокал янтарным напитком.

— Можешь погасить свечу, чтобы она не мешала тебе спать. А мне пора кормить демонов прошлого, — мужчина коснулся своей головы, стукнув по ней пару раз пальцами, — они голодны и стучатся в меня.

Эмиля дунула на огонёк свечи и улеглась на кровать, стараясь не ложиться на то же самое место, где лежал Максимилиан. В воздухе раздалось чирканье и потянуло табачным дымом.

— Я попросила бы тебя не курить. Мне будет тяжело уснуть, вдыхая дым, — подала недовольный голос Эмилия. Отчего-то почти в полной темноте, когда контуры окружающих предметов едва угадывались, было легко говорить прежним тоном капризной красавицы, у ног которой сидела толпа поклонников в ожидании благосклонного кивка её головы.

— В темноте так легко обманывать самих себя, — произнёс Максимилиан, словно прочитал её мысли, но всё же отложил прочь трубку. Раздался лёгкий звон бутыля о бокал и журчание жидкости, наполняющей бокал.

Эмиля приготовилась ворочаться с бока на бок от услышанного и от едва слышимых звуков, производимых Максимилианом, но вопреки собственным ожиданиям, уснула, едва смежив веки.

* * *

Утро ворвалось в комнату яркими лучами, бьющими прямо в глаза. Уже довольно поздно, поняла Эмилия и поморщилась — каким образом во сне она очутилась на том краю кровати, где спал Максимилиан, и сейчас вместе с воздухом вдыхала его запах? Острый, резкий, с явным привкусом пряного табака… Самого мужчины в спальне не было. Она села, опустив ноги на пол, и тут же едва не подпрыгнула от испуга, когда её ноги коснулись чьего-то тела. На ковре рядом с кроватью лежал Максимилиан, раскинув руки в стороны. Рядом с ним лежало два опустошенных бутыля из-под спиртного.

Максимилиан лежал неподвижно и, казалось, даже не дышал. Эмилия осторожно ткнула в плечо мужчины ногой. Рука мужчины взвилась в воздух и тут же захватила ступню девушки в плен.

— Я мертвецки пьян, но не мёртв, Эмили, — слегка заплетающимся языком произнёс мужчина, — Не стоит тыкать в меня ногой, словно в издохшего зверя палкой.

— Кажется, что ты собирался отбывать вместе с рассветом. Рассвет уже наступил.

— Мой рассвет только что наступил на меня своей изящной ножкой, едва не раздавив.

Эмилия подавила приятную волну, поднявшуюся изнутри. Максимилиан умел говорить комплименты и произносил красивые слова, но делал это с таким видом, будто смеялся над самим собой или имел в виду нечто совершенно другое.

— Я бы предпочла стать закатом. После наступления которого на тебя опустилась бы непроглядная тьма.

Девушка вырвала ногу из захвата пальцев и юркнула под одеяло. Максимилиан присел, опираясь руками на кровать.

— Как жестоко. Красиво, но жестоко.

— Для тебя — в самый раз.

— Я бы поспорил, но сделаю это позже. Сейчас я займусь тем, что тебе на радость скроюсь с твоих глаз… На время.

Мужчина поднялся и побрёл в уборную комнату, предоставив девушке время на то, чтобы одеться в мгновение ока даже без помощи прислуги. Она открыла бар — в ряд стояли пузатые бутылки. Возможно, не так уж неправы были те, кто говорил, что Максимилиан перед мнимой смертью безвылазно сидел в доме и пил — за несколько часов он умудрился вылакать две бутылки бренди. Удивительно только, как он вообще смог встать на ноги и связно говорить.

— Девушкам не пристало употреблять спиртное за завтраком. Спускайся вниз, прислуга накроет на стол через несколько минут.

Эмилия улыбнулась и сделала пометку для самой себя ответить подобной же колкостью мужчине. Максимилиан был прав — стоило ей появиться внизу, как прислуга кинулась накрывать на стол. Эмилия не стала себя утруждать ожиданием Максимилиана, проворачивая в голове мысли, как стоит распорядиться временем без присутствия рядом мужчины…

Максимилиан так и не спустился к завтраку, она увидела его спускающимся по лестнице, одетым в дорожный плащ.

— Уезжаешь?

— Надеюсь, что в последний раз придётся покидать тебя на несколько дней.

— Возможно да, а возможно и нет…

Она обошла его стороной по широкой лестнице.

— Ничего не хочешь сказать перед расставанием?

— Я? — искренне удивилась она, — абсолютно ничего… Хотя, постой.

Эмилия спешно поднялась, толкнув дверь его спальни, и через пару минут спустилась вниз. На лице играла обворожительная улыбка.

— Это тебе, — протянула она