Такие разные половинки. Настоящее - Алена Викторовна Медведева

- Дейнари, - он откликнулся сразу, естественно ухватившись за эту мою проявленную слабину, - а знаешь, что я сейчас сделаю? – Ответа он и не предполагал, тут же продолжив, комментируя каждый свой шаг. – Подойду к тебе. Вот так. – Верхняя пара рук метха опустилась на мои плечи, ласково погладив их через ткань свободного платья. – И я буду стараться. Очень.

Чуть потянув, развернул меня к себе, чтобы очень медленно приблизить свое лицо к моему. И поцеловать. Так осторожно, словно бы я сон, в реальность которого он так и не поверил.

- Зачем тебе это? – Шумно выдохнув, толкнула я его легонько в грудь.

- Просто ты мне очень нужна. Да ты и сама это знаешь. Всегда так было. Нужна настолько, что я заранее согласен на любые условия, на самое невыгодное и безумное решение. Да что угодно, мне хватило этих лет, чтобы понять, кто для меня важнее всего. Хоть на кусочки меня кромсай, только останься. Тебе же это тоже необходимо – нужен я. Как насчет мести? Может возьмешься сделать мне остаток жизни невыносимым? Как я тебе когда-то.

Притиснув к себе нижней парой рук, он обнимал мое лицо ладонями верхних. И шептал, прижав свой лоб к моему, не отводя взгляда.

- Как самоуверенно. Узнаю прежнего Кирена.

- А в чем смысл прятаться за отговорками? Мы оба сейчас взорвемся от этого безумия, что бурлит в крови. Я чувствую его в тебе, ты во мне. Между нами это происходило и прежде, только тогда нам страшнее было признаться себе. А сейчас? Страха больше нет. Ты посмеешься надо мной, сочтешь слабым, оттолкнешь? Да сколько угодно! Я же знаю – ты не сможешь. И ты знаешь это же обо мне. Я дошел до предела. Изо дня в день повторял себе, что поступил верно, отпустив вас. Только мантра больше не помогает. Если бы не все эти перипетии, я бы совсем скоро выкрал тебя с Цезариона. Прямо из-под носа дядюшки-императора, братца и этого твоего друга детства, что явно не смог стать для тебя реальной парой. Мы словно привязаны друг к другу намертво. И как бы далеко ни находились, не могли разорвать эту связь. И пусть она, как и прежде, принимает любую форму – я согласен на все. Хочешь мести?

- Мести?

Снова он твердит об этом.

- Да. Мсти мне, Дейнари! За каждую обиду, за малейшую боль, за каждый миг радости и жизни, что я отнял у тебя. За мой эгоизм, за неверие, за самоуверенность и элементарную неспособность доверять.

- И это слова воина?

- У каждого воина есть вершина, что ему не покорилась. В этом и была моя ошибка – я всегда хотел покорить тебя. Завладеть… Если бы я еще тогда понял, что надо лишь покориться самому, не было бы этих лет и одинокой скорби.

- А что бы ты тогда сделал?

- Все просто – вернул бы тебя в родной мир, твоему народу. Ты всегда умоляла только об этом, жила этой надеждой. А когда я ее отобрал…

- Но… тогда ты потерял бы меня наверняка, - перебила я, вдруг сама найдя для него несомненное оправдание. Я желала единственное, что Кирен – тот прежний Кирен – не смог бы мне дать никогда.

- Ты всегда меня недооценивала, - хмыкнул метх и потерся щекой о мое плечо, рукой перехватив обвившийся об одно из его запястий кончик хвоста. – Я бы нашел способ вернуть тебя позже. Попросту выкрал бы!

- Что-о-о? Да я бы в этом случае возненавидела тебя с новой силой! Ничего бы не изменилось – злоба и страх стояли бы между нами.

- Но ты не была бы ребенком… - тяжело вздохнул он. – Больше всего я жалею именно об этом. Судьба и так отняла у тебя многое – близких, дом. А я в дополнение к этому лишил тебя детства, юности и возможности вырасти и стать собой. Что же до ненависти, что ты питала бы к похитителю, когда это меня пугали трудности?

- Не стоит рассуждать об этом сейчас. Бессмысленно, - пожала я плечами, прогоняя легкую грусть. – Ты прежний не способен был вернуть на Цезарион какую-то мелкую девчонку-арианку.

- Точно… Мир виделся мне совсем иначе. Тогда я и представить не мог, что окажусь способным полюбить женщину. Это было как… встретить Бога. Но ты перевернула мою жизнь, да и Боги оказались не так недостижимы. Спалила своим необъяснимым очарованием все мои прежние принципы, заставила добиваться перемен. Иного пути не было – в моем мире для нас двоих нет места, пришлось раздвигать горизонты и искать новый дом. Тот, где мы могли бы быть вместе. Для этого понадобилось так много времени и целая прорва ошибок.

Не утерпев, я потянулась к метху и погладила его лицо, прощая. Насколько сильно можно заблуждаться?

- Когда рассуждаешь об утраченных шансах, вспомни, что тоже кое-что дал мне. Жизнь и Соли. Не так уж это оказалось и мало…

Может ли что-то уравновесить утрату близких и многие года горя? Пожалуй, единственное – новые жизни и наступившие впоследствии счастье и вера в себя. Кирен совершал свои ошибки, я – свои. И как знать, какие из них в итоге можно считать более серьезными?

Может быть, куда важнее в итоге эта возможность все рассказать друг другу? Понять. Признать и простить. Ведь мы оба могли не дойти до нее. Разминуться, погибнуть, да просто испугаться и не сделать последнего шага. Он мог так и не вернуться из капкана. Что это, если не знак мне? А я? Могла предпочесть безликое и холодное прозябание за стеной страха перед своими настоящими чувствами к самому недостойному из всех во вселенной мужчин. Но таков мой выбор. Для меня Кирен совсем другой.

Упущенные возможности и ошибочные пути – из них состоят наши дороги судьбы. Но в итоге они вновь свели нас.

- Идем?

Перехватив из моей руки пищевую пластину, он отбросил ее куда-то в сторону.

- Да.

Вложив свою руку в одну из его ладоней, я уверенно двинулась в направлении его спальни. Каждый имеет право на второй шанс. И я… мы тоже.

Глава 10

Дейнари

Было ли мне холодно хоть на секунду этой ночью? Нет. Никогда за эти годы с