Хозяйка сладкой тюрьмы - Селена Гелата

Их называли четырьмя духами небес, которые когда-то стояли перед самим Владыкой всей земли. И имена их: Завоеватель, Раздор, Голод и Смерть. Бог призывал их и наделял силой сеять хаос и разрушение в мире. Они появлялись друг за другом, а сейчас я воочию увидела их.

— Деус… — прошептала я хрипло, поворачивая к нему голову и натыкаясь на недоуменный взгляд, — пока меня не было в мире, начался Апокалипсис? Просто скажи мне… Я буду готова!

Я яростно сжала кулаки, готовая к худшему, но тут я услышала громкий смех с двух сторон от себя.

— Роуз, любимая, что ты успела надумать? — ласково гладит меня по голове Рафаэль, а я замираю и чуть не растекаюсь лужей от одного единственного слова.

— Сладкая, если ты о них, то боюсь прервать твои невероятные фантазии. Хотя мне бы хотелось еще послушать, что ты можешь сказать по поводу этих четверых, но спешу тебя успокоить, — прекратил смеяться Асмодеус, указывая ладонью на Всадников Апокалипсиса, — Это их работа.

— Что ты имеешь в виду? — всё еще тихо спрашиваю я, видя, как совсем скоро Завоеватель или же по-другому Чума достигнет первым границ Дома.

— Честное дьявольское, — говорит серьезно Деус, сменяя веселый тон, — я не знаю, что сделала Леди и как смогла их уговорить, но теперь они каждый год служат вестниками и посланцами, чтобы пригласить важные лица на бал Самайна.

— Она поистине страшная женщина, — тихо пробормотал Рафаэль, а я моргнула.

— Страшная? — как она может быть настолько страшное. Хотя… если у неё в подчинении четыре Всадника Апокалипсиса, то боюсь представить, что еще она умеет.

— Даже для нас, — кивает Рафаэль, а Деус поддерживает его молчаливым кивком, — Видимо, вскоре ты с ней встретишься.

— И как она только узнала о тебе? Фонарь ты получила, еще и суток не прошло, — качает головой Деус, — Действительно, её осведомлённость поражает. Но ставлю свой дворец на кон, что они привезли три приглашения на бал.

Всадники уже приблизились к нам. Из-под копыт коней разной масти вылетали огненные искры, а клубы песка развевались сзади, делая их появление еще более драматичным.

— Сколько лет, сколько зим, Мор! — воскликнул Асмодей, оставаясь в своей истинной форме и раскрывая крылья в стороны, чтобы закрыть меня за своей спиной, — А ты похудел — я гляжу. Голод тебя замучал! Может хочешь чего-нибудь вкусить, пока есть время?

— Не шути так, дьявол, — жутким загробным голосом говорит Смерть, не слезая со своего бледного коня, — Я бы и век тебя не видел, но работа обязывает.

— Не искушай нас, — медленно и лениво тянет мужчина на вороном. Чёрные волосы мужчины медленно развеваются от ветра, а такие же глаза внимательно оглядывают с ног до головы Деуса, — Хотя он всегда в своём репертуаре.

— Что еще ты хотел увидеть? Что он не будет подкалывать нас в этот день? — зевает Война, он же Раздор, и усмиряет своего рыжего коня. Волосы мужчины так же горят пламенем, как и шерсть его животного.

— Хватит игр, Асмодей, — пробирающее до самой моей сути говорит Чума, которого я назвала по привычке Завоевателем. Седые волосы мужчины убраны назад, а поверх лежит венец, не мешая и не делая страшнее его, чем он есть, — Ты знаешь, для чего мы здесь.

— Конечно, — сразу же серьезно говорит Деус, — Было бы замечательно, если бы Леди забыла о моём существовании, но видимо, не судьба.

Чума игнорирует подколку Асмодея и поворачивает голову к архангелу, который незаметно сделал шаг, чтобы закрыть меня так же, как и Деус до этого.

— Архангел Рафаил, рад вас видеть, — склоняется в вежливом поклоне Чума, а я вздрагиваю, — Как дела у Отца?

— Прошу вас, Завоевать, называйте меня Рафаэлем. Ваш вариант, конечно, верен, но не думаю, что хочу его слышать, — скалится в улыбке, но довольно вежливо говорит Раф, а я поражаюсь, как легко Рафаэль говорит с Всадником, — Дела Отца лучше узнавать у Михаэля, он осведомлен о них больше. Мне, целителю, не сообщают о них.

— А знаешь, Рафаэль, я соскучился по Уриэлю. Как он? — громко смеется Раздор и взмахивает мечом, — Он опять наказан за какую-то глупость? Ах, какие были прекрасные деньки, когда мы сражались с ним в поединках.

— Вам лишь бы с ним было сражаться, — со скукой тянет Смерть, — но мы же здесь по другому поводу…

— Действительно, — сверкает белыми глазами Завоеватель и пристально смотрит в то место, где меня прятали демон и архангел, — Можете не прятать леди, для неё у нас тоже есть приглашение.

— Ах, вы заметили! Какая жалость, — усмехается Деус, а я оказываюсь раскрытой перед четырьмя Всадниками, — Это Роза…

— Роузэль. Ангел Божий. Должна была стать архангелом, но связалась с вампиром, подарив ему свою кровь. Наказана, — перебил его Голод, раскачивая мерой. Я вздрогнула от этого краткого отчёта обо мне, но улыбнулась своей деловой улыбочкой, — Вам тоже есть письмо от Леди.

Внезапно у всех нас в руках появились конверты разных цветов. Я посмотрела на свой розовый и недоуменно нахмурилась. У Дуса был чёрный, а у Рафа — белоснежный.

— Было приятно с вами поговорить, — усмехается рыжеволосый Раздор, — Но работа не ждёт.

Смерть, Раздор и Голод молча разворачивают своих коней и бредут обратно по дороге. Кони в нетерпении бьют копытами, а я сглатываю слюну и поднимаю взгляд на Завоевателя. Он уже развернул свою лошадь, но тут приостановился и сказал:

— У вас три часа, — говорит Чума, оглядываясь напоследок, — Не смейте опаздывать.

Они исчезли так же внезапно, как и появились. Еще мгновение назад адские равнины устилала дорога, но стоило им отойти на несколько десятков метров, как всё исчезло, оставляя тот же безмятежный пейзаж.

— Вот так вот и разговаривают с князьями Ада, — цокнул языком Деус, ничуть не расстраиваясь манере речи Всадников. Кажется, его это даже забавляло, — Сладкая, у нас осталось мало времени!

Я хлопнула ресницами и посмотрела на Дуса в недоумении, всё еще прижимая к груди конверт с приглашением. О чём он говорит? Три часа — это много, но тут я увидела возбужденный взгляд Дуса и не успела понять, как оказалась подхвачена на руки под тихий смех Рафаэля.

— Ох, Розалетта, мы будем тебя одевать. Лучшие дизайнеры Ада и Рая к твоим услугам, — поднял подбородок он, с хитринкой смотря на