Хулиган. Его принцесса - Эла Герс

Меня не волновало, что она была золотоискательницей, у меня было достаточно денег, чтобы она была всем довольна. Что меня волновало, так это ее стройные ноги, которые крепко обхватывали меня, пока я ее трахал.

Что еще меня волновало, так это информация, которой она всегда обладала, полезной и точной информацией, которую она получала черт знает откуда. И она никогда не делилась ею за просто так.

— Я слышала, ты кого-то ищешь.

Я взглянул на нее.

Раньше я бы забеспокоился, откуда она это знала и не опасно ли это было для нее. Но теперь меня волновало лишь одно — вытащить из нее эту информацию.

— Ты знаешь Игоря Еремеева? — спросил я, сворачивая на улицу.

— Героинового наркомана? Конечно, знаю, — фыркнула она.

Ах, вот как. А говорил ведь, что наркотой не баловался и хотел попробовать только что-нибудь легкое. Ну-ну…

— Мы ищем его поставщика. Ты знаешь, где можно его найти?

— Нет. Но я знаю кое-кого, кто знает.

Я резко повернул к ней голову. Когда я увидел, что она одарила меня озорной улыбкой, у меня внутри все сжалось.

Мы стояли на светофоре, поэтому я повернулся к ней всем телом и спросил:

— Сколько?

Ее улыбка превратилась в ухмылку.

— Насколько сильно ты хочешь это узнать?

— Не играй со мной в игры, Вика, — я нетерпеливо выдохнул.

Ее губы начали кривиться, прежде чем она успела это заметить. Она знала, что это меня разозлит.

Но я увидел это и это меня разозлило.

Нам нужна была ее информация. Всё шло медленно. Чертовски медленно. У нас не было никаких зацепок и сколько мы будем искать этого поставщика невозможно было даже представить.

Мне следовало отправиться к ней, как только мы закончили с Еремеевым, но какая-то часть моей души не хотела заканчивать это дело быстро. Быть может, потому что я хотел убедиться вчувствах Орлова к Ксюше. Но время поджимало и чем дольше мы искали этого поставщика, тем больше у него было времени скрыться с концами. Нам нужно было поскорее закончить это дело.

— Сколько, Вика?

Она положила руку мне на бедро.

— Мы можем обо всем договориться у меня дома, — сказала она низким, хрипловатым голосом.

Сука с дурацкими играми.

Я откинулся на спинку сиденья и нажал на педаль, когда загорелся зеленый свет.

Вика знала, как важна была для меня эта информация. Ведь мы занимались этим уже несколько лет.

Тем не менее она была хороша в постели и глупо было возражать против ее игр. И она знала, что если переступит черту, то я заставлю ее сильно пожалеть об этом.

— Хорошо, — ответил я с легкой ухмылкой на губах. — Давай договоримся.

POV Таня

— Нет.

— Ну же, Таня. Пожалуйста?

— Нет, — повторила я, отмахиваясь от официанта после того, как закончила со своим заказом. — Перестань настаивать, Уля.

Ульяна застонала и откинулась на спинку стула.

— Хотя бы просто поговори с ней.

— Ты вообще уверена, что она переживет эту ночь? — безэмоционально спросила я.

— Конечно, переживет. Они, наверное, сейчас занимаются сексом. Ты ее просто не видела, а я видела. Я ей такой макияж сделала, такие локоны. Она была чертовски сексуальна, — без всякой необходимости добавила она. — Орлов просто не сможет устоять перед ней. После этого свидания он влюбится в нее по уши, вот увидишь!

Я бросила на нее мрачный взгляд, поднимая свой стакан.

— Я же просила тебя держаться от нее подальше.

— Я хотела, чтобы она надела другой наряд, но она сказала, что он слишком открытый, — продолжила Ульяна, намеренно игнорируя мою предстоящую лекцию. — Таня, она даже накричала на меня! Ты можешь себе это представить?!

Накричала.

На самом деле она поступила правильно. Крик был единственным способом достучаться до Ульяны, если она проявляла упрямство.

— Ну, по крайней мере, она благоразумна, — пробормотала я, сделав глоток воды. — Но это не меняет моего мнения о ней.

— Я знаю, — Ульяна надулась. — И все же я бы хотел, чтобы ты это сделала.

— А мне бы хотелось, чтобы ты послушалась меня, Уля. Но, полагаю, мы не всегда получаем то, что хотим, не так ли?

— Давай перестанем об этом говорить, — сказала она в отчаянии.

— Это ты начала, — парировала я. — Я думала, ты хочешь встретиться со мной, потому что тебе скучно. А на самом деле — ты позвала меня, чтобы в очередной раз просить за Ксюшу, которую не так давно знаешь.

Ульяна вздохнула и взяла меня за руку.

— Ладно. Забудь.

А даст ли она мне забыть?

Но вместо того, чтобы задать этот вопрос, я просто пробормотала:

— Как скажешь.

Она улыбнулась и оторвала свою руку от моей.

— Слушай, как ты думаешь, мне стоит сесть на диету?

Я окинула ее взглядом.

— Так вот почему ты так мало заказала? Зачем тебе диета?

Она пожала плечами и ответила:

— Я чувствую себя толстой.

— Ты не толстая, — отрезала я нахмурившись.

— Мама сказала, что я набираю вес.

— Она говорит это только для того, чтобы заставить тебя заниматься спортом, — сказала я ей.

Она разразилась смехом.

— Я? Спортом? Ни за что! Хотя, знаешь, я делаю упражнения каждый день. Я тренирую свои легкие, когда дышу. Глаза — когда смотрю. А еще я тренирую свои пальцы, когда печатаю и рисую…

Ухмыльнувшись, я оборвала ее:

— Уверена, твоя мама просто хочет, чтобы ты вернулась в теннисный клуб.

— Я завязала с теннисом, — заявила Уля, закатив глаза. — Он перестал быть веселым.

— То же самое ты говорила о плаванье, танцах, театральном кружке…

Она хихикнула.

— Я не виновата, что я быстро перегораю.

— Если мне не изменяет память, ты вступала во все эти кружки только потому, что, цитирую — “там был такой красивый парень”, — язвительно заметила я.

— Да, так и было, но они все оказывались невероятно скучными. Мы совсем не подходили друг другу. Помнишь Арсения?

— С танцев который? А что с ним?

— Я сходила с ним на одно свидание. И, не шучу, но он, не переставая, рассказывал о своей бывшей. Все, мать его, два часа, представляешь?! Мне повезло, что позвонила мама, и я смогла уйти под предлогом важных семейных дел.

Мои брови поползли вверх.

— И что же он рассказывал?

— Какая Олечка чудесная, умная, пластичная. Какие награды она получала в танцевальных конкурсах. Какой красивой парой они были. Как ее любила его мать. Ах, да, пол часа он рассказывал, о своей матери, — с наигранным восхищением отзывалась Уля.

Засмеявшись, я спросила