Ничуть не влюблены - Шарлотта У. Фарнсуорт

– Пойдем, Стив.

И тут же уходит, скрываясь за углом крыльца и пропадая из виду.

Стив скупо улыбается мне и идет за ним.

Я вздыхаю:

– Класс.

Конор изучает меня. Я опускаю лицо и натыкаюсь на его пылкий взгляд. Его рука скользит дальше. У меня учащается пульс. Появление Лэндона должно было потушить жар между нами. Но он снова вспыхивает, быстрее и сильнее, чем надо бы. Я ужасная подруга.

– Идем, – отрывисто говорит Конор.

– Что? Но это же ты хотел сюда прийти.

– Не. Меня просил заглянуть Эван, но я увижусь с ним завтра, до отъезда в Холт. Я пригласил тебя, чтобы ты сделала перерыв в семейных настольных играх.

Я деревенею.

– Не козли.

– Я и не козлю. Я хочу отвезти тебя в другое место. – Голубые глаза впиваются в мои.

– Ты ведь ничего не пил?

– Ни капли, – отвечает он. – Клянусь.

И я скрепя сердце уступаю.

– Ладно.

Глава семнадцатая. Конор

Ощущение такое, будто я на свидании. В третий раз я думаю о том, чтобы сходить на свидание с Харлоу Хейз. Двойное свидание, на котором она настояла, таковым фактически не являлось. Потом я наткнулся на нее в мексиканском ресторанчике в Лоутоне.

В этот раз все хуже. Я сам это инициировал.

– Что это за запах? – спрашивает она, когда мы садимся в мою машину.

– Не ругай свой собственный подарок, – дразнюсь я, кивая на сосновый освежитель воздуха, который она мне подарила. – Он был там, когда ты в последний раз сидела здесь. Ты просто невнимательная.

– Ты и правда его сохранил? – Ее голос наполнен удивлением.

– А почему нет? Просто идеальный освежитель воздуха.

– Это была шутка.

– Если ее приходится объяснять, то она не очень смешная, Хейз.

Она фыркает:

– Куда мы едем?

– Увидишь, – отвечаю я.

Харлоу вздыхает, прежде чем отвернуться к окну. Но я уже достаточно хорошо читаю ее. Она не по-настоящему раздражается.

Когда я паркуюсь возле пункта нашего назначения, то вижу в ней лишь замешательство.

– Бар?

– Там предлагают не только алкоголь, – обещаю я.

Харлоу поднимает брови, но вылезает из машины и направляется ко входу без комментариев.

– Как ты узнал про это место? – спрашивает она, когда мы подходим к двери.

– Помимо того, что я вырос в Клермонте? – отвечаю я улыбаясь. – Я часто ходил сюда в старших классах.

Харлоу смеется:

– Почему я не удивлена?

– Ты никогда не бунтовала подростком?

– Я этого не говорила, – отвечает она с усмешкой.

Я провожу ее в бар. Металлическая стойка идет вдоль всей стены, полки заставлены бутылками с выпивкой. У дальней стены находится причина, почему я привез ее именно сюда. Маленькая сцена, притулившаяся в углу помещения. Бородатый парень подключает провода и настраивает микрофоны.

– Хочешь выпить? – спрашиваю я Харлоу.

Она с минуту изучает меня.

– Да, конечно, – наконец говорит она.

Было бы нормально – более чем нормально, – если бы она сказала «нет» и попросила отвезти ее домой. Но она этого не сделала. Это значит для меня больше, чем я ожидал.

– Что будешь?

– Э-э-э… «Московский мул», наверное?

Я поворачиваюсь и передаю ее заказ бармену.

– Здесь есть живая музыка? – Зеленые глаза Харлоу круглеют, когда она осматривает все вокруг.

– А как думаешь, что мы здесь делаем?

– Честно?

– Нет. Соври мне.

Харлоу пожевывает нижнюю губу. Она смотрит на сцену, потом снова на меня.

– Ты пригласил меня на вечеринку только для того, чтобы утереть нос Лэндону?

К слову о вопросах с подвохом.

– Если я скажу «нет», ты подумаешь, что я вру?

– Нет, – совсем неубедительно отвечает Харлоу.

Я вздергиваю бровь:

– Ладно. Нет.

– Ладно.

– Это все не должно иметь к нам отношения, Хейз. – Я сам не осознаю, насколько хочу, чтобы это было правдой, пока не произношу вслух. Как сильно я хочу, чтобы Харлоу была отдельно от Гаррисонов и тех моментов моей жизни, о которых я не люблю думать. – Все, чем мы являемся – или не являемся, – это может быть отдельной фишкой.

– «Московский мул». – Бармен приносит Харлоу напиток прежде, чем та успевает что-то сказать.

– Ты знаешь эту группу? – спрашивает Харлоу, кивая в угол.

Намек понят.

– Нет, я видел только, что они играют инди-фолк.

– Слишком стереотипно будет предположить, что ты слушаешь рэп, как большинство спортсменов? – спрашивает Харлоу.

Я смеюсь.

– Да. Хотя это правда. Но ты упоминала, что любишь инди-фолк. – Она кажется удивленной моим признанием, так что я быстро добавляю: – И я знаю, как ты любишь поддерживать местных музыкантов.

Харлоу прищуривается и делает глоток.

– Тонко, Харт.

Я усмехаюсь:

– Идем.

Беру ее за руку и увожу от барной стойки к маленькой толпе, собравшейся посмотреть, как две девушки и парень забираются на подготовленную сцену. Тут стоят старшеклассники, студенты колледжа и парочка посетителей чуть постарше. Бар расположен через городок от Клермонта, еще ближе к Университету Брайтона.

Я в первый раз вижу, как здесь выступает группа. В старших классах мы пробирались сюда, чтобы проверить фальшивые документы. Я мало что жду от музыки и, наверное, поэтому приятно удивлен звуком, льющимся из колонок. Но я уверен, что по большей части это из-за рыжей девушки рядом со мной.

У певицы хрипловатый низкий голос, отлично подходящий к темной, простой атмосфере бара. На ней шляпа в стиле федоры, судя по всему фетровая, и хлопчатое платье – именно такое я бы и представлял на инди-фолк-певице. Я бросаю взгляд на Харлоу. Она широко улыбается, смотря на сцену, голова запрокинута от удовольствия. Рыжие пряди покачиваются из стороны в сторону, когда она двигается в такт музыке.

Я смотрю на нее.

Я всегда знал, что Харлоу хорошенькая. Слышал, как парни в кампусе болтают о «рыжей красотке». Ценил ее внешность, даже когда не хотел.

Какое-то время назад я признался себе, что она меня привлекает. Наша встреча в прачечной останется для меня одним из самых горячих сексуальных опытов в жизни.

Сейчас она воспринимается по-другому. Может, потому, что мы окружены незнакомцами и это усиливает нашу близость. Может, потому, что мне не просто нравится Харлоу, а я люблю быть рядом с ней. Может, потому, что она сейчас могла быть где угодно – в доме, который делит с Гаррисонами, на вечеринке с Лэндоном, встречаться с другим парнем, – а вместо этого она здесь со мной.

Харлоу оглядывается.

– Разве они не потрясающие? – кричит она мне. Ее щеки разрумянились, а глаза сияют.

– Да, они такие, – отвечаю я, улыбаясь ей.

Она улыбается в ответ, прежде чем снова отвернуться к сцене. Я продолжаю ее