Злодей и фанатка - Фэя Моран

– О, вы женаты, сэр? – поинтересовалась я.

Лепрекон сперва опешил, а потом опустил взгляд на своё кольцо.

– А ваша жена знает, чем вы занимаетесь?

У него расширились глаза, и он обернулся к своему не менее удивлённому напарнику.

– Мне это всё мерещится? – спросил Лепрекон. – Она что, издевается над нами?

Псина неуверенно пожал плечами, не отрывая от меня изумлённого взгляда. В его руках блестела зажигалка, которой он периодически щёлкал, открывая и закрывая крышку. Тишину нарушали только это щёлканье и тихий стук капель воды, стекающих по бетонной стене.

– А что? Мне интересно. Получается, если она знает, то она очень сильно любит вас, раз готова такое терпеть. Вы, наверное, очень много зарабатываете на своей преступной деятельности. И чем вы, интересно, занимаетесь конкретно? Держите в этом подвале девушек вроде меня? И что дальше? Что происходит с ними дальше?

Лепрекон прищурился.

– Ты первый человек, который не умоляет в слезах отпустить его отсюда. Самое явное доказательство того, что ты не простая девчонка со стороны. Но из тебя отвратительный шпион в таком случае. Палермо зря выбрали тебя.

– Да я не знаю, кто такой этот ваш Палермо! – отчаянно завыла я. – Вы уже достали меня! Вы явно ошиблись! Ещё и убили ни в чём неповинную девушку! Ну была она проституткой, и что? Это не делает её жизнь менее важной, чем вашу.

Слова вырвались сами собой, наполненные горечью и немного гневом. Я вспомнила безжизненное тело Эмбер, и меня затрясло.

Лепрекон молчал, продолжая буравить меня взглядом. Псина, казалось, совсем съёжился, сжавшись в комок возле стены. Он больше не играл с зажигалкой, а лишь бесцельно вертел её в руках.

В подвале снова воцарилась тишина, которую нарушали лишь моё прерывистые дыхание и неумолимый стук капель. Атмосфера сгущалась, становилась всё более тяжёлой и душной.

– Мне плевать, о чём ты, твою мать, болтаешь, – выругался Лепрекон. – Сиди тихо и не усложняй свою ситуацию.

Я раздосадовано цокнула языком. Похоже, никто не собирался меня выслушать. Все были уверены исключительно в своей версии происходящего. Это злило меня и одновременно веселило. Мне всегда казалось, что преступники должны быть умнее. А тут, вместо изощрённых допросов и хитроумных ловушек – грубость и непонимание. Эта мысль вызвала у меня мимолётную улыбку, которую я тут же спрятала, боясь вызвать новую волну раздражения у Лепрекона, который нервно расхаживал по подвалу.

– А разве дочь Палермо не Новой тоже зовут? – подал вдруг голос Псина спустя несколько секунд.

Лепрекон поднял голову, выражение на его лице изменилось.

– Да. Верно. – Он медленно повернулся ко мне. – К чему ты это?

– Слэттери же недавно облажался, похитив не ту Нову на улице Квинси, – продолжил Псина.

Я проигнорировала абсолютно все слова, что он произнёс, кроме одного – Слэттери. Она встала передо мной огромными объёмными светящимися буквами.

– Хочешь сказать, что это… – доносился до меня голос Лепрекона.

– Это наверняка та самая Нова, которая должна была быть мертва ещё два дня назад!

Слэттери, Слэттери, Слэттери…

– Эй! – прикрикнул Лепрекон. Его пятнистое лицо встало прямо перед моим. – Тебя похищали пару дней назад из твоего дома?

Слэттери, Слэттери, Слэттери…

– Эй, я с тобой разговариваю!

Будто очнувшись ото сна, я растерянно заморгала, спрашивая:

– А? Что?

– Пару дней назад. Похищал ли тебя из твоего дома парень в маске?

Я не стала думать ни секунды и сразу покачала головой, отрицая все его догадки. Ага, размечтались. Прямо-таки выдала я вам моего Кошмарика. Не дождётесь.

– Понятия не имею, о чём вы говорите, – уверенно ответила я. – Как вы себе это представляете? Меня похитили и вернули обратно?

Вообще-то так всё и было.

– Не может быть такого совпадения! – запротестовал Псина. – Слэттери просто не грохнул её, как должен был! И вот, во что это вылилось! Нужно сказать боссу об этом!

По спине пробежал неприятный холодок. Кажется, они собирались принести проблемы моему Кошмарику. Вот суки!

– Где он сейчас? – взревел Лепрекон. – Где этот Слэттери?!

– Лучше не горячиться. – Псина подошёл к своему агрессивному другу и положил руку на его плечо. – Так он тебе и сказал всё, как есть… Лучше сразу сказать боссу. Пусть он разбирается с этим сам.

– Вы, два придурка, – не сдержалась я, когда меня сковал страх, – я же говорю, никто меня не похищал! Вы что, хотите убить ещё одного ни в чём неповинного человека? Что вы за животные такие?!

Они обернулись, смерив меня презрительными взглядами. Я напряглась, начав уже паниковать, пока вдруг в дверь не раздался стук. Он отразился глухим эхом от стен, привлекая внимание всех присутствующих.

– Вот и босс, – будто обрадовался Псина, метнувшись к двери, и распахнул её.

Но на пороге оказался никакой не босс. А Бьянка.

Мои брови поползли вверх от удивления. Я никак не ожидала увидеть её здесь. Я вообще в целом не ожидала увидеть её когда-либо снова.

– Мисс Скальоне, как вы здесь… – запинаясь, начал Псина, но она подняла изящно руку и прервала его:

– Вы что, издеваетесь? Я должна тащить свои вещи к себе в комнату сама? Серьёзно?

Лепрекон с Псиной растерянно переглянулись.

– Прошу прощения, но я не поним… – начал Лепрекон, но Бьянка снова перебила мужчину:

– Сейчас же поднимитесь наверх за моими вещами! Чемоданы сами собой не дотащатся до моей двери! У вас чёткие обязанности! А сидеть с этой девчонкой может и Рикки!

Псина колебался. Он бросил настороженный взгляд на меня, потом снова на Бьянку.

– Но Рикки…

– Вы забыли, с кем разговариваете! – отрезала Бьянка, скрестив руки на груди. – Никаких «но»! Шевелитесь! И побыстрее!

Её голос, признаться честно, был раздражающе настойчивым. Я бы сама летела выполнить всё, что она пропищала, лишь бы она заткнулась. Видимо, по этому принципу это всё и сработало. И, судя по всему, она имела довольно привилегированное место в этом доме.

Неуверенно переминаясь с ноги на ногу, Псина и Лепрекон вышли из подвала, бурча что-то себе под нос.

Как только дверь захлопнулась, Бьянка резко сменила тон:

– Что ж, не думала, что мы так скоро встретимся, Нова. Ещё и при таких обстоятельствах.

Она помолчала несколько секунд, стоя на месте, как будто что-то выжидая, а потом стукнула по двери два раза костяшками пальцем, и она снова резко распахнулась.

В подвале возник Кошмарик.

Его внезапное появление было как гром среди ясного неба – или, скорее, как внезапный прожектор в тёмной сырой норе. Я невольно расплылась в улыбке, игнорируя ноющую боль в запястьях. В груди разлилось приятное, щекочущее тепло.

– Кошмари-и-ик! – воскликнула я, и мой голос прозвучал