Искусительница - Эйна Ли

— А разве сегодня ты не будешь помогать Дэвиду?

— Только не сегодня, дорогая, — отозвалась Синтия. — Лидия сказала, что хочет о чем-то поговорить со мной, и я жду ее.

— Похоже, вам надо будет посекретничать. Я, пожалуй, пройдусь, чтобы вы могли поговорить наедине.

— В этом нет Необходимости, Салли. Я уверена, Лидия не будет возражать против твоего присутствия, — проговорила Синтия.

— Да нет, мне это нетрудно, — заявила Салли и, схватив шаль, выбежала из вагона.

Едва сдерживая шаг, мисс Кинкейд направилась к деревьям. Интересно, Клей еще ждет ее? Он вполне мог подумать, что она уже не придет. Все пять дней, что она была в Тент-Тауне, они встречались. И хотя свидания были очень короткими, Салли с нетерпением ждала их. Но что, если Синтия обо всем расскажет Дэвиду? Синтия одна из совладелиц дороги, и она едва ли поверит. — что Клей Боннер не имеет никакого отношения к последним неприятностям.

Шагнув под сень деревьев, Салли увидела, что Клей, вскочив в седло, готовится уехать.

— Клей!

Молодой человек с улыбкой обернулся.

— Я боялся, что не увижу тебя сегодня, — признался он. Наклонившись, Клей протянул руку и помог Салли забраться на коня. Она проворно обхватила его за талию, и они поехали на прогулку.

Когда Лидия вошла в вагон, Синтия предложила ей стаканчик лимонаду, а потом женщины присели, чтобы обсудить школьные дела.

— Ученики очень полюбили Салли, — улыбнулась Лидия. — Мне кажется, все идет отлично. Пока тебя не было, я предложила мистеру Кинкейду объединить мальчиков и девочек в общие классы по возрасту, но теперь мне кажется, что в этом нет необходимости. А как ты считаешь, Синтия?

— Знаешь, Салли еще такая молоденькая, так что с нес достаточно и девочек. Сейчас я занимаюсь с ними всего по несколько часов в день, а остальное время помогаю Дэйву с бумагами. Но Салли девчонкам нравится, и, по-моему, все довольны.

— А как ты считаешь, мистер… то есть Дэйв позволит Салли остаться?

Синтия усмехнулась.

— Не думаю, что он отпустит ее до того, как она согласится вернуться в пансион. Ей, как это ни странно, удается манипулировать Дэйвом, хотя он этому и противится. А сейчас вроде все наладилось с детьми рабочих — все ходят в школу… — задумчиво сказала Синтия.

Лидия, кивнула, но Синтия заметила, что ее собеседница чего-то не договаривает.

— Лидия, ты еще что-то хочешь мне сказать? — спросила она.

— Вообще-то да… Но это не имеет отношения к детям, — неуверенно начала Лидия. — Речь идет о личном…

— Что я еще натворила? — засмеялась Синтия.

— Что ты, что ты! — воскликнула она. — При чем тут ты! Все дело во мне— Она покраснела еще сильнее. — Прости, я очень стесняюсь и надеюсь, что все сказанное останется между нами.

— Разумеется, — кивнула Синтия. — Так в чем же дело, Лидия?

— М-м-м… Знаю, что ты сочтешь, что все это… глупо с моей стороны, но в последнее время я испытываю… сильные чувства к мистеру Рафферти, — неуверенно пробормотала учительница.

— Но почему я должна решить, что это глупо? — удивилась девушка. — Шон Рафферти — хороший человек.

— И он такой красивый, — добавила Лидия.

— Согласна, — кивнула Синтия.

— Ну а я… я не очень-то привлекательна… Ох, Синтия! — и отчаянии простонала женщина. — Ты же во всем разбираешься. Я надеюсь, ты посоветуешь мне, что надо сделать, чтобы понравиться ему.

— Но ты и так ему нравишься, Лидия! — возразила Синтия. — Кажется, ты нравишься ему больше всех женщин в лагере.

— Нет, я имею в виду внешнюю привлекательность. Если говорить честно, Синтия, ведь во мне нет ничего красивого. Я уже смирилась с этим, но, повстречав мистера Рафферти, я… изменила мнение. Мне захотелось… нравиться. Вот я и прошу у тебя совета. Может, скажешь, что мне надо сделать, чтобы Шон обратил на меня внимание… в этом смысле?

— Лидия, я должна сказать, что самое главное препятствие уже пройдено — ему нравится бывать в твоем обществе, — заявила Синтия. — Что бы ты ни говорила, это очень важная часть взаимоотношений мужчины и женщины. Следующий шаг — убедиться в том, что он не забывает при общении с тобой, что ты — женщина. — Она подмигнула учительнице. — Об этом ему можно тонко напомнить. Есть кое-какие жесты, духи, прическа… Платье, наконец! Господи, да существуют тысячи уловок, с помощью которых женщина может привлечь внимание мужчины.

Откинувшись назад, Синтия критически оглядела подругу.

— Послушай, Лидия, я заметила, что почти вся твоя одежда серого или черного цвета. Почему бы не добавить чего-то яркого, чтобы осветить лицо? — предложила она.

Синтия побежала в спальню и вернулась с ярким красным шарфиком из шелка Накинув его Лидии на шею, завязала в причудливый узел на груди.

— Ну вот, теперь щеки твои кажутся чуть розовее, — с удовлетворением сказала она. — Та-ак… Подумаем теперь, как поступить с прической Ничто так не привлекает внимания мужчин, как новая укладка волос — Синтия стала вынимать шпильки из волос учительницы — У тебя слишком Серьезный вид. — И она распустила тугой пучок, который Лидия обычно закалывала на затылке. Эта «прическа» удлиняла и без того длинный нос Лидии. — Сейчас я подогрею щипцы, и мы украсим тебя несколькими легкомысленными кудряшками. Знаешь, у тебя высокие скулы, и это замечательно: с возрастом морщины будут не так заметны.

Синтия старательно расчесывала волосы Лидии.

— Ого! Да они у тебя вьются! Это превосходно — Но не может же женщина моего возраста носить волосы распущенными.

— Знаю, но у тебя, оказывается, красивые волосы. Я подниму их и заколю в свободный пучок на макушке, а по бокам завью два локона.

— Ну вот, так-то лучше, — заявила она через несколько минут. — У тебя даже выражение лица стало мягче. Посмотри. — Синтия вручила женщине зеркало.

— Ну и ну — восторженно прошептала Лидия — Как ты думаешь, какая черта у тебя самая непривлекательная? — спросила девушка. Лидия взглянула в зеркало:

— У меня слишком длинный нос.

— Стало быть, мы должны отвлечь внимание от твоего носа. — Синтия достала угольный карандашик и тонкими штрихами подчеркнула брови и ресницы подруги. — Теперь все будут обращать внимание на твои глаза и не заметят носа Еще раз взглянув на себя в зеркало, Лидия призналась — Мне так нравится!

Тогда Синтия отвела ее в свою спальню и поставила перед большим зеркалом.

— Боже мой, я так изменилась, что мне даже не верится, что это я.

— Нет, это именно ты, дорогая! Так что тебе осталось быть самой собой, то есть оставаться по-прежнему мягкой и обходительной А уж глядя на твою милую улыбку, Шон Рафферти, конечно, сделает тебе предложение.

— Скорее бы он увидел меня! — воскликнула Лидия. — Думаешь, ему понравятся перемены в моей внешности?