Кармелита. Роковая любовь - Олег Кудрин

— Нет, мой хороший, не надо к Баро. Тут в другую сторону нужно, — сказала Люцита и повела Миро к озеру.

Впрочем, зачем идти, когда такой конь есть! Он и двоих легко выдержит.

Максим тем временем уже успел искупаться и опять гулял с Кармелитой по мелководью. И тут, слоеная конная дивизия, налетели Миро с Люцитой.

Ни слова не говоря, Миро пошел на Максима.

Люцита с довольной улыбкой смотрела на все это со стороны. Все получилось именно так, как она хотела. Да только драки не вышло. Кармелита встала между мужчинами. И как они ни старались ее оттолкнуть, не сходила с места. Жилистая какая оказалась. Просто не девушка, а кусок каучука!

— Миро, не смей его трогать. Максим вообще ни при чем. Я сама сюда пришла.

— Значит, это тебе так захотелось?

— Да! Мне так захотелось!

— Ты!.. Ты!.. Я даже не знаю, как тебя назвать. Я не хочу, не могу ни видеть тебя, ни слышать!

Миро презрительно посмотрел на Макса, на Кармелиту, развернулся и пошел к Люците, держащей Торнадо на поводу.

— Почему он так наскочил? — спросил Максим минуту спустя.

— Понимаешь, нельзя девушке-цыганке оставаться наедине вместе с мужчиной. Тем более с… ну, с…

— С русским, я понял: тем более — с русским.

— Нет. Точнее сказать — не с цыганом.

— А этот паренек…

Максим задумался, где же он видел этого Миро. И вспомнил. Это тот парень, что спас его от пули охранника Рыча. А потом указал путь в табор, и уже в таборе взгляды их встретились, когда они любовались танцующей Кармелитой… И вот новая встреча.

Жалко. Хороший ведь парень. И вот судьба сталкивает их лоб в лоб.

— Этот Миро, кто он тебе?

Кармелита на мгновенье задумалась, сказать ли об их с Миро детском сватовстве. Нет, не стоит…

— Это просто цыган из табора. Теперь всем расскажет.

— Ну и что?

— Как что? Знаешь, что теперь обо мне станут говорить!

— А я всегда думал, что цыгане — это свободный народ… «Цыгане вольною толпой по Бессарабии кочуют…»

— Воля? Сколько хочешь. Не соблюдаешь приличия — иди из табора. Никто тебя не держит. Все равно никто замуж не возьмет.

— Ну, все же знают, что цыганки всегда влюблялись в кого хотели. И часто не за цыган замуж выходили.

— Это ты, Максим, великих писателей начитался, — грустно улыбнулась Кармелита. — А на самом деле у нас все иначе. Издавна.

— Да что «издавна»? Сейчас времена другие.

— Другие. И правда — другие, — еще больше погрустнела Кармелита. — В таборе сейчас очень тревожно.

— Почему?

— Из-за кладбища. Есть кладбище. Старинное. Не только цыганское. Но и наших там много похоронено. И мама моя. И прабабушка.

— Да, я слыхал, что из-за этого кладбища у моего шефа были проблемы с цыганским бароном. Но вроде бы все утряслось.

— Да ничего там не утряслось. Там гаджо, то есть, прости, русские…

— Да ничего, все в порядке. Гаджо и есть гаджо…

— В общем, наши старые могилы бульдозером хотели снести.

— Что?!

— Да. Наши еле отстояли.

— Прости… Мне уйти срочно надо.

— Макс! Куда ты?

— Прости. Мне срочно…

Только сейчас Макс понял, что означали хитрые улыбочки Антона. Бульдозером на кладбище — это уж слишком. Даже для такого великовозрастного балбеса, как Антон!

Максим застал своего друга (ли?) в офисе. После беседы с Форсом Антон был уже немного пьяненький. Дело в том, что в трезвом виде он очень боялся мести цыган. И, как ни успокаивал его Форс, страх не уходил. А вот после пары рюмок жизнь, как обычно, начинала налаживаться…

Если, конечно, не считать того, что Макс приперся. Да не просто приперся, а с наскоком:

— Антон! Что было на кладбище?!

— А что было, то и есть. Покойнички вокруг и тишина…

— Не фиглярствуй! Что ты там натворил?

— Ничего особенного. Я и Игорь взяли бульдозер, тот, что у нас на стройке работает. И съездили с ним на кладбище. С ветерком! Вот и все, собственно…

— И все?! Какого черта?

— Фу, как грубо. Просто мне чертовски хочется работать… Вот мы с Игорем и поехали туда. Расчистить площадку под застройку, снести морально устаревшие могилы, пятое-десятое… А там толпа агрессивно настроенных цыган, пользуясь полным и окончательным отсутствием органов правопорядка, слегка набила Игорю морду. И — самое страшное — меня чуть не покалечили!

— Ты… ты… ты хоть понимаешь, что ты натворил?!

— А что такое?

— Вот дурак, а!.. Проспись!

Как же стыдно! Игорь выбежал на улицу, ловить такси. Нужно срочно ехать к Баро, просить прощения.