Покоренная горцем - Пола Куин

Колин оказался совершенно неподготовленным к битве, которую ему пришлось вести последующие три дня. Он был воином, не имеющим себе равных. Непобедимым в схватке с любым врагом, которого ему доводилось встречать. Он никогда не позволял себе поддаваться слабости ни физически, ни морально. Он жил в постоянной опасности, постоянно рискуя, и ни разу не допустил, чтобы его сердце смягчилось.

Но его нынешний противник не был существом из плоти и крови. Он был сотворен из струящихся светлых локонов, а губы его оказались необыкновенно нежными. Дыхание же — удивительно сладостным, как ему и грезилось до этого в мечтах. Будь он проклят, не следовало ее целовать!

Потому что ему захотелось снова сделать это в тот же момент, как он оторвался от ее губ. И с тех пор это желание не оставляло его.

Он надеялся побеседовать с ней, объяснить, почему отважился на такое… Хотя, сказать по правде, он понятия не имел, что нужно говорить. Как обычно мужчины говорили женщинам о своих чувствах? И почему им приходилось это делать? Мало того, что он не знал, как показать свое расположение к даме. Он еще и заботился о ее благополучии, что само по себе выводило его из равновесия.

Скорее всего, ему суждено из-за нее погибнуть. Сегодня днем, на тренировке, он не сумел отбить удар Лефевра и едва не потерял глаз, наблюдая, как она расстилала одеяло среди могильных плит на кладбище Святого Петрока. Она дважды встречалась с ним взглядом, но смотрела с таким безразличием, что он с трудом управлялся с оружием, владеть которым был рожден. Эдмунд, радостно помахавший ему, был столь же опасен.

По крайней мере, Гейтс не вонзил меч ему в живот, когда он объяснил ему, как и куда намеревается вывезти Джиллиан с Эдмундом из Дартмута. Капитан даже выслушал от начала до конца его план — с небольшим отклонением от истины в указании конечного места их пребывания. Колину нравился капитан, но он не решался сообщить ему свое настоящее имя, а также умолчал о Кэмлохлине.

Однако все это не имело никакого значения, поскольку Джиллиан твердо решила держаться от него подальше, и это непрестанно терзало его. В конце концов, он обнаружил себя стоящим в лестничной шахте среди ночи, в то время как Джиллиан высоко на башне играла на лютне. Хуже того, зная, что пьяные солдаты сейчас расходятся к своим постелям, он ухитрился убедить себя, что находился здесь с одной лишь целью — оградить леди от нежелательного вторжения.

И теперь Колин мысленно проклинал себя на всем пути к солару графа в круглой башне. Ему давно следовало выбросить из головы мысли о свидании с ней и о том поцелуе. Ведь сейчас следовало думать лишь об одном — как заставить ее, Гейтса и Девона довериться ему. Поначалу он надеялся завоевать доверие Джиллиан, прежде чем приведет в исполнение свой план. Но дольше он не мог ждать. Чем скорее они с Эдмундом покинут Дартмут, тем раньше он сможет сосредоточиться на деле — на уничтожении своих врагов.

Доверие графа будет нетрудно завоевать. Колину было известно кое-что, о чем Девон не знал. Например, кто на самом деле стоял за заговором, имевшим целью призвать Вильгельма в Англию. Девон жаждал власти и хотел Джиллиан. Чтобы получить и то и другое, он нуждался в союзниках, причем в могущественных союзниках. Хотя имя отца Колина вселяло страх в сердца его врагов, его мать пользовалась большим уважением среди англичан. Колин не прочь был воспользоваться этим, чтобы добиться успеха.

Изобразив на губах улыбку, он постучал в дверь графа Девона. Когда тот пригласил его войти, улыбка Колина стала почти сердечной.

— Кэмпбелл?.. — Граф взглянул на него из-за горы пергаментов, разбросанных по столу, за которым он сидел. — Чем могу вам помочь? Только кратко. У меня еще масса дел.

Колин оглядел солар. Они с графом были одни. Не ожидая приглашения, горец уселся в мягкое кресло.

— Я прибыл сюда, милорд, чтобы помочь вам свергнуть короля-католика. Но дни идут, а нам по-прежнему неясно, каким образом мы собираемся выполнить нашу задачу. Я обеспокоен, милорд.

Девон с раздражением взглянул на горца, несколько удивленный его дерзостью.

— Вам, Кэмпбелл, хорошо платят за то, чтобы вы готовились к этому дню. Предоставьте мне самому уладить все тонкости… относительно даты и остальных подробностей.

Улыбка Колина немного померкла. Настал подходящий момент пустить в ход свои козыри.

— Мой кузен, будущий граф Аргайл, полагает, что в деле грядущей победы Вильгельма главная роль принадлежит графу Эссексу, а не вам, милорд. Я надеялся его разуверить, однако…

Девон отбросил перо и проворчал:

— Чего вы хотите?

«Очень немного на самом деле», — подумал Колин. Он уже имел кое-какие соображения насчет того, когда следовало ожидать прибытия Вильгельма. И если не хватало всего одной подписи под приглашением, то ее можно было получить в течение нескольких недель. Принц, скорее всего, прибудет летом. Но сколько кораблей он приведет с собой? Колин встречался со своим связником чуть позже этой же ночью и надеялся сейчас раздобыть еще немного информации для передачи королю.

— Довольно много, милорд, — ответил Колин. — Первым делом — вернуть былую славу моим родичам.

— Я уверен, что так и будет, — заверил его Девон и потянулся к серебряному кувшину у своего локтя.

— Видите ли, милорд, Кэмпбеллы всегда занимали почетное место — как в парламенте, так и при короле. И я хочу, чтобы снова так было.

Теперь Девон смотрел на него с явным интересом. Колин почти слышал мысли, роившиеся в голове графа.

— Конечно же, я сделаю все возможное, чтобы помочь вашей семье. Виски? Как я понимаю, вы, шотландцы, очень его любите.

— Благодарю, но нет, спасибо.

— Оно из моего личного запаса.

Колин невольно улыбнулся:

— Я высоко ценю вашу щедрость, но мой ответ остается прежним. Я еще не закончил вечернюю тренировку.