Эверест. На грани жизни - Екатерина Васина

Кстати, за психическое здоровье второй я оставался спокоен. Джулия и правда тот еще медоед, но медоед особый. Имея стальные нервы и выдержку, внутри она оставалась мягкой и нежной. И когда мне это открылось, то я испытал немалый шок.

— Только не подведи, медоед. — бормотал по дороге, следя за ней. Ярко-зеленая с желтыми узорами куртка Джулии мелькала где-то в середине процессии. Примерно на середине пути я не выдержал и на коротком привале подошел к ней.

— Ты как?

— Пойдет. — услышал хриплый ответ.

На такой высоте изменяется голос, пересохшее горло точно выдает каркающие звуки. Потому надо пить, пить и еще раз пить. При этом все равно идет обезвоживание.

Я сделал знак Чану, который отошел чуть в сторону. Дождался, пока он подошел и коротко сказал:

— Давай, пусть начинает дышать кислородом.

— Я в порядке!

Лицо у Джулии, как и у всех нас, закрыто везде, где можно. По сути, видна только тонкая полоска между верхней частью очков и капюшоном. Но я ощущал ее взгляд. Знал, что сейчас она хмурит брови и старается злиться. Но от усталости эмоции кажутся тусклыми.

— У тебя губы очень бледные. — только и смог сказать ей. — Давай, детка, глотни кислорода. Сделай это.

— Остальным тоже предложишь?

— Смотри. — я махнул рукой в сторону Андрея. Тот уже поправлял кислородную маску. Джулия тоже посмотрела, потом перевела взгляд на меня и молча потянулась за кислородным баллоном. Я же мысленно выдохнул: в глубине души боялся, что у нее проснется упрямство.

Сам пока чувствовал себя нормально и без кислородной поддержки. Впрочем, как и остальные. Но думаю, вся команда уже в третьем лагере ляжет отдыхать с кислородом. Да и как отдыхать… так, тяжелое забытье перед основным рывком к вершине.

Навстречу нам медленно двигалась яркая группа. Среди них я узнал Адама. С ним мы не раз сталкивались в разных местах. Неплохой гид и опытный альпинист, сейчас он работал на одну американскую компанию, что устраивала подъемы на разные вершины мира.

Шли они медленно, явно из последних сил. Но при этом я чувствовал вокруг их группы ауру удовлетворения. Так и вышло: после коротких переговоров оказалось, что они уже поднялись на вершину.

— Нормально там. — говорил Адам, чьи губы потрескались от мороза и ветра. — Но мы спускались и ветер поднялся. Говорят, что к часу ночи окно должно открыться. Так что вы времени не теряйте.

— Хорошо. Вы молодцы, поздравляю. Как группа?

— Двоих пришлось в базовый отправить, а остальные молодцом, держаться. Твои как?

Я невольно оглянулся на своих альпинистов. Они сидели на валунах, просто на земле и пили воду. Опять короткая передышка.

— В порядке.

— А у поляков один сорвался. — вдруг произнес Адам. — Уже на спуске поторопился и в трещину улетел.

Я промолчал. Увы, такое здесь вполне может случиться. Потому первое, что вдалбливаю в голову тем, кто со мной будет подниматься: не спешить. Даже если кажется, что все идет хорошо, даже если лагерь виднеется буквально в нескольких метрах.

Не спешить!

Мы с Адамом перекинулись еще парой фраз и разошлись. Где-то в глубине души я немного ему завидовал. Они уже поднялись, они возвращаются в базовый, где смогут отдохнуть как положено, в просторной палатке, с нормальной едой. А не ютится в полусогнутом состоянии на пятачке скалы, где ревет ветер.

— Алекс.

Джулия подошла ко мне так, точно мы передвигались под водой. Каждый шаг медленный, точно время растянули. На лице кислородная маска, голос уже чуть бодрее.

— Как нога? — мигом отреагировал я.

Только бы все было в порядке. Она же в фурию превратится, если сейчас ее организм подведет.

— Нормально все с ногой. — отмахнулась Джулия. — Что с погодой? эти же поднялись, да? Поднялись?!

— Успокойся.

Джулия замолчала, глубоко вдохнула кислород. Я же заговорил, приблизившись к ней вплотную:

— Они поднялись, погода держалась нормальная, но уже при спуске задул ветер и повалил снег. Обещают ночью окно, так что мы движемся дальше. Но ты помнишь, что я тебе говорил? Медоед?

— Да какой я медоед!

— Которому все похер. Так, если все в порядке, то вперед.

Я убедился, что двигается она без проблем, заодно проверил остальных. Виктор держался отлично, но в нем как раз я и не сомневался. Как и в Карле с Вадимом. Эти двое перли вперед осторожными танками, как бы странно это ни звучало. Первый за счет тренированности и природных сил, второй… ну главное, что он шел. Большой мальчик, знает, что делает.

На восемь тысяч триста метров мы поднимались, сцепив зубы. Ладно, я натренирован и то периодически чувствую как организм просто начинает медленно подыхать. А "наши" альпинисты уже шатались.

— Ноги не двигаются. — пробормотал Андрей.

Его шатало сильнее остальных. Я даже призадумался, сможет ли он завтра идти на штурм. И кислородом он начал дышать раньше остальных. Но главное, что Андрей шел. Хотя в некоторых местах шерпа подставлял ему плечо.

Убедился, что остальные добрались до палаток, повернулся к Андрею. Лагерь тут приткнулся на крохотном пятачке, вокруг которого валуны, а с одной стороны обрыв. Ходить надо осторожно, лучше просто лечь и ждать, пока восстановятся силы. Тем более ветер тут дул сильный, пронизывающий. И температура резко упала.

— Ложись в палатку. — велел я Андрею. — Тебе сейчас принесут поесть и надо пить. Как можно больше.

— Тошнит меня.

— Да, потому что мы на огромной высоте. У тебя здесь организм в шоке, он на пределе. Потому сейчас надо дать ему время хоть немного отдохнуть.

— Такое чувство, что я не смогу отдохнуть.

Я сжал зубы. Ну прав он, прав. На этой высоте мы не отдыхаем, мы даем организму время просто полежать. А потом еще рывок, уже до вершины. Тем не менее ныть в данной ситуации не видел смысла.

— Андрей, нам всем сейчас тяжело. Но ты выглядишь неплохо, ты дойдешь.

— Дойдем. — пробасил Карл.

Он возник из метели, обхватил Андрея за плечи.

— Идем, я нашу палатку нашел. Идем, идем.

Мы с Карлом обменялись понимающими взглядами. Вот за кого я был спокоен. И взойдет, и другим поможет при необходимости. Такие люди обычно спокойные, как удавы, в мирной жизни. А на горе преображались и старались незаметно так подбодрить остальных.

Я же хотел проверить, как разместилась Джулия. Ее палатка находилась в центре пятачка. И, откинув полог, я застал свою девушку за странным занятием. Она то убирала кислородную маску от лица, то снова надевала. Увидев меня, проговорила уставшим голосом. Настолько уставшим, что мне захотелось взять ее в охапку и без остановок добежать до Катманду.