Опьяненный любовью - Салли Маккензи

«Я ведь не могла так смотреть на Гарри! Или…»

Сердце у Пен упало. Эта Каро видела людей насквозь. Как любая сметливая торговка.

– И за ужином ты была сама не своя. Тут я поняла, что-то назревает. Потому и не спускала с вас глаз. И… – Тут Каро вспыхнула и отвела глаза.

О боже, это скверно. Пен ждала продолжения.

– И я увидела, как ты вышла. – Каро обратилась к висевшему на стене портрету одного из покойных Хэвенриджей. – Я…

– И что дальше, Каро? – руки Пен невольно сжались в кулаки.

Каро снова с возмущением и тревогой посмотрела на Пен.

– Пошла за тобой в гостевой домик.

– Что?!

«Значит, Каро видела, как полуодетый Гарри меня схватил?»

– До самого гостевого домика я не пошла.

«Благодарю Тебя за это, Господи!»

– И не видела, как он задрал тебе юбки и повалил на лужайке.

– Каро!

– Так у вас ничего не случилось?

Вверху на лестнице в ночной рубашке и халате появилась Джо, а рядом с ней Фредди.

– Ничего, – заверила ее Каро.

– Ничего, – тут же подтвердила Пен.

– Ох ты, боже мой. – Джо принялась спускаться по лестнице, когти семенящего за ней Фредди защелкали по мрамору. – Пойдемте лучше в гостиную, чтобы никого не разбудить.

– Я, собственно, уже хотела ложиться, – сообщила Пен, направляясь к лестнице в надежде проскочить. Но нет, спокойно пройти мимо Джо ей не удалось. – День выдался длинный. Так что уж прости великодушно.

– Вот возьму и не прощу, – улыбнулась Джо. Точнее, улыбались губы, а глаза оставались строгими. – Пен, я ведь тоже о тебе тревожусь. – Джо остановилась на последней ступеньке, опираясь на перила. Рядом с ней вертел хвостом Фредди.

Пен угодила в западню.

Она выдохнула.

– Хорошо. Надеюсь, это ненадолго. Я очень устала…

– Не сомневаюсь. – Выпад Каро был ясен как день, по крайней мере для Пен, имевшей все основания смущаться.

– Каро! – резко оборвала ее Джо. – Этим делу не поможешь.

Каро нахмурилась. Она хотела что-то возразить, но, поджав губы, без единого слова направилась в гостиную.

– После тебя, – любезно произнесла Джо.

Пен поняла, что она не даст ей сбежать.

«Черт возьми, а разве это так важно? Так или иначе, история всплывет. Такие истории всегда всплывают».

Пен пожала плечами и, не жеманясь, вслед за Каро вошла в гостиную. Пен хотелось сесть куда-нибудь подальше, туда, где потемнее, но она знала, что это ничего не изменит. Пен опустилась на один из ближайших к камину стульев, прямо напротив Каро, и уставилась на нее. Каро гордо выдержала ее взгляд.

– Удобно? – с деланой веселостью спросила Джо и поворошила кочергой тлеющие в камине угли. Потом перевела взгляд с Пен на Каро. – Думаю, нам всем не повредит глоточек бренди.

Пен уже пила бренди, но не собиралась об этом рассказывать. А ее… упражнения, казалось, выжгли даже тень опьянения.

– С удовольствием.

Каро лишь усмехнулась.

Джо выудила из кармана халата ключ от винного шкафа. За долгие годы Джо знала наперечет всех своих тайных пьянчужек, поэтому и бренди держала под замком. Сопровождаемая Фредди, она принесла и поставила на стол графин и три стакана.

– Только самую малость, – предупредила Пен, глядя, как Джо наливает ей.

Может, бренди притупит ее эмоции и даст ей пусть и ложное, но чувство удовлетворенности.

– Можно тост? – спросила Джо. – За приют.

– За «Вдовье пиво» в каждой лондонской таверне. – Каро посмотрела на Пен и скорчила рожицу. – Или в некоторых лондонских тавернах!

Пен улыбнулась в ответ. Хоть Каро порой и слишком честолюбива и жутко досаждает, но работать умеет. Львиной долей их финансового успеха, если не всему, они обязаны именно ее одержимости и коммерческим умениям. Вот только бы пореже совала нос в личную жизнь Пен…

Пен подняла стакан.

– За хороший урожай.

Они чокнулись и выпили. Бренди чуть ослабило напряжение.

Откинувшись на спинку стула, Пен обвела взглядом своих товарок.

Если Каро временами и выводила Пен из себя, то Джо проявляла о ней искреннюю заботу. Они были хоть и не такими уж близкими подругами, зато преданными друг другу ради общей цели: процветания приюта. Раньше у Пен ни с кем не было объединяющей цели.

«Если я уйду с Гарри, придется все это бросить».

Хуже того, уйдя с Гарри, она окажется, по сути, никем. Его аристократическое окружение будет взирать на нее свысока – любовница графа, ни больше ни меньше, да еще и из простых. Ниже крестьянской дочери уже никого и быть не может, по их мнению. Даже обыватели, среди которых ей придется жить, будут на нее коситься. Пен навек останется для них падшей женщиной, но слишком близкой к хозяину, чтобы откровенно презирать ее.

И Гарриет теперь считают барским ублюдком…

Нет уж. Как ни соблазнительно присутствие рядом Гарри, согласие уехать с ним – скверная идея.

«А как же любовь? И с любовью тоже распрощаться?»

Пен не могла и вообразить, что полюбит кого-то еще, кроме Гарри.

– Ну, – заговорила Джо. – Что это вы, так… оживленно обсуждали в прихожей?

Боже!

– Так ты все слышала? – спросила потрясенная Пен. Оказывается, она забылась настолько, что ей теперь придется выставить свое грязное белье напоказ всему приюту. Она ни с кем тут не дружила, в особенности с Розамундой.

– Нет, не слышала, – спокойно заявила Джо. – Иначе не стала бы спрашивать. – Она улыбнулась. – И не беспокойся. Поблизости больше никого не было, но заговори вы громче, вас услышали бы.

Ну слава богу, хоть так.

– Джо, Пен почти два часа пробыла в гостевом домике с графом, – внесла ясность Каро, мрачно глянув на Пен.

«Неужели так долго?»

– Ах вот оно что, – посерьезнела Джо, поглаживая Фредди за ушами. – Я видела, как ты ушла, но думала, ты уже вернулась. И не знала, что ты ходила в гостевой домик. – Джо нахмурилась. – Считаешь, это разумно, Пен?

– Она якобы уговаривала графа раскрыть пошире кошелек нам на пользу, – заявила Каро. – Но если и взяла с него денежки, то не для приюта.

– Каро! – в один голос воскликнули Пен и Джо.

Каро покраснела.

– Простите. Я знаю, Пен, ты не из-за денег.

Пен хотела ответить на выпад Каро.

«Нет. Лучше об этом не распространяться».

– Пен. – Джо положила ладонь ей на колено. – Ты взрослая женщина и мать, ответственная и здравомыслящая. Я не собираюсь говорить тебе, что ты должна или не должна делать, но прошу, будь осторожна. В глубине души граф не думает о твоих интересах.