Милашка для грубияна - Илона Шикова

— Думаю, ты не права, — печально вздыхает Аня в ответ. Неужели ее тоже эмоции переполняют? — Не похож он на безответственного и легкомысленного парня. Ты подумай сама, нафига ему это надо? Думаешь, если бы он очень захотел куда-то поехать, даже к девушке на свидание, то спрашивал бы тебя? Согласна, — останавливает меня, когда я уже было открыла рот, чтобы возразить, — сначала он пылал жаждой дурацкой и детской мести, прочитав твои статьи. Но потом что-то у вас там произошло, и он взглянул на тебя по-другому. Кать, ну подумай сама: Вишневский — миллионер, один из основных, я бы даже сказала главный налогоплательщик нашего города, и тащится с тобой в сомнительный автосервис, чтобы ремонтировать машину? Еще и Дарину терпит, — в этом месте я усмехаюсь. Действительно, сложно представить Артема в этой роли, если он сам этого не хочет. — Да он с потрохами купит и наше СТО, и все автомобили, которые здесь стоят, вместе взятые. Еще и нас в придачу захватит. И потом, только без обид, — поднимает указательный палец вверх, — не такая уж ты неприкосновенная личность, а ваш журнал — не такой серьезный противник, чтобы, как ты говоришь, он терпел тебя в своем доме против собственной воли. Такого, как Артем, хрен что заставишь сделать вопреки его желаниям.

Анька замолкает, а я перевариваю то, что она сказала. Видимо, она права. Скорее всего, так и есть. Уверена, всё, что она сказала — чистая правда. Но… Это «но» не дает мне покоя, и сомнения все равно закрадываются в душу. Верить ему или не верить?

— Наверное, ты права, — тяжело вздыхаю в ответ.

— Но ты боишься, — озвучивает подруга мои сомнения, а я только киваю головой в ответ.

Наш диалог прерывают появившиеся в боксе Артем с Дариной, которые несут по два стаканчика с кофе. Парень подходит ко мне и протягивает напиток. Наши пальцы на долю секунды переплетаются, и меня в очередной раз бьет током от его прикосновений. Артем сморит пристально, с полуулыбкой на лице, а я в ответ не могу отвести от него взгляда. Прячу глаза за стаканчиком, делая глоток горячего кофе и давая себе минутку передышки от реакции на его близость.

Девчонки хихикают в стороне, повернувшись к нам спиной. А мы продолжаем молча смотреть друг на друга, не произнося ни слова. Через пять минут Анька призывает всех продолжить работу, и Артем вместе с Дариной идут назад к автомобилю. Я больше не пялюсь в их сторону, постоянно думая о том, что сказала Анюта.

Время до шести часов вечера пролетает быстро. Я бы даже сказала незаметно. Пару раз в бокс заходит Петрович, подсказывая Дарине с Артемом, как правильно делать. Называет девушку «эксплуататоршей», глядя, как она гоняет парня, а она его в ответ «старым пнем», строгим тоном приказывая, чтобы не вмешивался в рабочий процесс. Мы смеемся, а Петрович довольный нас покидает.

Мотор готов, и Вишневский вызывается помочь его установить, укрепляя на подъемник. Мышцы на руках перекатываются, а мы втроем за этим наблюдаем. Дарина смотрит на меня, поднимая указательный палец вверх и легонько кивая утвердительно головой. Я усмехаюсь, и настроение делает стремительный скачок вверх.

Закрепляем двигатель, и Анька объявляет о конце рабочего дня.

— На сегодня всё, — вытирает руки тряпкой. — Спасибо за помощь.

— Не выпендривайся, помощь, — Дарина кривится. — Я катаюсь первой, — тычет в нее пальцем и перебивает подружку, как только та открывает рот, чтобы дать отпор. — Даже не мечтай мне сейчас что-то возразить!

— Посмотрим на твое поведение, — усмехается Анюта.

— Так, может, в клуб? — Дарина обводит всех взглядом. — По традиции, как говорится.

— Я устала, — начинает канючить Анька.

В принципе, она всегда плачется по вечерам субботы, но потом сдается под нашим напором. Однако сегодня я всецело на ее стороне. Нет никакого желания тащиться куда-либо, кроме кровати.

— Думаю, надо отдохнуть, — поддерживаю подружку.

— Какие вы все несерьезные, — капризничает Дарина. — Артем, ну хоть ты им скажи, а?

Вишневский стоит молча, наблюдая за нашей перепалкой. Уверена, он тоже устал, и желания тащиться в клуб у него нет. Но он же упрямый, а значит никогда в жизни не признается в этом. И я очень надеюсь, что меня поддержит. Но тут Вишневский выдает, путая все мои дальнейшие планы:

— Приглашаю вас, милые барышни, потанцевать. Обмоем начало моей новой трудовой деятельности. Если вдруг разорюсь, приду работать в автосервис, — и скалится во все тридцать два зуба. — Отказы не принимаются, — тычет в нас с Анькой пальцем, а мы переглядываемся между собой.

Анюта пожимает плечами, показывая всем своим видом «надо, значит надо», и мне приходится капитулировать под напором двоих упрямцев, особенно коронного взгляда Дарины «только попробуй отказаться». Утвердительно киваю головой с кривой усмешкой на устах.

— Вот это я понимаю, мужчина, — восклицает Дарина. — Сейчас все отдыхать, — как обычно, берет командование в свои руки. — А в десять встречаемся возле нашего любимого клуба.

— Может, в какой другой пойдем? — обиженно произносит Аня.

— Не боись, в обиду не дадим, — Дарина обнимает ее за шею. С ее ростом это сделать элементарно, и Анюта, в очередной раз тяжело вздыхая, соглашается:

— Ладно, уговорили.

Переодеваемся, моем руки, прощаемся с девчонками и идем вместе с Вишневским к Гелику. Он забирает у меня ключи от машины и садится за руль. А я откидываюсь на пассажирском сиденье, открываю окно и закрываю глаза, как делал с утра Артем. Мышцы гудят, но настроение очень хорошее. И даже остается время, чтобы отдохнуть перед ночными танцами. Вишневский же не знает, что энергии у нас много, а потому будем плясать с девчонками до утра. Пока сил хватит, а их обычно переизбыток, когда дело касается развлечений. Будет ему наглядная наука на будущее, как сначала говорить, а потом уже думать.