Провальные каникулы - Элла Савицкая

На следующий день я подскочила на постели, как ошпаренная. Андрес спал рядом, и лениво зашевелился, пока я искала на какой тумбочке могла оставить мобильный. Солнце, судя по тому, как падал свет из окна, уже находилось высоко в небе, и теперь я точно могла сказать:

— Андрес, мы опаздываем!

— Куда? — сонным взглядом посмотрел на меня, и я улыбнулась. Какой же он милый, вот такой, как сейчас. Со всклокоченными волосами, помятым от подушек лицом. Хмурится, не понимая, как я могла его в такую «рань» разбудить. У меня сердце защемило.

— На работу! Мне больше некуда опаздывать, — пальцами нежно убрала с его лба волосы, а он, взяв меня за запястье, потянул к себе. Уложил рядом и сгреб под себя, так что я уткнулась носом в его мускулистую грудь.

— Мы не идем на работу. Расслабься.

— Ты договорился с Марко?

— Мхм. — И я расслабилась. Провела носом по коже, на которой россыпью щекотали мне лицо жесткие волоски и глубоко вдохнула. Научно доказано, что у каждого человека есть свой неповторимый запах. Говорят, если одному из пары влюбленных не понравится запах второго, они не смогут быть вместе. Это однозначно не про меня. Я готова дышать Андресом сутки напролет. И судя по тому, как он втягивает носом аромат моих волос, это взаимно.

Как же хорошо! Так тепло! Нет, на улице — то и так жарко, а тепло было внутри. Так тепло, что сердце разрывалось.

Бедром почувствовала его утреннюю эрекцию, и тут же ноги сжала. Неужели у него есть еще силы на что — то после того, как он ночью практически не выпускал меня из объятий. Всё, что мы успели — это поужинать заказанной из кафе едой, а потом долгие часы затуманенного Адресом сознания. Он делал всё, что ему хотелось, да и я тоже. Ласкал всеми возможными способами, и медленно истязал, заставляя изнывать от желания, и жестко брал, когда сам не мог больше ждать и терпеть. Я мстила ему тем же, даря ласки члену языком и губами, целуя его, втягивая в рот, пока он шипел подобно зверю, а потом вонзался в мое тело снова и снова, унося за грани понимания.

Теперь, на утро, я боялась одного, чтобы моя походка не была подобна раненой утке. Внизу саднило, но мне нравилась эта боль. Боль, подтверждающая, что я принадлежу моему мужчине, и он не может насытиться мною так же, как и я им.

— Ты больше не будешь работать, Эмилия, — ворвался в приятные мысли хриплый голос.

— Что это значит? Почему? — подскочила я на месте, шокировано уставившись на Андреса.

— Я думаю, ты уже насобирала достаточно денег, чтобы спокойно долететь до дома.

— Но это единственная возможность быть с тобой рядом, — возмутилась я.

— Не единственная. У нас масса вариантов. Пляж, кафе, клубы, кино, прогулки, поездки, эта квартира. По — моему, ничем не хуже ресторана, — лениво потянулся, и обвел мое неприкрытое простыней тело, темным взглядом.

— В выходные возможно. А что я буду делать в те дни, когда ты будешь на смене? — не унималась я. — Нет, я не согласна. Я через неделю уезжаю, Андрес, и хочу провести с тобой как можно больше времени!

— Хорошо, как скажешь. Хочешь работать — работай. Только не забудь Марко предупредить, для него это будет сюрпризом. — В черных глазах появились смешинки, но лицо оставалось серьезным.

— Каким сюрпризом? — не поняла я.

— Ну я — то буду дома отсыпаться, пока ты будешь работать. Представь только, они с Милли приходят, а тут ты такая рисуешься и отнимаешь у бедной девочки чаевые, — он уже откровенно улыбался, издеваясь над моей еще не проснувшейся сообразительностью.

— Так ты тоже не будешь работать? — наконец до меня дошло.

— Ну конечно. А ты думала, я последнюю твою неделю здесь буду тратить на ресторан?

Я широко улыбнулась, и облегченно завалилась обратно, рядом с ним.

— Подожди, а как же потом? Будешь сам отрабатывать? — нахмурилась, спохватившись.

— А потом Роб найдет еще какого-нибудь забредшего туриста, и он встанет на твое место.

— Или туристку… — вставила я.

— Или туристку. — засмеялся он. Я прищурилась, собираясь высказать ему несколько нелестных слов, но он, видимо, не желая слушать этот поток, припал к моим губам нежным поцелуем. Медленным и таким чувственным, что я растаяла. Целовал долго, встречая мой язык своим, и ласково поглаживая ладонями лицо. Успокаивая. Вселяя веру. Не знаю во что… И что вообще из этого получится? Что будет, когда я уеду? Не знаю, я подумаю об этом позже, ведь сейчас, когда он осторожно пристраивается между моих ног, продолжая целовать, мысли уходят совершенно в другое русло…

Спустя несколько часов, Андрес уехал «по делам». Я понимала, что продажа наркотиков требует много времени, поэтому просто поехала к Эле. Вечером мы договорились встретиться в баре «Ла Фактория», где работает Пабло.

Я как раз разговаривала с папой по телефону, когда заходила домой. Эля тут же подскочила ко мне, как любопытная обезьянка и одними губами прошептала «Ну как?». Я отмахнулась, показав на трубку, но она не унималась. Ходила вокруг да около, пока я не закончила разговор, а потом выпалила:

— Ну ты болтлииивая! Это ж надо целых пять минут трепаться по телефону.

— Десять. Я начала на улице.

— Тем более. Уши отвалятся, если так долго гаджет к ним прижимать. — А потом схватила стул и поставила его напротив моей кровати. — Ну… как все прошло?

— Ты бы еще лампу мне в лицо направила, булочка. Ощущение, что я на допросе, — рассмеялась я.

— Надо будет — направлю, если будешь детали от следствия утаивать!

— Ох, Эльвир, — вздохнула, глядя на подругу, — по — моему, я влюбилась…

— Пппффф, тоже мне сенсация!