Венера - Джейн Фэйзер

— Приношу мои извинения, мадам! Я немедленно удаляюсь!

— Фу, какой! — засмеялась Полли. — Вы прекрасно поняли, что я имею в виду!

— Ну, хорошо… Сьюзан, почему бы тебе не заняться уборкой посуды? Ведь обед уже закончился, насколько я понимаю?

Пробормотав какие-то извинения, Сью с видимым облегчением принялась за привычное дело и, поставив тарелки на поднос, выскользнула из комнаты.

— Ну что, устраивает она тебя? — поинтересовался Николас. — Ей понятно, что требуется от нее?

— Само собой! — заверила его Полли с живостью. Внезапно она ощутила, как холодная тень утренних событий вторглась в их любовную идиллию.

— О чем вы беседовали с его светлостью? — спросила Полли.

— Он сказал мне, что не прочь поближе познакомиться с госпожой Уайт. Я же сделал вид, будто меня совсем не волнует это обстоятельство.

— Я отказалась от его предложения провести вместе вечер: мне кажется, не стоит проявлять чрезмерную поспешность.

— И как он повел себя? — полюбопытствовал Николас и, подойдя к буфету, налил вина.

Полли, однако, заговорила сначала о другом:

— Сегодня нет спектакля, но на репетицию все же придется пойти. Пусть Томас увидит, что я не сбиваюсь больше с роли.

— О чем это ты?

Полли пожала плечами и рассказала ему о хитрости, к которой прибегла этим утром.

— У меня отлично это получилось!.. Ну а что касается реакции герцога на мой отказ, то вначале он был страшно недоволен, однако потом взял себя в руки. — Помолчав немного, Полли заключила: — Думаю, его светлость не замедлит вновь обратиться ко мне с подобным же предложением, и на этот раз я не стану уже отказывать ему.

На следующее утро тишину нарушил громкий стук в парадную дверь — в тот именно час, когда Полли, воспользовавшись отсутствием Ника с его многочисленными наставлениями относительно того, как следует себя вести во время принятия пищи, бродила по гостиной с тарелкой в руках.

— Пойду посмотрю, кто там, — сказала Сью, положив на кресло одно из платьев Полли, и затем, уже от двери, добавила нравоучительно: — А у тебя может случиться несварение желудка, если не будешь завтракать, как все, — сидя за столом.

— Ну вот, вылитый милорд! — засмеялась Полли и, подойдя к окну, выглянула, чтобы узнать, кто там пожаловал. На улице стоял лакей ее неугомонного поклонника. Стоило ей только обнаружить сей нерадостный факт, как веселое настроение, в коем она только что пребывала, вмиг уступило место паническому чувству, — примерно такому же, что охватывало ее всякий раз перед выходом на сцену.

— Здесь письмо и сверток, — сообщила Сью, вернувшись в гостиную. — Его светлость герцог Букингемский ждет от тебя ответа.

Полли открыла конверт, в котором лежало послание, написанное цветистым слогом со множеством комплиментов и содержавшее приглашение на завтрашний вечер. Когда же она развернула сверток, то Сью даже вскрикнула от удивления. В нем оказалась изысканной работы брошка в форме цветка, украшенная бриллиантами и жемчугом.

— Очень мило, — пробормотала Полли.

Ее отказ от такого подарка наверняка вызовет недоумение у его светлости, особенно если она согласится при этом принять приглашение на «скромный прием» в его доме на Стренд-стрит. И в самом деле, как совместить тут одно с другим?

— Верни лакею это, Сью, — попросила Полли, заворачивая брошь. — И передай, что госпожа Уайт с благодарностью принимает приглашение герцога. — Потом, подумав несколько секунд, она заметила: — Конечно, лучше бы послать ответ в письменном виде, но, боюсь, я не очень сильна в грамматике.

Сью с тревогой посмотрела на Полли:

— Почему его светлость присылает тебе приглашения и подарки? Это неправильно, Полли: ведь твой покровитель — милорд!

— Я поддерживаю отношения с герцогом исключительно по просьбе Ника и его друга лорда. Де Винтера. — Ответила Полли. — Так что успокойся, Сью.

— Не нравится мне все это, — призналась Сьюзан, беря сверток. Откуда ей было знать о лицемерии и двуличии придворной жизни, когда замужние дамы могут рожать детей от посторонних мужчин, а их благоверные признают равнодушно чужого ребенка своим. Безупречный внешний вид, хорошие манеры и умение искусно притворяться считались в том коварном мире единственными добродетелями.

Полли все чаще сомневалась, правильно ли она поступает. Если смотреть на все с позиции морали, исповедуемой высшим светом, то она — госпожа, в роли покровителя которой выступает лорд Кинкейд. Ну а Пруэ и остальные обитатели таверны Пса сочли бы ее, насколько ей известно, всего лишь шлюхой, находящейся на содержании у милорда.

Так кто же она на самом деле? И так ли уж это важно? Разве не главное то, как Николас относится к ней? Пожалуй, что да… Но ведь только что он дал ей ясно понять, что не будет иметь ничего против, если она поведет себя как продажная девка!

Когда впервые задумали они с Де Винтером использовать ее таким вот образом? И кому из них первому пришла в голову подобная мысль?

«Мы оба сможем быть полезны друг другу…»

«Черт подери! — дошло вдруг до Полли. — Я же сама, добровольно, согласилась участвовать в этом!»

Подойдя к окну, она увидела, что лакей герцога разговаривает со Сьюзан. Он выглядел недовольным, забирая сверток, и, кажется, даже немного повздорил со Сью.

— Он не хотел брать его назад, — рассказала та, поднявшись в гостиную. — Говорил, что его светлость ужасно рассердится.

— Но ведь это не его вина, — заметила Полли и подумала: «Как же герцог будет зол на меня!» Но что было делать?

— Я хочу послать записку милорду, — обратилась она к Сьюзан. — Пускай слуга Бенсонов отнесет ее.

Полли, ощущая чувство тревоги, позвонила в колокольчик.

Слуге не пришлось долго разыскивать лорда Кинкейда. Проходя по Сент-Мартин-лайн, он увидел его верхом на гнедом жеребце.

— Милорд!.. Милорд! — закричал мальчишка, выбегая на булыжную мостовую.

— Что-нибудь случилось? — спросил Николас, останавливая лошадь и наклоняясь к юному посыльному.

— Нет, милорд, все в порядке, — ответил тот, отдавая записку. — Просто госпожа Уайт просила меня доставить вам это как можно скорее.

— Что ты и сделал, — засмеялся Николас, протягивая ему монету. — Это тебе за труды.

Парень взял шестипенсовик и, стоя посреди улицы, разглядывал неожиданный подарок, размышляя, на что лучше потратить свалившееся на него богатство.

Приехав на Друри-лейн, Николас застал Полли полуодетой. Судя по всему, она, поджидая его, ходила в волнении взад и вперед по квартире, забредая из спальни в гостиную и возвращаясь назад.

— Ник, наконец, вы пришли! — воскликнула она.

— Я был уже на полпути сюда, когда твой гонец остановил меня и передал записку. Что случилось, Полли? И почему ты еще не одета?