Спорим (не) влюблюсь - Кайя Сэнд

— Я усталь.

Произношу, падая на первую попавшуюся лавку. Вытягиваю ноги и радуюсь, что не стала искать в вещах балетки. Родименькие кроссовки спасают лучше всего. Хотя сдаётся мне, что после Парижа им прямой путь на свалку.

— Усталь?

Переспрашивает Рома, присаживаясь рядом. Двигает к себе, чтобы Нику и Нике было где сесть. Хотя, уверена, в этом движении не было ни капли заботы об остальных.

— Очень. Всё, радуйся, Исаев, ты меня умотал. Ни шагу не сделаю дальше.

— Тридцать пять.

Господи, как мне хочется дать ему подзатыльник. Потому что если в предыдущие разы остальные просто косились на нас, то теперь проявляют открытый интерес.

— Так что за отсчёт? — первым не выдерживает Ник. — Колись, Ром, интересно же.

— Это наши с Маргошей дела.

— Теперь ещё интересней, — Ника подключатся, буравя меня взглядом. «Потом» — шепчу ей губами, и подруга кивает. — Но личное, значит, личное. Не лезь Ник, сами разберутся.

— Да просто ты за Марго, потому что она потом тебе всё расскажет. Девушки же всегда сплетничают.

— А парни на разу. Ну расскажи мне эту сказку.

— Они как престарелая парочка, — Рома шепчет, пока эти двое увлечены спором, какой из полов больше любит посплетничать. — Ники если не убьют друг друга, то будут вместе.

— Ники?

— Ник и Ника. Надо же дать их парочке название?

— А у нас какое тогда?

Спрашиваю и с силой впиваюсь в язык. Ну кто меня просил задавать такие глупости Роме? Одно дело мимолётно признаться, что он мне нравится. А совсем другое вот так открыто называть нас парой.

Мы ведь не вместе, так? Непонятно для чего придуманная Ромой ложь и спор. Скоро всё закончится и я не представляю, что буду делать дальше. Можно было бы попробовать…

Но это ведь Исаев. Он точно не будет строить со мной долгих отношений. Сейчас он милый, накручивает на палец прядь моих волосы, жжёт дыханием щеку. А через пару недель найдёт себе другую девушку.

— Роша, — выдаёт вдруг, когда я отвлекаюсь на пробегающих мимо спортсменов. — Рома и Маргоша. Устраивает?

— Мне всё равно.

— Ну конечно, тебя бы больше устроило «чета Исаевых».

— Ох, иди ты.

— Ладно, морковка, ты ведь сама призналась, что хочешь свадьбу со мной. А от своих слов отказываться нельзя. Кстати, тебе действительно так не нравится, что я зову тебя морковкой? Не понимаю, почему ты комплексуешь из-за цвета волос. Он у тебя шикарный и уникальный.

Я не знаю, собирался ли Рома делать мне комплимент или говорит от чистого сердца, но чувствую, что румянец пробивается даже через слой пудры. Такое слушать приятно.

Тем более, когда сказано просто и без ожидания какой-либо реакции. Не чтобы покорить, а просто фактом. Который растекается по телу теплом, лучше, чем это делает сладкий кофе.

— И согласись, я выделяюсь. Никто больше так тебя не называет.

— Ни у кого смелости не хватает, Ром.

— Ну, это тоже. Не отрицаю. Видишь, какой тебе смелый достался парень.

Смеюсь, мотая головой. Он невыносим и непредсказуем. Вроде серьёзно что-то спрашивает, а после срывается на шутки и веселье. И как с таким подходом понять, что действительно думает парень?

А может, ничего и не думает. Просто делает так, как ему хочется в этот момент. Вот и я так делаю, облокачиваясь головой на его плечо. Просто прикрываю глаза, отдыхая.

Мышцы тянет, очередной день пешего марафона окончательно добивает организм. Хорошо хоть я взяла на работе пару выходных на эти дни. Завалюсь спать до понедельника, а может и его пропущу.

Спать, отдыхать, никаких споров и Исаевых поблизости.

Зеваю, пряча лицо в кофту Ромы. Он такой тёплый, что можно заснуть прямо сейчас. Так и не дойдя до китайского ресторанчика, что так нахваливала Ника.

Нам туда ещё минут пятнадцать подниматься вверх, а потом занимать место поближе к шведскому столу и наедаться от души. Безлимитный доступ к разным блюдам и воде.

Звучит хорошо, но для этого нужно подняться и двигаться дальше. А наша четвёрка уже облюбовала это место. И я лежу на Исаеве, тот сцепляет руки замком на моём животе. А Ники, до чего же забавное название, обсуждают погоду в Ницце весной.

Нет, не обсуждают. Спорят из-за разных мнений.

— Мы так же выглядим? — спрашиваю у Ромы, снова зевая.

— Бесящими для окружающих? Нет, морковка, Роша идеальная пара. Так что всё, никуда не денешься от меня.

Я и не сильно-то хочу.

Проигрывать в споре нужно с достоинством.

Исаев оказывается прав. Ему не составит труда влюбить в себя любую девушку, даже не особо бросаясь комплиментами. Моя капелька разума, которая не должна была позволить Роминым приемчика сработать, улетучивается.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍И кажется, что возвращаться не собирается.

Рома, ресторан

— Я лопну, — Маргоша пинает меня локтём, когда я возвращаюсь за стол с креветками, жаренными на гриле. — Умру из-за того, что переела.

— Тога это я забираю себе.

— Не трожь!

Маргоша бьётся в своей излюбленной манере, забирая у меня тарелку с морепродуктами. Если бы со стола не убирали официанты пустые тарелки, тут бы уже была гора грязной посуды.

И мне ни капельки не стыдно. Дело даже не в том, что заплатив за выход фиксированную сумму, я теперь могу есть всё, что душе угодно и сколько захочу. Просто еда реально вкусная.

Вроде ресторан рассчитан на туристов или редких парижан, которые заглянут по праздникам, но всё сделано с любовью, как говорил один из старших братьев. Еда на шведском столе постоянно пополнялась, горячая и манящая запахами.

Там было всё, что угодно. И бананы жаренные в тесте, и запеченная сёмга, и даже неплохие устрицы, которые Маргоша отказывалась пробовать. И слишком много другой еды, чтобы можно было удержаться.

А гриль, где готовили прямо при тебе и то, что хочешь — выше всяких похвал. По факту, в каком-то другом кафе можно было вложиться в эту же сумму, тем боле что цены на напитки тут зашкаливали. Но не с таким изобилием выбора.