Аромат Жасмина - Ирина Гутовская

Жасмин

– Отойди от него! – потребовал Марат в приказном тоне, а лицо перекосило от злости. – Ты – моя жена! Моя!

«Вот именно – жена, женщина, человек, а не игрушка для издевательств, истязаний, развлечений и удовлетворения неуёмных извращённых аппетитов» – и скоро улажу вопрос с разводом.

Нет ни одной причины, повода или препятствия: наш брак – пустой звук, на словах остался да в документах, а такого закона, который запрещает разрыв отношений между супругами – не существует, даже при наличии общих детей и финансовых споров. Всё через суд решается, в зависимости от того, чего добиваешься в конечном итоге. Достаточно заявления и желания, вернее – нежелания дальше жить вместе. В моём случае ещё проще: откажусь от имущественных притязаний, лишь бы ускорить процесс, а больше нас ничего не связывает.

Ненавижу! Чудовище…

Я ведь, действительно, винила себя в невозможности иметь детей, и это едкое чувство постепенно пустило корни в нутро, когда потеряла последнюю надежду на материнство, поселилось в мыслях и надоедливо изводило меня долгое время. А монстр скрывал правду намеренно – наблюдал, как страдаю, глубже погружаюсь в состояние гнилого отчаяния и безысходности… его внезапные признания нанесли очередной удар…

Прошла круги персонального ада: не только за годы семейной жизни, но и при попытках забеременеть – перенесла неприятные, сложные, порой болезненные, медицинские процедуры и бесполезное лечение, в чём изначально не было смысла. Последствия могли быть непредсказуемыми и более серьёзными – непоправимый ущерб здоровью, как минимум, о большем – думать страшно. Каждый, кто причастен к этому – ответят за всё содеянное со мной. Не оставлю ситуацию без внимания!

Одно успокаивает, дарит веру в лучшее и, безусловно, радует – сейчас я уверена в своём положении. После услышанных откровений «муженька» сомнений не осталось.

Конечно, по-прежнему боюсь, чем обернётся всё, но уже не отступлю назад, за счастье буду бороться, чего бы это ни стоило.

– Отпусти Богдана, освободи – не дам причинить вред любимому мужчине. Обещал – выполняй, держи слово. Давай поговорим по-человечески, – хотя рассчитывать на это глупо, изверг не знает, как общаются нормальные люди (не удивлюсь, если и бизнес ведёт нечестно – подставляет и кидает на деньги).

– Хм… – усмехнулся Марат и с презрением добавил: – Любимый… Мне же ничего не мешает пустить ему пулю в лоб, своим щуплым тельцем не закроешь мишень, с кукольным ростом из тебя защитница не очень, – хищно оскалившись, направил пистолет выше. – Или будешь прыгать, скакать? Духу-то хватит противостоять?

Цепи зазвенели над головой: это Богдан дёрнулся. И замычал, издавая мучительные стоны.

Не оборачиваясь, прикоснулась к нему руками:

«Потерпи, любимый, всё будет хорошо, мы с тобой справимся» – лёгкими поглаживающими движениями призываю не делать резких движений и поберечь силы.

– Ты только с оружием смелый? Или в окружении личной свиты? Когда приказы раздаёшь, и на кого скидываешь все грязные делишки. Сам же не торопишься брать на себя ответственность за совершённые поступки, – как это было со мной, например. – Ну, попробовал бы, рискнул бы встретиться с Богданом в равных условиях, и даже не сомневаюсь – фора была бы не на твоей стороне, – трогая живот и чуть согнувшись, начала медленно подходить к «муженьку», не отрывая взгляда от его бешеных злых глаз.

Вот он мой страх, преследующий много лет, от которого мечтаю избавиться навсегда… Давно надо было так сделать – посмотреть с вызовом, решительно, уверенно. И что я отметила: Марат заметно занервничал и разволновался.

Интересно, с чего бы это? Впервые вижу таким… Озвученные слова повлияли?

Тогда продолжу:

– Стреляй, если хочешь, без НЕГО – нет меня, всё теряет значение и превращается в пустоту, жалкое никчёмное существование в слепо-глухо-немой темноте, – интуитивно чувствую – не выполнит своих угроз, не нажмёт на курок, бравады в нём огромный вагон, по факту – кишка тонка. Может пугать сколько угодно: сказать и убить – не одно и то же.