Бандитский причал - Юлия Бузакина

Даша покрутила запотевший от кубиков льда бокал.

— Мартини вскружил тебе голову, — улыбнулся ей он. — Странно, я тоже бы этого хотел. Тебя, наших детей и уютный дом.

— И собаку.

— Собаку?

— Да. Большую собаку.

— Ну… ладно. Пусть будет еще и собака.

— Я это нарисовала на приеме у психоаналитика. Тебя, Даниэля, дом и собаку. Тогда мне казалось, что я рисую нечто нереальное. То, чего у меня не может быть. А потом, когда бежала от охраны Елены, я думала только о том рисунке. Что если смогу добраться до тебя, то мы спасем нашего ребенка и сможем стать счастливой семьей.

— Я бы все равно тебя забрал, — накрыл ее руку своей широкой ладонью он. — Если бы ты не сбежала в то утро, тебя бы похитили мои люди.

— Я бы отчаянно сопротивлялась, и, чего доброго, перестреляла бы их из своего пистолета, — подмигнула ему она.

— Наверное, именно поэтому я в тебя влюбился, — скользнул по ней полным желания взглядом Михаил.

— Если ты добудешь для нас машину, и мы, наконец, отправимся в Париж, я буду счастлива.

— Конечно, я добуду тебе машину, женщина. Только кто-то выпил мартини, и будет спать полдороги.

— Ну, подумаешь, немного расслабилась, — рассмеялась Даша.

Официант принес заказ, и они принялись за еду.

Еще через полтора часа, когда красивое солнце начало клониться к закату, неприметная иномарка от французского производителя вырвалась на широкую трассу. Михаил уверенно гнал машину вперед. Рядом сидела его красивая жена, и они оба с замирающим сердцем застыли в ожидании встречи с маленьким сыном.

Под утро пошел дождь. К пяти часам утра ливень лил сплошной стеной. Потоки воды, будто сговорились и решили смыть трассу в море.

— Обожаю ехать по трассе в дождь, — сонно улыбнулась Даша и потянула затекшие руки. — Мне снилось, что мы с тобой снова занимаемся любовью, только на террасе.

— Обязательно воплотим твой сон в реальность, когда вернемся, — пообещал ей он.

— Ой, смотри, придорожное кафе, — оживилась она. — Давай остановимся? Выпьем по чашечке кофе и хоть немного разомнемся?

— До Парижа осталась всего пара часов… Ладно, давай. А то у меня уже в глазах двоится, — согласился Михаил. — Только промокнем насквозь, пока будем бежать до двери кафе.

— Ничего страшного, переживем, — улыбнулась Дарья и накрыла его руку своей. От прикосновения едва ощутимо стукнулись обручальные кольца.

Они выбрались из машины. Стало заметно прохладнее — в Париже обещали всего плюс пять градусов тепла.

— Я достану теплые вещи. Куртки нам точно не помешают, — открывая багажник, сказал Михаил.

— Да уж, в Ницце мне нравилось больше, — потирая замерзшие руки, согласилась Дарья.

Завтрак в круглосуточном кафе прошел без приключений. Выпив крепкого кофе с горячими круасанами, они вернулись к машине и скоро снова двинулись в путь. Их ждал Париж. Он был совсем близко, и Даша с замирающим сердцем смотрела в окно на однообразные пейзажи. У нее не было возможности связаться с Антуаном, и теперь она нервничала. Как воспримет маленький Даниэль внезапное появление матери и отца?

— Как думаешь, наш сын сможет нас полюбить? — сорвался с губ вопрос.

— Конечно, сможет. Мы будем стараться изо всех сил, чтобы наверстать упущенное. Конечно, не все будет получаться. Но ведь есть пособия, специалисты.

— Когда я звонила в последний раз, мсье Антуан сказал, что Даниэль заговорил. Знаешь, какое слово он произнес первым?

— Боюсь даже гадать.

— Он сказал «собака». На французском.

— Он же ничего не понимает по-русски, — помрачнел Михаил. — Нам будет сложнее, чем я думал.

— В любом случае первую неделю нам придется провести в приюте.

— Да, ты говорила. У нас есть все необходимые вещи, думаю, мы справимся.

— Мне все равно страшно. Я так долго мечтала о том, как заберу его оттуда, а теперь, когда цель близко, на меня накатывает паника.

— У нас все будет хорошо, Даша. Это ведь наш родной сын, — ободряюще коснулся ее колена муж.

— Да, наверное, ты прав. А я — трусиха, — нервно засмеялась она.