Другой взгляд - Аманда Квик

– Спасибо, что согласились встретиться, мистер Пирс.

– Садитесь, пожалуйста, – пригласил Пирс. Он указал на пару стульев и сел сам.

Венеция опустилась на обитый бархатом стул. Гейбриел заметил, что она села очень прямо, как будто турнюр мешал занять более удобное положение.

«Некоторые привычки нелегко сломать», – подумал он.

Вместо того чтобы сесть, Гейбриел подошел к камину остановился, вытянув одну руку вдоль резной мраморно полки. Он не мог сидеть в присутствии малознакомых людей. Стоя было легче совершить маневр.

Венеция взглянула на Пирса.

– Мистер Харроу рассказал, о чем мы хотели поговорить с вами, сэр?

Пирс поставил локти на ручки кресла и свел вместе пальцы.

– Вы желаете узнать что-нибудь о Розалинде Флеминг?

– Да, – отозвалась Венеция. – По непонятной причине она прониклась ко мне глубокой неприязнью. Любопытно узнать, почему это произошло?

Харроу соскочил со стола и взял графин с бренди.

– В частности, мистер Пирс, эти люди хотят знать, есть ли что-нибудь такое в биографии миссис Флеминг, что могло бы показаться опасным человеку осмотрительному?

– Я почти уверен, что на этот вопрос можно ответить положительно, – отозвался Пирс.

Гейбриел почувствовал, как разом обострились все его чувства. Он посмотрел на Венецию. Она вся напряглась.

– Должен сразу предупредить, что никакими доказательствами своих слов не располагаю, – продолжил Пирс, постучав пальцами. Его губы тронула мрачная улыбка. – Честно говоря, я сам был бы не прочь получить доказательства своих подозрений.

Последовала короткая пауза, в тишине которой слышалось только потрескивание камина.

Харроу молча раздавал бокалы с бренди. Гейбриел взял свою порцию и перевел взгляд на Пирса.

– Нам нужна информация, Пирс, – проговорил он.

– Понимаю. – Пирс взглянул на Гейбриела поверх сложенных пальцев, – Я расскажу вам все, что знаю сам, Когда явпервые встретился с Розалиндой Флеминг, она еще не была любовницей Акленда, а носила другое имя и выдавала себя за экстрасенса.

Венеция была настолько потрясена, что замерла с бокалом в руке.

– Она была медиумом?

– Она оказывала разные услуги, – уточнил Пирс, – включая сеансы и демонстрации автоматического письма. Однако главным ее делом было оказание частных консультаций. За определенную плату она давала советы, которые, по ее словам, черпала в потустороннем мире.

– И как же ее звали? – спросила Венеция.

– Шарлотта Блисс, – сказал Пирс.

Гейбриел окинул его внимательным взглядом.

– И как вам удалось узнать о ней так много?

– Один мой близкий друг слышал о ее сверхъестественных способностях. – Пирс с мрачным видом посмотрел на огонь. – Он не верил в такого рода способности, но решил ради развлечения посетить один из сеансов Шарлотты Блисс. Он был настолько потрясен ее талантом, что немедленно заказал ряд частных консультаций.

– И по каким же вопросам она его консультировала? – осведомилась Венеция.

– Боюсь, это его личное дело. – Пирс потянулся к бокалу с бренди.

«Этого человека не заставишь раскрыть секрет», – подумал Гейбриел.

Все, что его касается, для посторонних неизменно будет «личным делом». Тот факт, что он вообще согласился встретиться с ними сегодня вечером, косвенно доказывал его острую неприязнь к Шарлотте Блисс.

– Позвольте мне сделать одно предположение, – вмешался Гейбриел. – Миссис Блисс взяла с вашего друга большие деньги и наговорила всякой чепухи?

Пирс посмотрел на него внимательно. Гейбриел ясно различил холодный гнев в пронзительных синих глазах. Именно в этот момент он понял, что Пирс готов был убить женщину, называвшую себя Розалиндой Флеминг.

– Сначала мой друг был полностью удовлетворен ее советами, – сказал Пирс нарочито спокойным тоном. – Потом он сделал одно вложение, основываясь на советах миссис Блисс.

– И что произошло дальше? – поинтересовалась Венеция.

– Через месяц после этого он получил первое письмо от шантажиста.

Вдруг Гейбриел заметил, что бокал в руках у Венеции задрожал. Харроу также это заметил. Он ловко выхватил у нее из рук бокал и поставил его на соседний столик. Кажется, она не заметила этого поступка. Все ее внимание было сосредоточено на Пирсе.

– Думаете, это письмо вашему другу отправила миссис Блисс? – осведомилась она.

– Это единственная возможность. Но должен признать, что не понимаю, как она завладела компрометирующей информацией. Понимаете, шантажист знал о моем друге такие факты, которые были известны, помимо него самого, двум людям. Один из них уже умер.

– А кто же другой? – спросил Гейбриел.

Пирс допил бренди и отставил бокал.

– Я.

В течение нескольких секунд Гейбриел молча смотрел на него.

– И шантажировали, разумеется, не вы.

Пирс потемнел.

– Нет. Я очень люблю своего друга и никогда не сделаю ничего такого, что могло бы ему навредить.

«И сделаю все, чтобы защитить его», – мысленно добавил Гейбриел.

– Почему вы так уверены, что за всем этим стоит миссис Блисс? – спросила Венеция.

Пирс снова постучал пальцами.

– Все дело во времени.

– И все?

Пирс пожал плечами.

– Я же сказал, что это всего лишь предположение. Я руководствовался известными фактами и… своей интуицией.

«А интуиция выработалась в то время, когда ты занимался темными делами», – подумал Гейбриел.

– И как поступил ваш друг после того письма? – спросила Венеция.

– К сожалению, мне не удалось сразу же убедить его в том, что шантажистка – миссис Блисс. Он отказывался в это верить. – Пирс покачал головой. – Вместо этого он вновь отправился к ней за советом.

Приподняв брови, Гейбриел спросил:

– И она посоветовала ему заплатить шантажисту, не так ли?

– Да. – Губы Пирса сжались. – Я был в ярости. Но я также понимал, что мой друг готов был сделать что угодно, лишь бы сохранить свой секрет. Я сразу понял, что у нас есть всего два выхода.

Гейбриел поиграл бренди в бокале.

– Заплатить шантажисту или избавиться от него?

Пирс взглянул на Гейбриела почти с одобрением, наклонив голову в знак уважения.

«Уважение одного хищника к другому», – подумал Гейбриел.

– Но вы явно не отправили миссис Блисс на встречу с обитателями потустороннего мира, – продолжил он вслух. – Означает ли это, что ваш друг по-прежнему платит шантажисту?