Учитель под прикрытием. - Галина Львовна Романова

При свете факела Динка казалась бледной и маленькой. Точь-в-точь такой, какую я увидел ее первый раз восемь лет тому назад, на далеком хуторе. Слегка встрепанные волосы, огромные, в пол-лица, глазищи, дрожащие искусанные губы… Ее переодели в местное тюремное тряпье, по которому, наверное, строем ходили вши и блохи. На тонких запястьях качались браслеты кандалов. Еще пара сковывала лодыжки, и общая цепь тянулась к кольцу в стене. Девушка сидела на чем-то, что когда-то было кучей гнилой соломы.

Наши взгляды встретились.

- Дядя… Дядя Згаш? – неуверенно прошептала она.

- Да.

Я встал на колени рядом с нею.

- Динка, ты…

- Я его не убивала, дядя, - прошептала девушка.

- Знаю.

Признаться, вымолвить это слово мне стоило большого труда. Как ни крути, но девушка была замешана в смерти Измора. Записка…

- Записку написала ты? На теле убитого была найдена записка от твоего имени. Ты приглашала его на свидание, чтобы раз и навсегда все решить. Сличить почерк…

- Я, - она сглотнула. – Но, дядя Згаш, я этого не хотела! Понимаете, Измор и Торвальд… мы были друзьями. Нам было хорошо втроем… они мне оба нравились. Понимаете, оба!

- И один из них убит.

- Но я этого не хотела! Я же приходила к вам… поговорить…

- Помню.

Да, теперь этот разговор предстал передо мной в ином свете.

- Я тебе верю. Но… Тогда кто мог это сделать? Это… Торвальд?

Побледнев так, что даже в темноте было заметно, девушка шарахнулась прочь, стукнувшись лопатками и затылком о стену:

- Нет!

- Это сделал Торвальд, - ее страх подсказал мне правильный ответ. – Это он заставил тебя написать ту записку. Он все подготовил…

Я замолчал, чувствуя ошибку. Да, кто-то там все подготовил заранее к жертвоприношению. Да, кто-то заманил влюбленного юношу в ловушку и принес его в жертву… или обставил убийство как жертвоприношение, чтобы сбить следствие с прямого пути. Но вот это «все подготовил заранее»… Там же были магические знаки. Мог ли Торвальд их нанести? Теоретически – да. Достаточно взять учебник, пролистать его и перерисовать нужные картинки. С этим может справиться даже госпожа Гражина, просто полистав пару-тройку фолиантов из библиотеки супруга. Значит ли это, что убить мог кто угодно?

Мог. Но… зачем? Кому выгодна была смерть Измора Претич-Дунайского?

На первый взгляд ответ очевиден – Динке и Торвальду. Парень мог приревновать подругу к княжичу и избавился от него самым простым способом – принес в жертву. Или инсценировал жертвоприношение, что, простите, далеко не одно и то же. Вопросы… вопросы… Хоть бы один ответ!

Отвлекся, почувствовав на себе взгляд. Динка смотрела на меня во все глаза. Смотрела «ведьминым оком», пытаясь заставить обратить на нее внимание и действовать. Сильна девчонка… Даже здесь и сейчас сильна. Отвернулся.

- Все… плохо?

Это спросила она. Что ж…

- Послушай, Динка, все действительно… не очень хорошо. Для тебя. И ты сама это знаешь. Твоя записка… Нет, даже не в записке дело. Дело в тебе.

- Но я не убивала…

- Не перебивай старших, девочка! Послушай. И без этих твоих ведьминых штучек. Я – инквизитор. У нас… иммунитет против всего этого. Ты… действительно сильная ведьма. Даже сейчас. Твоя сила… ты пока не умеешь ее контролировать, и я даже не уверен, что в нашем Колледже найдется специалист такого уровня, чтобы тебе помочь. Значит, ты опасна. Можешь натворить бед. Да, собственно, ты уже натворила дел, раз сюда попала! Абы кого не арестовывают. И инквизиторов не присылают.

- Но, - она улыбнулась, - вы же инквизитор тоже, дядя Згаш. Значит…

- Это ничего не значит. Они могут прислать других инквизиторов. Я слышал, что готовят документы для передачи тебя в монастырь. А это значит… там нет тюрьмы. Там только пыточные подвалы. Если ты туда попадешь, выйдешь ты оттуда только на костер.

Она не побледнела – позеленела, а в ее глазах заплескался такой страх, что даже мне стало больно.

- Меня… сожгут, - прошептала девушка так тихо, что угадал я ее только по губам.

- Да.

На миг мне показалось, что она готова потерять сознание от страха. Уже потянулся подхватить девушку, но каким-то чудом Динка взяла себя в руки.

- Нет…

- Нет. Если я успею представить доказательства твоей невиновности. То есть, найти того, кому на самом деле была выгодна смерть Измора Претич-Дунайского. Того, кто воспользовался твоей запиской, кто знал о его… отношениях к тебе и кто достаточно хорошо изучил его характер, чтобы понять, что парнишка купится на твое послание и придет.

- Но Торвальд не мог! – мысль о том, что приятелю может грозить пытки и казнь, неожиданно влила в Динку силы. Она даже выпрямилась, сжимая кулаки. – Торвальд знал, что мне будет больно… Он ревновал, да, но… они с Измором дружили!

- Дружба плохо сочетается с ревностью, девочка. Ради женщины можно убить даже родного брата или отца… не говоря уже о приятеле. Они даже не на одном факультете обучались! То есть, если бы не ты, вообще были чужими друг другу. А чужаков убивают сплошь и рядом!

- Но я знаю Торвальда! – она почти закричала.

- Допустим, ты права, - я пожалел, что нельзя присесть на толстый слой грязи, покрывавший пол камеры. – Допустим, Торвальд не виновен. Этому можно поверить – мол, только обученный некромант мог нанести такие знаки, а Торвальд, он…

Динка ничего не сказала – только в глазах ее отразился ужас. Девочка меня поняла.

- Но пока не некромант, - это была жестокая правда. - И можно даже сказать, что такие знаки и так нанести ему в принципе было под силу, но...дело в самих знаках. Уровень не тот. То есть, нарисовать-то он может, но будут ли они действовать? Это как алхимику предсказывать погоду! Но если не Торвальд, то кто? На кого показать пальцем, если ни тебе, ни Торвальду смерть Измора не была выгодна? Кто и зачем убил княжича Претич-Дунайского? Виновный… или хотя бы подозреваемый… нужен! И если я его не найду, они возьмутся за тебя. Это ты понимаешь?

Она молча кивнула.

- В таком случае, ты можешь ответить на некоторые вопросы?

Она кивнула опять.

- Записка. Писала ее ты или…