Наваждение снежного рыцаря - Ева Финова

Теперь-то я могла с лёгкостью припомнить поведение других афеду из соседних островов, пребывающих на общее празднество в честь богини моря Аффедии. Самое любимое время всех островитян, когда богатеи сыпали золотом, привозили с собой дары, товары на продажу и просто развлекались как могли.

В этот раз, к моему великому сожалению, кормить нас не стали. Да и столы были пусты, если не считать кувшины с выпивкой и кубки. А едва мы прошли на прежние места, лорд Фробби махнул рукой.

— Приведите его.

— Да, мой лорд. — Стражник поклонился и поспешил скрыться за боковой узкой дверью.

— Что происходит? — Эл не спешил садиться. Я последовала его примеру, чувствуя лёгкую тревогу.

— Помнишь упоминание о пропавшем Гузи, брате Гизелии?

Элиас кивнул. Я стояла ровно — выдержала пристальный взгляд присутствующих в зале гостей и стражей. Неужели меня в чём-то подозревают?

— Его нашли мёртвым внизу. Прямо под окнами твоей старой спальни.

— Какой ужас, — не удержалась я. Прикрыла ладошкой рот. А лорд Фробби усмехнулся.

— Натурально играет, молодец.

— Отец! — рыкнул Эл. — Неужто ты считаешь, это Иоланда?

— А что мне думать? Когда в замке такое творится? — Лорд стукнул кулаком по столу. — Ну где там сынишка Рильзы, который и нашёл труп?!

— Мой господин, — ответил слуга, — он вызвался спуститься в ров и ещё раз осмотреть место падения. Его уже поднимают наверх, кажется, он что-то нашёл.

— Что ж, — лорд смягчился, — тогда подождём. Садитесь, разговор будет долгий.

Эл остался стоять, а я доверяла мужу всецело и была рядом с ним.

— В тот день на меня из камина хлынула чёрная тень, — начала я.

— Иола, — оборвал меня Элиас, — не нужно. Он не поймёт и использует эти знания против тебя.

— Напротив! — лорд Фробби взмахнул кубком. — Я очень жажду услышать вашу версию, продолжай.

— Фири остановила эту тень, что метнулась ко мне, она рвала её пастью и часть субстанции заглотила…

— И что же ты, спокойно за этим наблюдала? М-м-м?

— Я обомлела от страха, а когда опомнилась, схватила простыню и стала кричать, обмоталась тканью и выбежала в коридор. Позвала стражей. А когда вместе с ними вернулась в комнату, Фири уже харкала кровью и лежала на полу и Ири метался по комнате.

Глаза лорда сузились, губы были поджаты в линию.

— Складно вещаешь, складно. И охранники подтвердили твою версию, вот только Ситэлия утверждает, будто это ты отняла у неё палец, прокляла её. Да и бестиолог давеча нашептал о твоих знаниях о лечении подобного недуга. Три недели он поил ирбиса — и ничего. А тут пребываешь ты, машешь амулетом перед мордой и всё? Готово? А?

— Махал амулетом я, — возразил Элиас. — Амулетом от сглаза, который сделала моя мать и твоя первая супруга.

— Дорогая?

Глаза лорда увлажнились. Он резко встал и отвернулся к камину.

— Выходит, Ситэлия врёт? Но она же поклялась на книге. А как же труп? Как вы это объясните? И вообще, откуда Иола узнала, что амулет от сглаза поможет? Тоже занимается подобными тёмными штучками?

— Я… лишь припомнила...

Не стала договаривать, чтобы не вмешивать сюда Рильзу. Лучшее, что я могу, это отплатить ей за доброту.

— Припомнила?

Лорд резко обернулся.

— Как Фири заглотила кусок субстанции, поэтому предположила, что в её теле находится какая-то гадость, которая и разъедает её внутренности, заставляя харкать кровью.

После моих слов Гизелиа прикрыла ладошкой рот, а лорд помрачнел.

— Айшесс, — взревел он. — Её нашли? Где она сейчас?!

— Мой господин, — в дверях показалась Рильза. Она стояла рядом с низенькой молодой служанкой — та держала в руках квадратный тканевый свёрток. Руки её тряслись. И сама девица была зарёвана.

— Говори, — лорд кивнул.

— Книга, — Рильза взяла слово. — В холстину завёрнута ведьмовская книга. Её нашли, когда разбирали вещи во вдовей башне.

— О-она была зашита в соломенный тюфяк. Я… нечаянно свалилась на него и п-п-п…

Девушка заикалась. Слёзы текли у неё по щекам.

— Я п-правда тут не при чём! Я не в-в-ведьма!..

— Дорогуша, никто и не утверждает, — успокоила Рильза. — Мой господин. Я наблюдала Иоланду три недели, и за всё то время, что она бредила, я ни слова не слышала лишнего. Поверьте, девица чиста как снег. В ней нет ни капли тёмной магии, иначе амулеты бы почернели… Если хотите проверить это, поднесите их к книге. — Она достала из ворота такой же как у меня амулет и хотела было продемонстрировать, но лорд её прервал.

— Не нужно.

Отец Эла стиснул кубок до скрипа и плеснул себе вина из кувшина, выпил залпом и только тогда отдал приказ:

— Казнить ведьму.

— Мой господин, — сидящий у стены старец подал голос. — Возможно ли немного отсрочить принятое решение?

— Что ты толкуешь? — изумился лорд. — И это говорит мне последователь Роузмида?

— Первые солнечные дни не могут быть омрачены казнью тёмной колдуньи. Я лишь боюсь разгневать богов, а не противлюсь вашей воле.

— Как удобно…

Немного помолчав, лорд сел и устремил взгляд на сына.

— Книгу запереть до тех пор, пока не закончатся солнечные деньки и уж тогда сжечь на костре вместе с ведьмой.

В этот самый миг в помещение вошёл стражник и привёл с собой Тейрана. Тот был весь в снегу и грязи, но вид его был довольный.

— Мой лорд, — начал он после разрешения говорить. — Я спустился вниз и ещё раз осмотрел место падения Гузи. Его скинули в другом месте, а затем тащили по снегу, там следы крови, стражники видели мои находки. А ещё я нашёл много ворса рыжего меха.

— Что бы это значило?

— Одежда линяет, — подсказал кто-то из зала. — Старый мех осыпается.

— Предлагаешь мне обыскать весь город в поисках облезлых тулупов? — фыркнул лорд.

Тейран пожал плечами.

— В любом случае Иоланде подобное не под силу, потому что она слегла с хворью, — вмешался в разговор Элиас. — А облезлый тулуп — означает, что у Ситэлии есть сообщники. И я согласен. С казнью надо повременить. Вдруг они объявятся ради её спасения? А ежели начнётся казнь на площади, то могут устроить и