Измена. Я требую развод - Лера Лето

Но Егор не ждет моего ответа, он просто целует меня так, что я забываю, кто я, где и зачем. А потом показывает, как это, быть на самом деле любимой женщиной.

Опять и опять.

И опять.

Глава 21

Так вот какое оно, счастье. Я лежу в постели, дожидаясь утреннего кофе в постель. Чувствую его по запаху и не до конца верю, что вот сейчас мой железный дровосек принесет его прямо сюда. Полжизни убеждала себя, что это очень банально и так только в сериалах делают, но так хотелось. И вот, вероятно, моё желание исполнится.

Кажется, это лучшее утро в моей жизни. Ну, по крайней мере грозится таким стать.

Когда Егор заходит в комнату с чашкой, я улыбаюсь. Он в пижамных штанах, которые то и дело сползают, и вот они, кубики. Нет, всё-таки Кубики. Ох, что ж мне так повезло-то?

— Извини, тут нет подноса, так что вот тебе кофе и большая тарелка под него, — он выдает мне всё описанное и потом наклоняется, чтобы поцеловать. — Доброе утро, красавица.

И это еще один приятный сюрприз для меня. Растрепанная, только из постели, я кажусь ему красивой.

Я вижу, что он расслаблен, как никогда, и явно доволен. Это хорошо, моё настроение передается и ему, или его — мне. Мы валяемся и нежимся в постели еще какое-то время, отставив чашку на прикроватную тумбочку, я то и дело обнимаю его, а он тискает меня. Раньше я не позволяла себе такого времяпровождения. Вернее, мне его не позволяли, ведь это «напрасная трата времени». Что ж, Марк, выкуси. Это отличная, самая лучшая в мире трата времени.

Кажется, ничто не может омрачить это утро. Но, конечно, я ошибаюсь.

У Егора звонит телефон, и он спешит ответить на этот звонок, уходя на кухню. Я слышу только самое начало его разговора.

— Мир твоему дому, Нодар, — говорит Егор, и полностью скрывается на кухне.

Подслушивать не в моих правилах, так что я застилаю постель, переодеваюсь и даже успеваю выйти на балкон, вдохнуть теплый морской воздух.

— У меня есть один не очень приятный разговор, Эмма. Вообще не хочу об этом говорить, но и ждать нельзя, — Егор выглядит озадаченным, немного хмурым, но подумать, что я что-то сделала не так, я не успеваю, получая объятие и поцелуй в висок.

Я усаживаюсь на постели поудобнее, и всем своим видом показываю, что готова слушать.

— У меня есть один давний друг, которого я попросил узнать о твоём ресторане. И ситуация не очень хорошая.

— Ну, я знаю, что он на грани банкротства. Давид говорил, спасти еще можно, — отвечаю я, но Егор качает головой.

— Там замешана очень неприятная компания. Я бы сказал, банда. Их деньги Марк отмывал. По сути, он владеет рестораном только на бумажке.

Это немного выводит меня из равновесия. Выходит, все мои потуги забрать свою половину, были бесполезными с самого начала. Я получила бы половину, меня бы заставили ее отдать. И тут поразительная догадка буквально меня ослепляет.

— Егор, так это был их человек? Тот, что связал меня в гараже?

— Да. Это не Марк.

И мне вдруг становится легче. Всё же, я хоть капельку, но вернула себе веру в людей. Да, он мог в состоянии аффекта заталкивать меня в машину, но, возможно, у него не было совсем уж плохих намерений. Не он нанимал того страшного человека. Это очень хорошо.

С ними можно воевать, но это будет стоить дорого. И я не только деньги имею в виду, — продолжает Егор. — Ты должна это понимать, прежде чем принимать решение.

И прежде, чем я до конца осознаю, что он хочет этим сказать, Егор задает вопрос, от которого меня кровь стынет в жилах.

— Ты хочешь крови, Эмма?

Глава 22

Марк.

Вот же, какая меркантильная дрянь попалась мне в жены. Восемь лет, целых восемь летона скрывала свое настоящее лицо, и тут вдруг взбрыкнула.

Она еще приплатить мне должна, что женился и человека из нее сделать пытался. Рябая, лохматая, палка палкой, волосы еще эти! Я взрастил ее талант, ограждал от ненужных контактов.

Подняли бистро, потом ресторан, а ей детей всё подавай. Ну, какие нам дети? Терпеть не могу детей. Бесполезные крикуны и манипуляторы. А если они бы на нее были похожи?

Кстати, о детях.

— Марианна, ты где? Опаздываем. Сама хотела посмотреть на ресторан, — кричу в недра съемной квартиры.

Ну конечно, мою-то женушка отжала. Бывшая.

Нормальная двушка, ремонт мог бы быть и получше, но на это «получше» денег пока нет.

Кому скажи — не поверят, Марк Фридман, успешный предприниматель, и на мели. Да развод все соки выжал, а счета заморожены. Чертова уголовка за отмывание денег светит. Хорошо, что в последний момент эта курица решила отдать ресторан. И заявление забрала. Да что с нее взять, испугалась, наверное.

Ну, ничего, скоро всё наладится.

— Иду, милый!

Марианна не выходит из комнаты — вылетает, бесконечные ноги почти паркета не касаются. Вот это женщина! Блондинка, идеальная кожа, жопа как орех, сиськи — загляденье, и не постная физиономия, а улыбка! Вот это я понимаю. Ну а что денег каждый день просит, так на платье не жаль, мне же его потом снимать.

Спустя час по столичным пробкам, мы выходим у здания некогда известного ресторана. Моего детища. Сейчас он пуст, внутри пыльно и пахнет не очень. Наверное, это горы грязной посуды на кухне…

— Ой, а почему тут так воняет? — зажимает нос Марианна.

— Персонал бастовал, когда я перестал платить зарплату. Стащили остатки алкоголя, продукты и часть столовых приборов, сволочи, а посуду грязную оставили.

— А… почему ты не помоешь? — она смотрит на меня, подняв брови.

Это я должен посуду мыть? Директор? Вот же тупая баба.

— Сама мой,