Волаглион. Мой господин. Том 1 - Софи Баунт

— Оближи...

Серьезно? Я с трудом не хохочу. Улыбаюсь и припадаю губами к нежной светлой коже, замечаю на икре еще синяки. Что он с ней делал после моего ухода?

Левой рукой хватаю Сару за бедро, а правой — за талию. Ведьма взвизгивает. Смеясь, я падаю на задницу и тащу девушку за собой: теперь она сидит на мне.

Спины касается мягкая медвежья шерсть. Серым облаком взлетает пыль, отчего мы оба чихаем.

— Здесь хоть кто-то убирает? — продолжаю смеяться.

— Идиот! — восклицает Сара, стараясь подняться, но я держу ее за бедра. — И что в тебе особенного? Почему Олифер решил помочь?

— Может, я избранный? Может, у меня есть скрытые таланты?

— Да, как у сорняка на асфальте! Убери руки!

Улыбаясь, я крепче сжимаю пальцы на упругих ляжках.

— Значит, теперь мы на равных? И ты ничего не можешь заставить меня сделать? Совсем другое дело!

— Отпусти, — дергается ведьма.

Я придавливаю ее к полу.

— А вот и нет. Теперь ты ответишь на все вопросы, Свеколка.

— Убери с меня свою жирную тушу!

— Ниче она не жирная, — возмущаюсь, щипая Сару за зад.

В ответ — звонкая пощечина. Об затылок стукается десяток крысиных черепков. И поварешка, мать твою за ногу!

Точно, забыл. Ведьма телекинезом владеет. Я наваливаюсь на нее сильнее, чтобы не дергалась, но вмиг — весь боевой настрой испаряется. Глаза Сары наполнены влагой.

Мне делается стыдно. Не то слово, стыдно...

— Эй, — глажу ее щеку, шепчу: — Сколько это продолжается? Как давно он издевается над тобой?

— Тебя это не касается.

— Не выпендривайся, детка. Обычный вопрос. Все, что происходит в доме, касается и меня.

— Больше ста лет, — говорит Сара.

И снова этот взгляд...

Страх? Боль? Отчаяние. Теперь я понимаю. Мы оба в клетке. Ведьма затянула меня в тюрьму, которую соорудил наш общий враг. Волаглион.

— Разве нет способа избавиться от него? Любого можно убить.

— И ты решил, что обычный кинжал убьет демона? Ничего глупее в жизни не видела!

— Я хотел помочь! Остановить его!

— Да? Волаглион рассвирепел от твоего сумасбродства и отыгрался на мне. Помог, спасибо! Дебил ты, Рекс!

Сара выкарабкивается из-под меня. Я не держу. Она поднимается, оправляет платье и возвращается к бурлящему котлу, молча мешает жидкость. Запах варева меняется на сладко-горький.

— Прости, я... не мог смотреть, — сиплю, но Сара даже головой не ведет.

Минута. Две. Молчание... Полный игнор!

Я выпаливаю:

— Устроила немую забастовку?

Ведьма больше не разговаривает со мной. Пытаюсь вытянуть из нее хоть крупицу звука. Бесполезно. Просто стоит и смотрит на круглые разводы жижи, с каждым вопросом усердней мешает.

Женская обида. Гадкая штука.

Я пробегаюсь взглядом по полкам с барахлом. Бусы из зубов. Куриная лапа, украшенная самоцветами... ее и беру. Махаю костяшкой ведьме.

— Какая молодец, экономная девушка, продукты не переводит. Даже кости от ужина в хозяйство пускает.

Сара закатывает глаза.

Ага, среагировала.

Тыкаю птичьей конечностью в ее нос. Ведьма выбивает кость из рук, а я улыбаюсь и одеваю на себя ожерелье из зубов.

— Свои молочные зубы продела на нитку?

— С трупа Рона собрала. Вот... достала. Хотела сделать тебе подарок на Рождество.

— Не умеешь ты подарки делать. Я хочу ожерелье из ушей и пальцев.

Ведьма отзывается тумаком в плечо, но смеется.

— Выпьешь со мной вина?

— У тебя вино здесь припрятано? Проказница.

— Нет, но оно почти доварилось.

— Это? — Варево мерзко булькает. — Прости, но повар из тебя хреновенький. Давай сгоняю до барного шкафа.

— Я не пью обычный алкоголь. Забыл? Это вино по моему личному рецепту. И не надо кривиться! Вино по виду не судят. Оно особенное. Успокаивающее. Из мелиссы, пустырника и крапивы. Тебе понравится. Лучше заткнись и подай мне сон-траву.

— Кого подать?

Сара указывает на дальний стеллаж.

— Рядом с коричневыми банками. Нет-нет… чуть левее. Видишь цветок фиолетовый с желтой сердцевиной? Ага, вот его и неси.

— А это что?

— Безоар.

— А это?

Разглядываю засушенную человеческую кисть, на ней черная митенка.

— Рука славы.

— Рука кого? Славика?

— Тащи сюда свою задницу! Ведешь себя хуже трехлетнего.

Я усмехаюсь. Вручаю ведьме фиолетовые цветы, которые она ловко измельчает в ступе и отправляет в котел.

— Так чья это рука?

— Одного повешенного вора. Перчатка, которая на ней, зачарована открывать замки в ином мире. Господи, зачем я это говорю? — Сара вытирает руки о платье. — Пары в голову ударили.

— Расслабься, котеночек. Нервная слишком. — Я кладу ладони ей на плечи, массирую. — Так хорошо?

— Рекс, ты... о нет, не останавливайся... великолепно…

Ведьма размякает в моих руках. Хочешь получить расположение девушки? Предложи ей массаж! Сара даже слегка улыбается.

— Долго я был без сознания? — шепчу на ухо, получая удовольствие от приглушенного женского стона.

— Несколько часов.

Сара выгибает плечи и закрывает глаза, перекидывает часть рыжих локонов себе на грудь, оголяя спину.

Я сглатываю. Не знаю почему, но самая сексуальная часть тела для меня именно спина. Хочется пройтись губами по позвоночнику Сары, расстегнуть платье, лифчик...

— Давай помешаю, — выхватываю поварешку из ее руки. — Посиди. Отдохни.

— Как благородно с твоей стороны, — прыскает ведьма, не очень довольная тем, что я перестал массажировать ее плечи. — Ладно, все равно нужно мандрагору нарезать.

— Разве она не ядовита?

— Смотря, как приготовишь… — говорит Сара, широко зевая. — Похвальные знания для тебя. Откуда? Из детских фильмов про волшебников?

— Э-э-э... не помню. И где закупаешься этой травой?

— Что-то рощу в оранжерее, что-то покупаю, но большинство собираю. Не все травы способен найти обычный человек.

— Так сказала... жалкие обычные людишки, — паясничаю противным старушечьим голосом. — Какое высокомерие.

— Некоторые растения показываются только людям с магическим даром, Рекси. Какие-то травы можно собрать лишь в определенные дни года.

Подставив табуретку, Сара достает с верхней полки оранжевые корнеплоды, спускается, снова берется за ступу и прессует мандрагору до сока.

— Например?

— До восхода солнца — на праздник Ивана Купалы — я собираю адамову голову, чертополох, разрыв-траву и расковник. Или, скажем, первого января, в полночь, на берегу рек можно отыскать нечуй-ветер и