Двойняшки (не) для дракона - Ирина Сергеевна Алексеева

— Раиль и Элизабет не могут моими детьми, — прорычал он. — Если хочешь доказать — вперёд, проведём экспертизу. И когда я докажу, что твоя подружка нарушила закон, я стану им законным отцом, и только моя жена будет иметь право называться их матерью!

Я в ужасе прикрыла рот рукой. Там, в охотничьем домике, он не сказал ничего, но теперь его тирада тянулась и тянулась. Он угрожал всеми инстанциями, в подробностях описывал, как он заберёт детей и какое именно право на них будет иметь мать, которая незаконным путём родила драконов.

Я знала всё это. Знала и, когда решила признаться во всём дракону, приняла мысль о том, что он может пойти таким путём. И всё равно слышать это от него было невыносимо больно.

Дракон вдруг резко замолчал, глядя мимо нас. Я обернулась. На пороге моей спальни стояли дети, и по их лицам было видно, что они вот-вот заплачут.

— Что такое? — попыталась улыбнуться я. — Вы проснулись, мои хорошие?

Я пошла им навстречу, протягивая руки, но дети вдруг заплакали, а вокруг них вспыхнуло пламя. Оно не просто горело. От пламени во все стороны разлетались искры, от которых загорался пол, стены и всё вокруг, что только могло загореться.

— В сторону! — рявкнул дракон и бросился к детям прямо сквозь огонь.

Я закричала. Мне было страшно, я не знала, что произойдёт дальше. Но пламя постепенно погасло, и мы увидели дракона, который взял на руки обоих детей, и те крепко обняли его с двух сторон за шею.

Я резко обернулась к Рену. Прошипела:

— Уходи отсюда. Уходи… и больше никогда не возвращайся!

В конце фразы я сорвалась на крик, указывая ему в сторону двери. Тот поджал губы.

— Что ж, теперь ты больше не будешь страдать от того, что не способна быть ради благополучия детей достаточно смелой.

— Пошёл вон! — истерично прокричала я.

Рен развернулся, сбежал вниз по лестнице, и через несколько секунд мы услышали хлопок двери.

На шум стали стягиваться наши друзья. Да, за эти дни мы стали больше, чем сотрудниками. Даже Марианна подошла ко мне и ласково погладила по плечу, не говоря ни слова. Все эти люди были свидетелями того, что произошло. Но ни один ничего не сказал.

— Пойду заварю мятный чай, — проговорила Майя и пошла вниз, на кухню.

Я обернулась. Дети крепко прижимались к дракону, который молча пошёл с ними в мою комнату. У меня опустились руки. Я осела на пол, и по щекам моим потекли слёзы. Марго, которая знала обо всём с самого начала, села рядом и долго утешающе гладила меня, но пути назад уже не было.

Наконец, собравшись с силами, я вошла в свою спальню. Дети лежали на своих местах, а дракон сидел рядом с ними, скрестив руки на груди. Заметив меня, он несколько мгновений не шевелился, а потом резко встал.

— Вовзвращайтесь к работе, рейна Брук, — велел Эридан, прежде чем покинуть комнату.

Я кивнула и, дождавшись, когда он уйдёт, утёрла новые подступившие слёзы.

* * *

В последующие дни мы не возвращались к этому вопросу. Я помогала всем, кому могла, взвалив на себя максимум обязанностей. Дело спорилось. После установки окон начался ремонт в комнатах, и через две дюжины дней, под самое Новогодье, поместье изнутри было готово принимать первых гостей. Даже матушка Олли осталась довольна тем, как теперь выглядел её салон.

Вокруг царило праздничное настроение. Я подписывала открытки-приглашения всем известным личностям округи, чтобы те бесплатно провели пару дней в стенах нашего нового отеля и насладились сказочной тишиной. Гремальд должен был слетать в Стендон и отдать приглашения курьеру. Конечно, мы оповестили всех заранее, но ещё не были уверены, что успеем закончить первый этап ремонта вовремя, и теперь уже в путь отправились официальные пригласительные билеты.

Пришло время покидать поместье. На сердце было тяжело, и молчание Эридана угнетало. Несколько раз я подходила к нему, пытаясь снова заговорить о детях, но он тут же вспоминал про очень важные дела и уходил от разговора. Либо просто делал вид, что не слышит.

Отчаяние постепенно захватывало меня. Мы уже собрали вещи и ждали, когда придёт время отправляться в Стендон.

— Рейна Брук, подойдите в гостиную, — попросил Эридан, поднявшись к нам наверх, к спальням.

— Присмотрите за детьми, — попросила я девочек, с которыми в тот момент обсуждала будущее проекта.

Дракон ожидал меня у больших часов, которые показывали десять часов утра. Отъезд был назначен на половину первого, и время тянулось невыносимо долго.

— Вызывали, джейд Ассандр? — спросила я, появившись перед его глазами.

— Мы не подписали договор с егерем. Он сейчас у охотничьего домика, контролирует работу по очистке тропы. Сходите, пожалуйста, возьмите его подпись.

— Разве не подписали? — удивилась я и взяла договор, который протягивал мне дракон. — Я ведь лично ходила к нему с этим договором…

— Это новая версия, с приложением о порядке проживания постояльцев на территории, которая расположена под его контролем. Права и обязанности перед туристами.

— Но время…

— Вы как раз успеете вернуться, если отправитесь сейчас. У вас ведь собраны вещи?

— Собраны, — кивнула я.

— В таком случае, чего ждёте?

Поджав губы, я кивнула и поспешила наверх, чтобы одеться и передать девочкам, что им придётся посидеть с детьми до моего возвращения.

Я очень торопилась. Дорога в одну сторону занимала около часа, хоть по очищенным тропам и было идти значительно легче. Однако, вернувшись, я была уставшей, взмокшей и вся покрыта снегом.

Но, когда я вошла в дом, обнаружила, что в нём никого не было. Я взбежала на второй этаж, где были наши спальни, но не нашла никого. Ни девочек, ни Ланса, ни Гремальда, ни даже собственных детей. У меня внутри всё похолодело. Неужели Эридан отправил меня из поместья, чтобы выкрасть детей?

Но спустя минуту я обнаружила его в той же гостиной, в кресле под часами с газетой в руках.

— Джейд Ассандр, — дрожащим голосом обратилась я. — Где все? Где Лиз и Раиль?

— Дети спят в моей спальне, — ответил дракон, и у меня немного отлегло от сердца. — Остальные уехали в Стендон.

— Как уехали? — выдохнула я и только тогда заметила, что на часах было уже два часа. Но я не могла отсутствовать так долго!

— Как и планировалось, ровно в половину первого. Полтора часа назад.

— Но ведь я ушла в десять… — проговорила я и только тогда осознала. — Вы перевели часы! И отправили меня, чтобы я