Улыбочку! - Омер Барак

– Я могу попросить, чтобы поменяли белье, – предложила Лираз.

– Лучше попроси поменять корабль, – огрызнулась Декла.

– Тогда идите в мою каюту, – решил я за всех. – Увидимся за завтраком.

Не говоря больше ни слова, Декла подошла ко мне и, поднявшись на цыпочки, поцеловала Яэли, а потом нерешительно клюнула меня в щеку и вышла из комнаты.

– Никак не могу поверить, – произнесла Лираз, вытягиваясь на диване, – что ты променял меня на пятилетнюю девочку.

– Это был единственно верный поступок.

– Знаю. – Свернувшись калачиком, Лираз закуталась в голубое одеяло, которым до этого была укрыта Яэли. – Но не перестаю удивляться, что ты совершил его.

– Сообщишь мне, если будут какие-нибудь новости?

– Нет, – ответила Лираз, закрывая глаза. – Никому ничего не скажу.

– Окей, – буркнул я, повернувшись к выходу, но снова остановился. – Лираз, я хотел сказать тебе, что…

Но обернувшись, я увидел, что она уже сладко спит, приоткрыв рот. Поправив на ней одеяло, я осторожно притворил дверь и отправился в путь по бесконечному коридору, не имея ни малейшего понятия о том, в какую сторону идти.

На руках у меня спала не моя дочь, а от женщины, встречи с которой я ждал целых пять месяцев, я сбежал. Мое банкротство помогло послать за родителями вертолет, а страховка давно не существующей студии оплатила тесты, которые сделают отцу в больнице на Санторини.

С каждым пройденным шагом, с каждым поворотом, который я делал, следуя указателям и все время попадая не туда, я ощущал, что путаница последних месяцев постепенно уступает место спокойной уверенности, хоть я так и не знаю, где мой дом, что будет с женщиной, которую я любил, что мне делать с чувством, охватывающим меня всякий раз, когда Лираз оказывается поблизости, и что случится, когда наш корабль станет на якорь в хайфском порту.

Зато я точно знаю, что я сын Рути и Ицика, младший брат Деклы, старший брат Дана, свояк Амихая и дядя Яэли и Офека.

А завтра утром родители вернутся на корабль прямо к завтраку, и мама, как ни в чем не бывало, начнет укорять нас за то, что мы не заняли стол заранее.

Я не стану рассказывать им, что встретил Яару, и теперь думаю, что нашим отношениям действительно пришел конец и что в этом виновата не только она.

Ведь сами они ни за что меня не спросят.

А может, все-таки рассказать? Может, им даже будет интересно.

– Йони! – услышал я голос Лираз, доносящийся с другого конца коридора. Рубашка на ней была расстегнута, в руках она держала туфлю. При одном лишь взгляде на нее кровь быстрее заструилась в моих жилах. – Собери всех. Через десять минут я жду вас в лобби.

– Ты так и не заснула?

– Через несколько минут мы встанем на якорь, и я уже вызвала машину.

– Зачем?

– Вас отвезут прямо в больницу.

– Почему в больницу?

– Собери всех, – повторила Лираз, надевая вторую туфлю. – За несколько минут до прибытия вертолета у твоего отца случился сердечный приступ.

27

– Просто инквизиция какая-то! – закричала мама, как только мы вошли в палату, изрядно побегав по коридорам небольшой больницы.

– Вряд ли инквизиция стала бы эвакуировать вас на специально посланном вертолете, – попыталась успокоить ее Декла.

– Забарабанили в дверь в пять утра как сумасшедшие, подсоединили отца к куче каких-то приборов, ничего не спросив, положили его на носилки и унесли. Даже нацисты относились к евреям лучше.

– Вряд ли нацисты положили бы его в отдельную палату с цветами, – вступился за Деклу Дан, оглядываясь по сторонам.

Но мама, стоя у кровати отца и поправляя окружающие его приборы, продолжала источать негодование и даже спасибо нам не сказала. Как я надеялся услышать от нее что-то вроде: «Йонатан, спаситель ты наш, я всегда знала, что ты в нашей семье самый смышленый», а услышал лишь: «Как тебе не стыдно!», а еще: «Я должна благодарить твою страховку, которая обошлась нам в сорок тысяч фунтов? Да за эти деньги я бы просто купила свой собственный вертолет!»

В промежутках между мамиными словоизлияниями Декла попыталась спросить отца, как он себя чувствует, и получила лаконичный ответ: «Немного побаливает», что в его устах с легкостью могло означать, что он уже при смерти.

– Это твои приятели из страховой компании довели его до такого состояния! – снова закричала мама.

– Ты понимаешь, мамочка, – произнесла Декла, изо всех сил стараясь говорить спокойно, – что у отца случился сердечный приступ?

– Какой еще сердечный приступ! Просто маленькая одышка. Если бы мы при каждом подобном случае бегали по больницам, нам пришлось бы туда переселиться. Надо просто выпить воды, подышать, и все пройдет.

– С папой не все в порядке, мамочка.

– Это с тобой не все в порядке.

– Врач сказал…

– Мало ли что он сказал, – прервала ее мама, размахивая руками. – Думаешь, если он врач, то все знает?

– Да! – ответили мы все в один голос.

– Не морочьте мне голову. Если бы они знали, в чем дело, они бы мне сказали.

– Рутинька, – произнес отец, схватив ее за руку, и она с инстинктом, выработанным за сорок два года совместного проживания, тут же накрыла его руку свободной рукой.

– Перестань все время называть меня Рутинькой, Ицик, – пробурчала мама, безуспешно пытаясь скрыть покрасневшие от слез глаза.

– Почему вы нам ничего не сказали? – спросила Декла.

– А что толку? – огрызнулась мама. – Вы и так едва сводите концы с концами.

– Рутинька, – улыбнулся отец и, опершись на мамину руку, сел и посмотрел ей прямо в глаза.

– Что еще?

– Состарились мы.

И тут я понял, что мама боится признаться себе в этом ничуть не меньше меня.

А еще я понял, что вместо того, чтобы ждать протянутой мне руки помощи, я могу протянуть ее первым.

Глядя на переплетенные руки родителей, я, подойдя к ним вплотную, положил свои сверху.

Потом то же самое сделала Декла.

Дан, подойдя ко мне сзади, накрыл их все своей огромной ладонью, а другой рукой прижал меня к себе.

– Ну и как долго мы будем так стоять? – спросил вдруг Дан, и все засмеялись.

– Тебе надо подстричь ногти, Йонатан, – произнесла вдруг мама, глядя на мои руки, и промокнула правый глаз рукавом. – Ты ведь уже не маленький. У тебя есть щипчики? Тебе купить?

– Нет, мама, – улыбнулся я, засовывая руки в карманы. – Я сам справлюсь.

– Кто еще скажет тебе, кроме мамочки, – продолжала мама, глядя в окно.

– Папа, – пошутил Дан.

– Что такого вы нашли в торговом центре, что опоздали на корабль? – спросила вдруг Декла.

– Это