Окутанные тьмой - Элен Форт

– Когда все под контролем и нет эмоциональных встрясок, жизнь становится невыносимо скучной.

Договорив фразу, мы услышали топот копыт.

– Как все удачно складывает, – хихикнула ведьма. – Сегодня прямо-таки день открытых дверей!

Я взглянула в окно. Рядом с моей белоснежной лошадью Ричард привязывал своего воронова коня. Он не спешил, мялся. Обдумывал, стоит ли ему вообще входить в дом? Ну, разумеется, ведьма его обо всем предупредила…

Едва уловимо прошептав, Анна взмахнула рукой и дверь открылась, давая вампиру понять, что присутствующие в курсе его визита.

Как и всегда, во всем черном, мужчина пожаловал в обитель ведьмы. Скользнув по всем беглым незаинтересованным взглядом, но вот голубые глаза задержались на мне. На моих глазах…

– Как ты вовремя, дорогой! А мы тут решаем, когда отправимся в горы Клото. Знаешь ли, Карнелия совершила опрометчивый поступок – она уничтожило траву, которую я обхаживала вот уже несколько месяцев. Ох, и до чего была велика моя радость, когда я обнаружила ее у себя под носом. Но теперь, скажем все дружно спасибо этой дурехе и поедем за сандживани!

– Ты рехнулась?! – Гнев набирал во мне все новые и новые обороты. Ведьма игнорировала мои вопросы, забалтывая дурацкой травой. – Анна! Я сожгу всю твою лачугу, если не получу хоть один ответ на свои вопросы!

– Угрозы, угрозы, угрозы! Где хоть капля благодарности? Я помогла тебе вернуть память, я обменяла души Софи и Макса, я помогаю восстановить справедливость и даровать вам новые возможности! Что ж вам неймется-то? А взамен я лишь хочу беспрепятственного сотрудничества. Вы – связующие звенья, что помогают мне сохранить контакт с прошлым. Еще немного и я… я…

– Мы уверенны, что Анна поможет справиться с проклятьем и тьмой. – Воспользовавшись заиканием ведьмы, встрял в разговор Ричард. Стоя все там же на пороге и держась за круглую дверную ручку.

Мы с Клэйтоном удивленно переглянулись, хватая как рыбы ртом воздух.

– Милена была права, когда впервые натолкнула меня на мысль, что ты все знал с самого начала… – Глядя в глаза вампиру, проговорила я. – Просто молчал и водил нас за нос…

Не выдержав моего испытывающего взгляда, Ричард Брессер сдался.

– Да. Но какой смысл зря обнадеживать тебя? Милену? Пока ничего глобального не произошло… Вы просто помогали нам по доброте душевной. Можно подумать, вы бы отказали.

Меня захлестнула волна возмущения. В том то и дело, что мы бы не отказали! Наоборот! Мы бы поддержали! Но они решили дурить нас… Я была готова обрушать весь свой скопившийся гнев, но меня перебила Анна.

– Ключевое слово «пока», ведь я наконец-то сдвинулась с мертвой точки! – Радостно воскликнула ведьма, хлопая в ладоши, как ребенок, увидевший своего первого пони. – Ты можешь уже это наблюдать по вернувшимся воспоминаниям и обмену.

– Ты поможешь мне? – Глаза Клэйтона заблестели, а губы расплылись в улыбке. – Ты и меня сможешь избавить от проклятья?

Бывшего мужа била дрожь нетерпения. Я видела, как в нем загорелась надежда. Кажется, он действительно устал от своего бессмертия.

– Во всяком случае, попробую, – обнадежила его Анна. – Но сперва, мне нужна трава.

– Если бы вы не держали все в секторе, то ничего бы не случилось! – Фыркнула я, направляясь на улицу.

Еще чего! Не собиралась я извиняться или еще хуже – чувствовать вину. Во мне играла обида. Ричард водил нас за нос с самого начала. Все вопросы были напускными, он помогал разыгрывать спектакль. Он…

Я резко обернулась на выходе из дома, едва не врезаясь в вампира.

– Ты знал, что Макс умрет? Ты позволил ему умереть?

Поджав губы, Ричард опустил глаза.

– Да.

Такое крохотное слово и как много боли оно способно было причинить.

Я не собиралась сдерживать свою злость. Громкий шлепок эхом раздался на всю поляну, казалось, даже удивленный рокот раздался под землей, и содрогнулись верхушки можжевельника.

Анна замерла, неотрывно смотря на краснеющий след на щеке Брессера.

– Это было потрясающе! – Присвистнув, усмехнулся Клэйтон. – А врежь ему еще разочек.

– Заткнись, Стоунтбери! – Прорычал Ричард, глядя на меня из-под опущенных ресниц.

К черту! Поскорее бы разделаться со всем, и я с удовольствием вычеркну всех нежеланных мне людей из жизни.

Чем ближе мы приближались к гористой местности, тем разнообразней становились пейзажи: холмы, одинокие домики, лужайки и край запретного, Темного леса, что сужался ближе к холмам. Все утопало в изобилии оттенков природы.

Вся дорога сопровождалась физически ощутимым напряжением. Отвлекаясь на природу, я старалась отбросить дурные мысли и унять гнев. Но с последним было трудно…

Сидя верхом на своем дымчато-сером коне, не попадая ни в одну ноту, Анна горланила песню:

В задернутых вуалью просторах подсознанья

Сгорят в своей тоске сплетенья слов.

Голосят они, вопят и стонут,

Им гром проклятья гневно вторит

Виски осколками дробя.

Мне карой страшною дано

Познать гниение страданий.

Я душегуб и лицедей

Я хладный, страшный, сгнивший труп.

Я слаб, я сломлен и распят.

Готов спуститься в страшный ад.

Клэйтон отпустив поводья, затыкал уши.

– Замолкни! Сколько можно? Хотя бы репертуар смени! Это же невозможно слушать восьмой раз подряд!

– Нет! – Отвлекаясь от пения, воскликнула Анна. Весело смеясь, она подпрыгнула в седле.

Издав недовольное мычание, я обреченно опустила голову.

О небеса, это просто невыносимо!

– Анна, довольно! – Рявкнул Ричард, с такой злостью, что на миг кони испуганно замерли, переступая с ноги на ногу.

– Не думал, что когда-нибудь скажу это, но… Спасибо. – Выдохнул Клэйтон, стирая ладонью выступившую испарину со лба от нервного напряжения. – Карнелия главное облажалась, а страдать должны мы все.

– Эй! – Возмущенно встрепенулась я. – Моей вины здесь нет, если бы вы не делали из всего грандиозную тайну – ничего бы не произошло. Я уже говорила об этом, но с удовольствием повторю еще раз!

Ричард покосился на меня, но быстро вернул взгляд на дорогу. Интересно, о чем он думал? Сожалел или бесился, как и его подружка?

– Дорогой, а чего ты отмалчиваешься весь путь? – Обратилась Анна к Ричарду, и тут же получила испепеляющий взгляд. – Какой ты серьезный. И ску-у-чный. – Протянула она надув губы.

Всю оставшуюся дорогу, я наслаждалась тишиной и приветливой погодой.

Оказавшись у подножья горы Клото, мы спешились.

Горы Клото считались самыми древними, богатым на редкие растения и не менее таинственными, чем Темный лес. Множество легенд и историй было сложено о них. Одни отзывались о гуляющих историях, как о детских страшилках, а некоторые верили, что темное нечто было заточено где-то в его склонах и по сей день, оно посылало проклятья в лес, из-за чего он и стал запретным и