Большие девочки не плачут - Кэтти Линц

— Может быть, этот вопрос лучше задать мне? — Лина с трудом скрыла возмущение.

— Я тебя уже спрашивала, и ты ничего не ответила. Итак, Коул, кого мы пригласим?

— Минди и ее мужа.

— Держи, — Сью Эллен сняла с холодильника магнитный блокнот и протянула сестре, — записывай.

И Лине пришлось конспектировать проект собственной вечеринки.

— Необходима тема, — провозгласила Сью Эллен.

— А я думала, тема уже есть: «Добро пожаловать домой!» — Нет, это повод, а не тема. Как насчет знаменитостей? Каждый может явиться в наряде своего любимого героя. Но ты и сама знаменитость, так что сможешь предстать в обычном виде.

— Зачем ты пришел? — Лина вопросительно взглянула на Коула.

— Хотел убедиться, что с тобой все в порядке — после происшествия в городе.

Лина задумалась. О каком происшествии идет речь? О том, которое случилось перед магазином? Или посреди Баруэлл-стрит? А может быть, в офисе шерифа? Выбор широк. И при мысли о каждом из приключений становилось не по себе.

Лина едва не оттолкнула Коула, когда он подошел и нежно поправил ее растрепавшиеся волосы. Сейчас он не пытался соблазнить, в прикосновении ощущались забота и сочувствие, и от этого почему-то защемило сердце.

— Все в порядке, — пробормотала Лина не столько для его спокойствия, сколько для собственной уверенности.

— Послушай, Коул! Как ты думаешь, твой кузен Бутч захочет заняться столом и обслуживанием? — спросила Сью Эллен.

— Конечно, захочет. Разве можно сомневаться?

Разговор перескочил на выбор соответствующей случаю одежды, — Коул не выдержал и предпочел ретироваться. Но до этого умудрился приготовить удивительно вкусный ужин из обнаруженных в холодильнике продуктов.

— Вот мужчина, который не только великолепно выглядит, но и великолепно готовит. За такого надо хвататься как можно крепче, — заключила Сью Эллен, едва за Коулом закрылась дверь.

— Он мой начальник.

— Значит, найди другого начальника.

— Видишь ли, в этом городе работа не растет на деревьях.

— Видишь ли, парни, подобные Коулу, тоже не растут на деревьях… причем не только в этом городе.

— Может быть, не обязательно говорить исключительно о Коуле?

— Прекрасно. О чем же тебе угодно поговорить?

Лина посмотрела на свои босые ноги и на туфли, которые только что сняла.

— О любви к обуви. — Она горько вздохнула и пошевелила пальцами. — Да, любовь к обуви принесла немало острых переживаний. Во-первых, радость обретения именно той пары, которая создана для меня. Во-вторых, возбуждение первого свидания. В этот период острой влюбленности забываются все неприятные моменты. Потом наступает период разочарования: ожидания не оправдываются. Но вскоре приходит новая любовь к другим туфлям. Хочешь знать, каким образом мне удалось разорвать порочный круг?

Сью Эллен кивнула.

— Так вот, слушай. Два года назад я потеряла равновесие в неудачных туфлях на платформе, упала и сломала ногу. Вот тогда-то и решила сменить любовь к туфлям на любовь… к сумкам. — Лина показала на спортивную сумку. — Дело в том, что сумки не такие привередливые предатели, как туфли. Им безразлично, какого ты размера и сколько весишь. Они всегда хорошо к тебе относятся. Совсем не то, что туфли: те способны вытянуть все жизненные силы. Да-да! Обманут, притворятся, что прекрасно подходят, а потом в самый ответственный момент подведут и начнут терзать. Так что любовь к сумкам надежнее любви к обуви.

Сью Эллен понимающе кивнула:

— Конечно. Любовь к сумкам — вот истина. Особенно любовь к розовым сумкам.

— Что и говорить, ты очень любишь розовое — все подряд.

— Подожди! Скоро я возьмусь за обустройство кухни. Тогда уж точно умрешь от восхищения! Только подумай: мир вокруг станет розовым с отдельными белыми вкраплениями. Фантастика!

— Хочешь, чтобы кухня напоминала зефир?

— А мне казалось, что ты одобришь.

— Почему? Потому что люблю зефир?

— Не только зефир. Еще обожаешь печенье и кексы. До сих пор не могу поверить, что ты на самом деле отдала сестре Мэри банановые пирожные.

— Так надо.

— Странно. По доброй воле отдать такую вкуснотищу!

— Зато я не позволила себе заедать сладостями неприятности. Самая вредная привычка на свете.

— Расс считает меня толстой, — неожиданно призналась Сью Эллен.

— Что-что?

— Хочет, чтобы я вместе с ним бегала по школьному стадиону. Я даже попробовала — перед танцевальным классом, — но ничего не получилось.

— Расс просто идиот.

— Нет, не идиот. Закончил колледж. У нас с тобой дипломов нет.

— Ну и что? Диплом ума не прибавляет.

— Еще как прибавляет!

— Поверь, ни капли не прибавляет. У Джонни диплом юриста, и тем не менее он полный идиот.

— Это тот парень, который разбил тебе сердце в Чикаго?

— Угу.

— Он относится к туфлям или сумкам?

— Джонни? Конечно, к туфлям. Обманщик и предатель.

— А Коул?

— Самый большой на свете кошмар.

— Почему?

— Сколько раз можно объяснять? Потому что он мой начальник.

— Боишься, что, если дело дойдет до постели, он тебя уволит?

— Нет.

— А вдруг повысит зарплату?

— Не собираюсь с ним спать ради повышения зарплаты.

— Всего лишь предположение.

— Плохое предположение. Из-за него можно попасть в неловкую ситуацию.

— Ты без труда выйдешь из неловкой ситуации. Что ни говори, а ты — супермодель. Ну ладно, допустим, просто модель. Просто модель большого размера. С безупречной кожей, красивым лицом, обворожительной улыбкой и впечатляющими сиськами; Так что неловкая ситуация — сущая ерунда. Все равно что кусочек торта. Тем более что скорее всего ничего плохого и не случится. Вдруг Фланниган — мужчина твоей жизни? Вдруг ты выйдешь за него замуж и переедешь в этот ужасный огромный дом, который он постоянно ремонтирует? Тогда я смогу помочь тебе с дизайном. Или найду вам новый дом. Уже совсем скоро сдам экзамен и получу лицензию риелтора.

— Не планирую оставаться в Рок-Крик навсегда.

— Разумеется, не навсегда. К пенсии переберетесь с Коулом куда-нибудь, где потеплее…

— Нет, нет и нет!

— Ну или переберетесь с Коулом куда-нибудь, где похолоднее…

— «Нас с Коулом» не существует.

— Ошибаешься. Еще как существует! Вспомни-ка сегодняшний вечер. Офис Натана. Вы целовались?