Стеклянная свадьба - Изабель Вульф

– Довольно того, что ты встречаешься с этой… сукой, – злобно бросила я, – не хватало еще впутывать детей и Грэма.

– Вы назначены на сегодня?

– Я не впутывал их, – простонал он.

– Подвергая их опасности подобным образом!

– Она не заразная, знаешь ли.

– Я могу вам чем-нибудь помочь?

– Подвергнуть их такому шоку.

– Не было у них никакого шока, – возразил он.

– Очень даже был, – солгала я. – Они были травмированы, когда приехали домой.

– Нет, черт побери, не были!

– Ваше имя, пожалуйста.

– Мне не нравится, что ты встречаешься с ней, – проворчала я.

– Почему бы мне не встречаться с ней? – огрызнулся он. – В конце концов, ты выгнала меня.

– Хорошо. Хорошо. Это правда. Но почему же, если ты видишься с ней, ты захотел привести меня сюда? А?

– Потому… потому… потому что я не знаю, что будет дальше, – сказал он, проведя рукой по волосам.

– О, понятно, – саркастически бросила я. – Ставишь на двух лошадей сразу, не так ли? Что ж, Питер, позволь тебе заметить, что нельзя влезть на елку и не ободраться!

– Сэр, мадам…

– Да, в чем дело? – резко бросили мы оба.

– Сообщите, пожалуйста, ваши имена.

– Мистер и миссис Смит.

– Это ваше настоящее имя?

– Да.

– Вы пришли сюда с целью попытаться сохранить ваш брак?

– Именно.

– Хорошо. Мисс Стриндберг примет вас через десять минут, – проворковала она. – Так что, пожалуйста, присядьте у соседней двери.

Большая приемная была заставлена копиями произведений античности и вазами, полными засушенных цветов. На стульях вдоль стен, явно испытывая неловкость, сидели шесть пар; у всех вытянутые лица и поджатые губы. Чтобы как-то отвлечься, я принялась листать журналы, большинство из которых оказались очень старыми. Там был тот экземпляр «Чат», где печатался конкурс «Выиграй развод», и декабрьский номер журнала «Я сама». Протянув руку за «Мари Клэр», я невольно подняла глаза… О боже! Саманта и Эд из дома номер девять. Я всегда считала их образцовой парой, мы когда-то были у них на вечеринке. Я почувствовала, как запылало мое лицо. Как, должно быть, им не по себе, подумала я, что их увидели в таком месте! Саманта натянуто улыбнулась мне, и я ответила на ее улыбку со всей возможной теплотой, какую позволяла ситуация; я как раз обдумывала, не сказать ли мне что-нибудь вроде «как приятно вас встретить», но тут до меня донеслись голоса – они слышались из-за двери слева от нас с табличкой «Мисс Зилла Стриндберг». В кабинете атмосфера, похоже, накалялась. Сначала мы различали только отдельные слова: «…примирение… вздор!.. переступить… просто смешно!.. попытаться снова… не беспокойтесь!» О боже, боже! Пара явно не ладила. Теперь в приемной наступила абсолютная тишина, и мы могли четко различить, что они говорят.

– Мы обо всем договорились.

– Да?

– И мы решили, что не хотим разводиться.

– Что?

– Да, мы решили остаться вместе, – произнес мужской голос.

– Не думаю, что это правильное решение.

– Но, мисс Стриндберг, мы все тщательно обдумали.

– Вы сами не знаете, о чем говорите.

– И решили, что можем попытаться.

– Я уже слышала это и прежде.

– Видите ли, все это были просто мелкие разногласия.

– Не такие уж они и мелкие.

– По сравнению с самым важным?

– Что вы имеете в виду?

– Что мы по-прежнему любим друг друга.

– Но это не имеет значения!

– Так что большое спасибо за помощь, но мы собираемся остаться вместе.

– Нет уж, извините, – мы услышали, что Зилла теперь заговорила более резко. – Но я считаю, что вам следует развестись.

– Но мы не хотим.

– Потому что для меня ясно как день…

– Честно говоря, мы уже все решили.

– …что вы абсолютно несовместимы.

– Нет, совместимы.

– Несовместимы.

– Нет, совместимы. Мы прекрасно ладим.

– Извините! – уже почти кричала она. – Но я не думаю, что это возможно. По правде говоря, я уверена, что вы должны расстаться.

– Но мы больше этого не хотим. Сначала хотели, а теперь – нет.

– Послушайте, – донеслись до нас ее слова, – по моему мнению…

Вдруг дверь распахнулась и из кабинета рысью выбежала пара. Затем на пороге появилась Зилла, она выглядела явно возбужденной, ее впалые щеки пылали. Она пригладила волосы, проверила свои записи, деликатно откашлялась и с натянутой улыбкой произнесла: «Мистер и миссис Смит, пожалуйста». Мы с Питером переглянулись и решили спастись бегством.

– Ожидаются затяжные дожди, – говорила я в понедельник утром, нажав переключатель в наушниках.

– Боже, как похудела Фейт. Десять…

– Так что уже с утра пасмурно.

– Она выглядит измученной. Восемь…

– Если мы посмотрим на метеоснимки…

– Вы, конечно, знаете, почему она похудела. Семь…

– То увидим, что приближаются апрельские ливни.

– Большие проблемы в семье. Шесть…

– Погода будет неустойчивой.

– Он переспал с американкой. Пять…

– Особенно в Лондоне.

– Три. А она его выставила. И два…

– Хотя возможен проблеск солнечного света.

– Моя сестра встретила их в Центре по вопросам сохранения брака. Один…

– Но не унывайте!

– Она живет на той же улице.

– На этот час у меня все. Увидимся в девять.

– И никаких шансов, что они останутся вместе?

– Ноль.

– Спасибо, Фейт, – с прелестной улыбкой сказала Софи. – Вы смотрите «Утренние новости»! И теперь, в восемь тридцать, краткое содержание последних известий по стране…

У меня дрожали руки, когда я отключала микрофон. Боже мой, боже, они все знают. А я так старалась соблюдать осторожность. Я отправилась на свое рабочее место и сделала вид, будто очень занята, приводя в порядок стол. В любом случае это было необходимо сделать – там громоздились груды факсов и всевозможных записок, три немытые кофейные чашки, а кусок морской водоросли упал с крючка. И мой «Домик погоды» покрылся пылью. Питер подарил мне его, как только я получила работу на телевидении. Три месяца я работала временно, пока не освободилась вакансия. Дети тогда уже учились в школе, и меня взволновала перспектива получить работу в «Новостях». А Питер купил мне этот домик. Он напоминает крошечное швейцарское шале. А внутри маленький мужчина в кожаных брюках и маленькая женщина в широкой юбке в сборку. Мужчина держит в руках зонт. Если он выходит, а женщина остается, значит, будет дождь. Если же выходит женщина, а мужчина остается, это значит, что будет ясный день. Но иногда, когда погода переменчивая, они выходят вместе. Сегодня вышел только мужчина с поднятым зонтиком. И это символично, уныло подумала я, вскрывая свою корреспонденцию.