Чувство Магдалины - Вера Колочкова

– Платон, не надо! Не подбрасывай ребенка так высоко, я не могу на это смотреть!

Все обернулись на громкое восклицание Вики – и Антон, и Лео, и даже Аглая приподняла из гамака голову и недовольно глянула на Вику. И погладила свой большой живот, будто успокаивала своего малыша, который через каких-то две недели должен был появиться на свет.

– Ты слышишь меня, Платон? У него голова закружится!

– Да ну… – счастливо проговорил Платон, снова подбрасывая сына вверх, – смотри, как ему нравится, Вик! Тем более он большой уже! Ничего не боится! Да, Максимка? Ты ж у меня мужик!

– Ну да, мужик… – недовольно проговорила Вика. – Три года всего… Ну перестань, не видишь, я нервничаю? А мне нельзя нервничать, ты же знаешь…

Сидящие за столом Антон и Лео переглянулись, и Антон шепотом пояснил:

– Ну да, брат… Такие дела. Выходит, наше святое семейство пополнения ждет. Не только Аглая вот-вот родит, еще и Вика на второго ребенка сподобилась. А Платон как этому обстоятельству рад, если б ты знал! А от Вики разве можно было ожидать таких подвигов, а? Ты знаешь, она очень изменилась после того… Когда хотела от Платона уйти, а потом… Ну ты же сам все знаешь… Извини, что напомнил о былом, я не хотел…

Антон остановился, виновато улыбнувшись. Экая оплошность – задеть больную для Лео тему! Хотя… Вроде Лео никак и не прореагировал. Может, забыл уже… Тем более он так занят нынче, что на неприятные воспоминания и времени не остается.

Хлопнув Лео по плечу, Антон снова проговорил весело:

– Молодец, что приехал! Мне приятно, честное слово! Так хорошо отметить свой день рождения в кругу близких! Терпеть не могу всякой поздравительной сутолоки в свой день рождения!

Они не слышали, как сзади тихо подошла Вика, произнесла насмешливо, тронув Антона за плечо:

– Слышь, хозяин! Мне Максимку надо спать уложить! Нам в какую гостевую комнату идти? В ту, что на втором этаже?

– Да любую выбирай, Викуша! – добродушно развел руки в стороны Антон. – Какая тебе больше нравится! А впрочем, спроси лучше у Аглаи, я не знаю. Пусть она распорядится.

Аглая, услышав свое имя, села в гамаке, вопросительно и вполне доброжелательно уставилась на Вику. Было заметно, как ей нравится роль хозяйки и то, что Антон отправил Вику с этим вопросом к ней.

– Пойдем, я провожу тебя, Вик! – с готовностью принялась выплюхиваться из гамака Аглая, осторожно придерживая живот обеими руками. – Лучше его уложить в той спальне, что с другой стороны дома. Чтоб голоса не мешали.

Вика приняла предложение Аглаи с видимой неохотой. И не потому, что предложение ей не понравилось, а потому, что за этой неохотой стояло что-то свое, сугубо личное, почти неприязненное. И это «неприязненное» и сугубо личное не могло укрыться от мужских глаз, наблюдающих за женщинами.

Когда Вика с Аглаей ушли, Антон глянул на присоединившегося к ним Платона, попросил почти заискивающе:

– Платош, ну скажи ты ей, чтобы поласковее с Аглаей была, а? Она так переживает, бедная девочка! Так с ней подружиться хочет! И никак не может понять, почему Вика ее отвергает. И я тоже не могу! Чем ей Аглая не нравится?

– Ой, да что тут понимать, подумаешь, какая загадка, – тихо проговорил Платон, наливая себе в стакан виски. – Нечего тут и понимать. Давай-ка лучше за тебя выпьем, брат! Лео, где твой стакан? С днем рождения!

– Спасибо… – вяло улыбнулся Антон, чокаясь с братьями. – И все же, Платон… Поговори с ней, ладно?

– Поговорю. Но конкретного результата не обещаю. Это ж Вика, сам понимаешь. Если ей что не нравится, то…

– Ну почему, почему все-таки? Что ей Аглая сделала плохого?

– Да ничего плохого, в общем. Просто она ей Машу простить не может. Ни ей, ни тебе.