Ожерелье дьявола - Кэт Мартин

– В первые месяцы беременности женщина расцветает, – вскинув указательный палец, изрекла Виктория. – Если носить в это время платья с высокой талией, то никто ни о чем и не догадается. В твоем распоряжении, милочка, еще целый месяц. Надо воспользоваться этим шансом, чтобы заставить Итана по-новому взглянуть на тебя. Для начала мы с Кордом дадим бал в честь вашей женитьбы. Ну, что ты на это скажешь?

– Ради Бога, Виктория, не надо этого делать! – воскликнула Грейс, вскочив с дивана от волнения. – Итан придет в ярость. Я даже маму отговорила устраивать в честь нашей женитьбы званый ужин. А ведь бал еще хуже!

– Ты должна мне поверить! – заявила Виктория. – Корд признался мне, что Итан перестал смотреть на других женщин еще до вашего бракосочетания. Возможно, он по уши в тебя влюблен, только не желает в этом признаться. Не исключено, правда, что он пока и сам этого не понимает. Ему нужно помочь.

– Однако не будет ли от этого только хуже? – опасливо спросила Грейс.

– Ты наденешь красивое бальное платье, как и подобает маркизе, и все дамы позеленеют от зависти, глядя на тебя в этом наряде. Мужчины же будут виться вокруг тебя, словно пчелы над медом. Итан умрет от ревности.

– Право же, меня терзают сомнения! Ты уверена, что это хорошая затея? По-моему, ты уже однажды обожглась, экспериментируя подобным образом с Кордом.

– Ах, тогда была совсем другая ситуация! И в конце концов все завершилось благополучно. Мужу полезно убедиться, что и другим мужчинам его жена представляется желанной.

Грейс прикусила губу, все еще сомневаясь в этом.

– Доверься моему опыту, подруга! Я знаю, что делаю! – повторила Виктория, поглаживая себя по животу.

Грейс оставалось только поверить подруге. До сих пор ее собственные планы редко осуществлялись так, как ей того бы хотелось.

Прошло три дня. И три долгие бессонные ночи. Итан потерял не только сон, но и аппетит. Он мог думать лишь о Грейс, один вид которой возбуждал в нем дикую страсть. Так случилось с ним и в конюшне, где он случайно застал ее в компании Фредди. У него возникло желание немедленно овладеть ею прямо на месте. Что за дьявольщина творится с ним в последнее время? Он хочет Грейс, хотя и знает, что она в положении. Это какая-то дикость! В нем словно бы пробудился ненасытный зверь.

На четвертый день, почти дойдя до полного отчаяния, Итан вызвал Грейс в свой кабинет. Она вошла совершенно бесшумно и окликнула его:

– Вы хотели меня видеть, милорд?

– Да, нам надо поговорить о твоем скорейшем возвращении в Белфорд-Парк, – повернувшись, сказал Итан.

Грейс вскинула бровь.

– Как? Но ведь я лишь недавно сюда приехала! Нет, я не хочу возвращаться в глушь, там мне скучно и одиноко!

– Это верно, однако же мы с тобой, если помнишь, заключили договор жить раздельно, – возразил Итан. – Не слишком ли ты долго испытываешь мое терпение?

– Ты намерен выбросить меня на улицу? – спросила Грейс, вскинув подбородок.

– Нет! Я хочу отправить тебя в Белфорд-Парк! Под опеку моей невестки! – рявкнул Итан.

– Я никуда отсюда не поеду, так и знай! – ответила Грейс.

Ему следовало предвидеть такой поворот их разговора.

– Ты собираешься проигнорировать мою просьбу? Не забывай, что я твой супруг и ты должна мне повиноваться! – воскликнул Итан, дрожа от негодования.

– Это тебе не помешало бы вспомнить о своих супружеских обязанностях, мой дорогой муженек! – парировала Грейс. – Я вправе проживать в этом доме столько, сколько мне вздумается. Тем более что я ожидаю ребенка.

Итану почему-то вдруг вспомнилась их яростная ссора из-за нелепых нарядов, которые он купил для нее в деревенском ателье. Тогда Грейс тоже была необыкновенно хороша. У него непроизвольно возникло желание ею овладеть.

– Кстати, я должна сообщить тебе, что лорд и леди Брант намерены дать в нашу честь бал через две недели, – добавила Грейс приторным голоском и ухмыльнулась.

– Мне верится с трудом, что Корд позволил Виктории впутаться в столь многотрудное занятие. Ведь она почти на сносях! – заявил Итан, мысленно чертыхнувшись.

– Роль хозяев бала согласились взять на себя ее сестра Клер и ее муж лорд Перси, – передернув плечами, сказала Грейс. – А лорд Брант и Виктория будут им только помогать.

Итан отвел взгляд, устыдившись охватившей его вспышки гнева. Слухи о его женитьбе распространились по городу гораздо быстрее, чем он предполагал. Люди наверняка уже строят разные предположения, почему он скрывает от высшего общества свою молодую супругу, зачем так долго держит ее в деревне. Маркизу такое странное поведение не к лицу. В связи с этим теперь было бы крайне опрометчиво вернуть Грейс в имение. Тогда уже по всему Лондону расползутся ядовитые сплетни, последствия которых даже трудно предугадать. Проклятие! Почему все так чертовски усложнилось в одночасье? Где он допустил главный промах?

– Так и быть, – наконец промолвил Итан, взглянув на обиженное лицо супруги. – Можешь остаться здесь еще на месяц-другой. Но потом тебе придется вернуться в усадьбу.

Глаза Грейс вспыхнули победным огнем. Она явно ликовала, гордая одержанной над ним маленькой победой. Усилием воли Итан одолел охватившее его вместе с восхищением вожделение и сделал непроницаемое лицо.

Но сердце его сжалось от горечи. Так долго подавлять свою страсть он явно не сможет, волей-неволей ему придется завести себе любовницу.

– Итан! – окликнула его Грейс.

Он встрепенулся и сказал, насупив брови:

– Если тебе больше нечего добавить, ты можешь быть свободна.

Грейс как-то странно взглянула на него, но ничего не сказала, повернулась й молча покинула кабинет. Звук захлопнувшейся двери отозвался гулким эхом в душе Итана. Он помрачнел еще сильнее и заскрипел зубами.

Грейс понимала, что ей нужно срочно что-то предпринять. До бала оставалось еще слишком много времени, и хотя приготовления к нему начались, она не могла молча созерцать крах собственного супружества. Если только можно было так назвать те странные отношения, которые сложились между ней и Итаном. Ведь по сути они ограничивались короткой брачной церемонией и несколькими ночами, проведенными в одной постели.

Щеки Грейс порозовели, едва лишь она вспомнила их бурные любовные игры. Ей так недоставало сейчас поцелуев и крепких объятий Итана, его нежных ласк и дикарских натисков. Но еще сильнее угнетало ее то, что он, казалось, решил навсегда покончить со всем этим.

Грейс огорченно вздохнула, нарушив воцарившуюся в гостиной тишину. Они стали супругами, но Итан был убежден, что у них нет шансов на счастливое совместное будущее. Он считал, что, обретя с ней радость в супружестве, он предаст память матросов, погибших по вине ее отца.