Пленница Вепря - Виктория Волкова

— Еще две ложки осталось, — докладывает Майка, показывая мне на тарелку. Я замечаю сбитые костяшки пальцев и силой воли останавливаю себя, когда понимаю, что хочу кинуться к жене. Поцеловать ее ладони, лоб, глаза, губы…

«Остановись, Родя, — усмехаюсь я. — Стопэ, дорогой!»

— Давай, Люк, — смеюсь я наигранно, — за маму, за папу. За Родю, за Майю, Олега и Лайму…

— Странный список, — шамкает мой Петька. — Вот ты затейник, Родя! Даже собаку приплел…

— Ничего подобного, — отмахиваюсь я, садясь напротив. — Пока ты тут прохлаждался в больнице, группа вышеперечисленных товарищей обезвреживала самую настоящую банду…

— Ольга и Марьинский? — бормочет мой верный друг. — Я догадался. Я решил сам найти крота. Проверял расшифровки оператора связи. Ольга с рабочего никому не звонит. Но я вспомнил, что видел у нее два телефона. Сделал запрос. Оказалось, есть еще один номер, оформленный на мать. И этот телефон все время с ней. Ребята из управления «К» помогли. Они же дали распечатки разговоров и расшифровки звонков. Ну, а дальше — дело техники… Я решил дождаться тебя, Родя, но не утерпел… Проболтался Вовке, старшему по смене. Мол, приглядывай… Но, видимо, он тоже был в банде. Зазвал меня в ВИП-сортир, типа поговорить. А там уже Марьинский ждал. Вдвоем меня чуть не укокошили…

— Пуарро, блин, — подскакиваю я. — Мать твою, Люк! Я чуть не потерял тебя!

— Да хотел тебе доказать свою преданность, — пыхтит тот, доедая последнюю ложку.

— Придурок, — рыкаю я. — Ты бы лучше с тестем работу провел. С какого рожна он на мою жену поклепы наводит…

— Ревность, — пожимает плечами Люк. — Ну, и Светку обезопасить хотел. Она нам проболталась недавно. Это по ее наущению Яна ходила к Тимофею…

— Примерно так я и думал, — отмахиваюсь я. — Знаешь, я даже не задумывался раньше об этом. И если бы тесть смолчал, то и Светку бы ничего не коснулось. А так… Пришлось напрячь память и вспомнить о любви твоей жены ко всему сверхъестественному…

— Вот странные люди, — усмехается Приор. — Сидели бы тихо, никто бы к ним с претензиями не лез. А тут каждый отличился. И Янкин батя, и Валера Марьинский. Этот вообще дурак. Землю захотел вернуть. Зато теперь получит на полную катушку и лет десять будет смотреть на небо в клеточку.

— Сядет надолго, — киваю, всматриваясь в бледное лицо Майи. — Так, — командую друзьям, — вы тут развлекайтесь, а мы с Маечкой поедем домой. Нас дети ждут.

И уже сев в машину, ласково целую жену в нос.

— Устала, чижик?

— Немного, — кивает она. — Долго разговаривали. Он жить не хотел. Света ему звонила, сказала, что подает на развод. Я как раз пришла, когда Люк впал в отчаяние. Пришлось сразу включить профессионала, — серьезно говорит она и, внезапно глянув в окно, просит. — Останови около банка, пожалуйста. Хочу ячейку закрыть, пока за следующий месяц не взяли плату.

— Конечно, — киваю я и за малым не бью себя по лбу. Коробка с украшениями валяется у меня в сейфе, а я еще ни словом не обмолвился жене. Ну, ничего, сюрприз будет!

— Пойдем со мной, — просит Майка, и я, не споря, выхожу вместе с ней из машины. Но уже около мраморного крыльца Сбера жена останавливается и толкает соседнюю дверь. Подслеповато осматривается, попав в известный в городе салон часов. Самые дорогие и редкие экспонаты можно купить только здесь. Мой Улисс Нардин тоже отсюда. Прибыл в единственном экземпляре. И у управляющего есть строгий наказ именно такие не привозить. Я не желаю встретить мои часы еще на ком-нибудь. Почему? Не знаю. Маленькая прихоть владельца бизнеса.

— Чем я могу вам помочь? — улыбается миловидная брюнетка в строгом офисном платье и с бриллиантовым цветком на груди. Но внезапно улыбка блекнет. Девица ошалело пялится на Майю, потом узнает меня и застывает в растерянности.

— Привет, Олеся, — здоровается Майя и тут же с места в карьер добавляет. — А почему у тебя моя брошка? Я вроде не давала ее тебе.

Улыбка у девицы скисает, и вся она сразу теряет весь свой лоск.

— Ну, ты же ее не носишь, а мне нужна, — заявляет нахалка, моментально собравшись с духом.

— Кто дал вам право рыться в чужих вещах? — изумляется Майя. — Это же воровство.

— Жека, спустись в зал, — душевно прошу я и, презрительно оглядев воровку, требую. — Снимай брошь, дорогая…

— Вы не имеете права. Я позвоню в полицию…

— Обязательно, — киваю я и внезапно все понимаю. Твою мать! Все гораздо проще пареной репы.

— Приор, — рявкаю в трубку. — Быстро в салон будильников. Ты мне тут нужен. И наблюдая, как ко мне на всех скоростях спешит вальяжный красавец Жека, заявляю.

— Ты уже воровок на доверии берешь на работу. А я потом не пойму, откуда убытки…

— Родичка, дорогой, — сипит мой управляющий. — Олеся — девочка хорошая. Очень исполнительная… Давно работает, никогда нареканий не поступало.

— Ну, что она исполняет у тебя в кабинете, мне не интересно, — бросаю я раздраженно. — Меня один вопрос интересует. Почему на ней украденные драгоценности моей жены?

— Олеся, потрудитесь ответить, — солидно басит Жека и тут же переходит в наступление. — Отдайте брошку и что вы там еще взяли, иначе уволю.

— Я ничего не воровала! — заливается слезами девчонка. — Мне брошку муж подарил и еще серьги с рубинами. Это ему от бабушки досталось.

— От моей бабушки ему? — усмехается Майя.

— Придется вернуть, — еще раз бубнит Жека и снова повторяет угрозы.

Естественно, девчонка работать в салоне не будет. Несмотря на ее прошлые заслуги и отличные продажи. Теперь ей даже в ломбард к Абссенту не устроится.

«Это только начало, куколка, — морщусь я, — подожди, стерва, разберемся!»

Стеклянные двери разъезжаются, пропуская внутрь Приора и Миху.

— Ты брошку сама снимешь? — напоминаю я. — Или Евгений Петрович тебе поможет…

— Сама! — взвизгивает Олеся. — Оставьте меня в покое!

— Еще рано, девочка, — качаю я головой. — У тебя еще Маечкины серьги. Память бабушкина… Поедем, милая. А я заодно с родственниками поближе познакомлюсь. Как считаешь, Майя?!

И тихо приказываю Приору:

— Возьми еще людей, Олежка. Кажется, без шмона не обойдемся…

И уже в квартире, превращенной двумя проходимцами в жуткий хламовник, смотрю на расстроенную жену.

— Ну как же так, Славка? — говорит она высокому белобрысому детине. — Как вы умудрились так загадить квартиру? Мама в гробу переворачивается.

— А тебе какое дело? — огрызается младший брат моей жены. Я пока не вникаю, а просто внимательно смотрю по сторонам.

— Открой ноутбук, — велю негромко глупому родственнику. — Приор, посмотри, пожалуйста!

— Это оно, Родя, — весело усмехается мой заместитель, вызывая на экране окно с данными устройства. — Номер совпадает. Ты, небось, считал себя самым умным, — обращается он к Майкиному брату. — Работал с сайтом, пробравшись в квартиру Майи Владимировны. Думал, мы тебя никогда не вычислим. Идиот! Да ты хоть знаешь, с кем связался…