Хочу тебя навсегда - Татьяна Никандрова

Как и следовало ожидать, к утру я совершенно не выспалась. Встала с кровати разбитая и с темными кругами под глазами. Уставившись в зеркало, я в сотый раз обвинила во всем Даниила, а потом стала нехотя собираться в офис. После нашего разговора Войнов звонил мне еще несколько раз, но я не соизволила взять трубку. Еще чего! Пусть идет лесом, мерзавец!

Состояние моей души как никогда совпадало с состоянием окружающего мира. Еще вчера после слов Даниила на катке внутри меня была весна. Я позволила себе понадеяться, что между нами может быть что-то хорошее. А после его звонка вечером - резко наступила осень. Причем не сентябрьская, золотая и мягкая, а ноябрьская. Суровая, промозглая, хмурая.

Когда я приехала в "Линию права", машина Войнова уже стояла на своем обычном месте, а значит, ее хозяин уже был в офисе. Я изо всех сил старалась отогнать мысли о нем куда подальше, но они, как назойливые мухи, то и дело лезли в голову.

Из-за этого работать было совсем в тягость. Отчаянно хотелось вернуться домой, запастись чем-нибудь вкусным и вредным, включить романтическую комедию и залезть под одеяло. Обычно я не впадала в подобного рода крайности, но, учитывая плачевное состояние моей личной жизни, пора было начинать.

После обеда Кирилл Петренко заявил, что экспертное заключение по делу Зорича готово и направил меня в суд для ознакомления с ним. Я вздохнула  и нехотя стала вызывать такси.

В ходе разбирательства с захватом ООО "Аккопол" суд истребовал то самое решение, в котором стояли поддельные подписи нотариуса и Зорича. Когда оно поступило в материалы дела, Немцова ходатайствовала о назначении экспертизы подписи.

Если честно, я думала, что на этом процесс будет завершен: эксперт подтвердит, что  подпись на документах поддельная, и мы, выиграв суд, с триумфом вернем Зоричу его компанию.

Но не тут-то было.

Читая отчет, я не смогла сдержать стон, полный досады: эксперт не смог дать ответ по существу поставленных судом вопросов.

Я была совершенно обескуражена таким выводом и на всех парах понеслась обратно в офис. Там я первым делом направилась к Немцовой, но, сколько я не барабанила в дверь ее кабинета, мне так никто и не открыл.

Спустившись на первый этаж, я спросила у ресепшионистки, где Лариса Аркадьевна, и выяснила, что она будет в офисе только ближе к вечеру. Тогда я вновь поднялась на второй этаж и, приблизившись к кабинету Войнова, замерла в нерешительности. Руки дрожали, а во рту предательски пересохло.

С одной стороны, мне нужно было обсудить с начальником неожиданный поворот по делу Зорича, с другой - я боялась вновь оказаться с ним наедине в закрытом пространстве.

Боже! В кого же я превратилась! На меня с моими трясущимися коленками теперь без слез не взглянешь! Не дать не взять Татьяна Ларина, сходящая с ума по Онегину! Аж противно!

Сделав глубокий вдох, я все же поборола панику, расправила плечи, несколько раз постучала в дверь и, не дожидаясь ответа, распахнула ее.

- Даниил Романович, к вам можно?  - громко поинтересовалась я, шагая в кабинет.

- Да, проходите.

Войнов поднял на меня глаза, и на долю секунды в его взгляде промелькнуло что-то такое, чего я раньше не замечала. Грусть? Тоска? Горечь? Или мне показалось?

- Я по поводу оценки подлинности подписей, - крепко сжимая папку с документами в руках, сказала я. - Эксперт не подтвердил, что они поддельные. Он вообще не смог дать вразумительный ответ.

Брови начальника взлетели вверх:

- Дайте посмотреть.

Я вручила Войнову лист с заключением, внимательно наблюдая за тем, как выражение его лица из непонимающего превращается в разочарованное. Даниил невесело усмехнулся и вновь посмотрел на меня:

- Все понятно. Подпись Зорича на документе совсем не похожа на оригинал, поэтому эксперт и не может определить, поддельная она или нет.

- Что? - я тупо хлопала глазами, ничего не понимая. - Но раз она непохожа...

- Если хотите подделать чью-то подпись, Анастасия, но не хотите, чтобы вас на этом поймали - подписывайтесь крестиком. При сравнении подписей эксперт сначала смотрит, насколько они сопоставимы между собой по графическим элементам. И если подписи несопоставимы, то официальная методика запрещает давать заключение, - откинувшись на спинку кресла, говорил Войнов. - Люди, профессионально занимающиеся угоном бизнесов, знают об этой особенности экспертной методики, поэтому и не пытаются копировать подписи, а просто рисуют что-то свое.

Такого я никак не могла ожидать.

- Но зачем тогда вообще нужна экспертиза? - после недолгого молчания спросила я.