Белла, чао! - Татьяна Тронина

И вот это случилось.

…Он шел вдоль набережной, мимо ярмарки, где художники продавали свои картины, потом свернул налево, к входу на территорию Дома художника – и в этот самый момент мимо него проехал серебристый внедорожник.

Тимур мельком, с отвращением, глянул на машину и отвернулся. С некоторых пор он особо ненавидел внедорожники, вернее, их обнаглевших владельцев…

Тимур прошел на территорию Дома художника и заметил, что водитель того самого внедорожника как раз неуклюже паркуется на автостоянке, рискуя задеть и поцарапать соседние машины.

«Напокупали себе прав, а сами ездить не умеют…» – брезгливо подумал Тимур. И именно в этот момент случилось оно, то самое…

Из салона внедорожника спрыгнула на землю девушка, чем-то похожая на Беллу. Очередная столичная «штучка» – в развевающемся пестром сарафане, на шпильках, худющая, вся обвешанная, точно новогодняя елка, украшениями. Волосы… Вот только волосы были как у Беллы. Копна каштановых волос, больше напоминающая лошадиную гриву…

Тимур замер, приглядываясь (уж сколько раз ошибался!), хотел было отвернуться… И не смог. Девица бойко скакала на своих шпильках по асфальту, взмахивала руками в браслетах, потом метнулась к багажнику, закричала что-то нетерпеливо…

Она.

Тимур сглотнул, замер. Это была она, его невеста. И как же она изменилась… Именно поэтому Тимур и не бросился сразу к ней, лишь напряженно, с недоумением и все возрастающим ужасом наблюдая со стороны.

Да, это была Белла. Но когда она успела так измениться? Откуда эта машина? И, главное, кто там, на водительском месте?..

Из внедорожника вышел мужчина – невысокий, плотный, патлатый, с хмурой физиономией, – зыркнул по сторонам синими злыми глазищами, залез в багажник, вытащил коробку, тяжелую на вид.

– Погоди, уронишь! – Белла этому мужику.

– Не надо, я сам! – мужик Белле.

И тут… и тут Белла защекотала этого мужика.

– Спятила! А если б я уронил?.. Блин, у меня же руки заняты…

– Ха-ха-ха! – безмятежно, громко захохотала девушка. Это был ее, фирменный Беллин смех, который снился Тимуру весь последний год.

Они пошли, эти двое – мужик и Белла – к боковому входу в Дом художника.

Мужик сосредоточенно нес коробку, а Белла, точно норовистая кобылка, скакала вокруг и тормошила своего спутника, и ерошила волосы у него на голове, и хохотала, и кричала что-то… В общем, вела себя как буйнопомешанная. До тех пор, пока хмурый мужик не поставил коробку на асфальт и не схватил Беллу. И тоже принялся ее трясти. И целовать…

А ведь далеко не юноша он, мужик этот, из внедорожника. Тоже как будто не в себе. И целует… целует Беллу – так, словно не целовал до сего момента никого.

Тимур закрыл глаза, сжал кулаки.

«Ты это хотел увидеть? Ты этого ждал? Ну, жри теперь…» – сказал он сам себе.

Открыл глаза.

Белла была уже далеко – но ядовито-ярким пятном она все равно застила окружающий пейзаж.

– Шлю-ха… – с трудом выдавил из себя Тимур. Разжал кулаки и увидел на своих ладонях кровавые отпечатки от ногтей.

* * *

– …А куда сейчас? – спросила Белла, садясь в машину. После разговора с Сердюковой она чувствовала необычайный подъем. Галеристка была в восторге от работ Беллы… И сделала новый заказ.

– Мадам Брошкиной ее кошелек надо вернуть, – Африкан кивнул на бардачок. – А то она мне совсем плешь проела! Сегодня с утра три раза звонила.

– Это не кошелек, это клатч, – Белла вытащила из бардачка маленькую сумочку, сплошь расшитую стразами. – И почему ты называешь Зину мадам Брошкиной?

– А как ее еще называть? – Африкан тронул машину с места, выезжая с парковки Дома художника.

– Отвези меня в мастерские, – попросила Белла. – Столько работы…

– Кони сытые бьют копытами? – усмехнулся Африкан. – Никуда не убежит твоя работа.

– Африка-ан!

– Нет уж, со мной поедешь. Чтобы на твоих глазах все… Чтобы больше никаких сцен ревности и прочих глупостей!

– Да я не ревную, с чего ты взял… – засмеялась Белла.

– Это хорошо, – мрачно произнес Африкан, глядя на дорогу. – Мне никто не нужен. Только ты… Ох, черт! Подрезал меня, гад… яйца бы тебе… Шумахер хренов!

– Не ругайся, – быстро попросила Белла.

– Прости. Э-э… Так о чем я? Я эту Зину насквозь вижу. Она же нарочно свой кошелек у меня забыла! Чтобы повод был для новой встречи.

– Зачем? У нее же теперь жених есть, – напомнила Белла.

– Зина из тех людей, которые привыкли добивать своих противников. Наверняка притащит на эту встречу своего жениха! Думает, я ревновать стану…

– А ты подыграй.

– Делать мне нечего!

– Нет, ты подыграй… Пусть ее жених ревнует!

– Какая ты злючка… – засмеялся Африкан, потом резко нажал на тормоза. – Блин! Ну куда, куда ты прешь! Красный же!

Надо сказать, Африкану вождение давалось нелегко.

…Через полчаса Африкан с Беллой уже подъезжали к дому, где жила Зина.

– Вон она, у подъезда. И мужик рядом с ней. Я тебе говорил, она жениха своего притащит? Ох, как легко все просчитать драматургу…

– Иди уж, людовед и душелюб… Клатч возьми! Я тебя здесь подожду.

Африкан вылез из машины, а Белла осталась сидеть в салоне. Зина на самом деле была не одна – рядом с ней, спиной к Белле, стоял невысокий, субтильного сложения, мужчина. Лысоватый. Ничего особенного. Таких – сотни вокруг.

Африкан подошел к парочке, протянул Зине клатч. Женщина, в кокетливом розовом платье, босоножках на невероятной платформе (кажется, в народе подобную обувь называют «стрипками», от слова стриптиз, что ли?), принялась о чем-то возбужденно щебетать. Зачем-то заглянула в клатч, словно проверяя, не пропало ли что из содержимого…

Африкан покрутил пальцем у виска.

Зина толкнула локтем своего жениха.

Жених вздрогнул, подтянулся и произнес что-то, глядя прямо в лицо Африкану. Тот снова покрутил пальцем у виска. И зашагал обратно к своей машине.

Зина крикнула вслед Африкану нечто гневное (судя по выражению лица). Толкнула локтем жениха, тот обернулся и тоже открыл рот.

И в этот момент пришлось открыть рот и Белле.

Рядом с Зиной стоял Гена.

Гена, несостоявшийся жених Анжелы!

В первый момент девушка подумала, что она бредит. Правда, откуда тут мог взяться Гена? И вообще, надежды на случайную встречу с Геной у Беллы не было с самого начала… Она надеялась найти Гену с помощью милиции, детективного расследования (для того, собственно, и прилепилась к Африкану, обладающему многими связями), но о случайной встрече с Геной на улицах Москвы даже не мечтала.