Ученица Ледяного Стража - Ольга Дмитриева

— Запоминай, — сказал он. — Эти твари умеют сливаться со скалами и представляют опасность для адептов. Будет неплохо, если ты сможешь чуять их. Сможешь уберечь товарищей.

Я честно несколько минут простояла у решетки, прислушиваясь к себе, а затем двинулась дальше. Из соседней клетки доносилось пыхтение, но подходить к ней тоже не хотелось. Ледяной шагнул вперед и оглянулся на меня. Пришлось пересилить себя и встать рядом с ним.

На этот раз я не чувствовала опасности или страха. Только омерзение. Хотя существа, которые там обитали, выглядели совсем безобидными. Именно их нам показывали на уроках землеописания. Шестерка покрытых колючками иглоспинов возилась в клетке.

— Они ядовитые? — вспомнила я.

— Верно, — кивнул учитель. — Этот яд не смертелен, но вызывает проблемы с координацией и в некоторых случаях — помутнение сознания. Горцы разводят этих тварей, используют иглы как оружие.

Следующая клетка была пустой, и куратор двинулся дальше. Я пошла за ним. Но на середине пути чувство опасности впилось во внутренности раскаленной иглой. Я замерла, хватая ртом воздух и пытаясь понять, что происходит. Ледяной остановился у следующей клетки, из которой доносился сдавленный клекот и удовлетворенно произнес:

— Чувствуешь, значит. Что ж, это самое главное ощущение, которое тебе предстоит запомнить.

— Такое забудешь, — пробормотала я и подалась назад.

Но куратор поймал меня за локоть и покачал головой:

— Куда? Ты должна подойти и посмотреть.

— Может, не стоит? — попыталась увильнуть я.

Но вырваться из стальной хватки Ледяного не вышло.

— Он в клетке, а ты должна понимать, чего ждать.

Куратор настойчиво, но осторожно потянул меня к себе. На подгибающихся ногах я подошла к прутьям и начала рассматривать того, кто притаился за ними.

Из ярко освещенной клетки на меня смотрели золотистые птичьи глаза, полные ярости. Толстый кожаный намордник охватывал светлый загнутый клюв. На шее зверя и всех четырех лапах красовались кандалы, а огромные бурые крылья спеленала металлическая сетка.

— Грифон? — удивленно выдохнула я.

— Самый главный враг байлангов, — серьезно сказал Ледяной. — Одно из племен горцев дрессирует их, чтобы устраивать набеги на наши земли.

— Его я точно ни с кем не перепутаю, — пробормотала я.

Когда куратор выпустил мой локоть и повернул к выходу, я обрадовалась. В молчании мы прошли мимо похрапывающего слуги и вышли наружу. Теперь нас ждал плац и тренировка. К счастью, по итогам новых книг мне не выдали. И это уже меня порадовало. Так что усталая, но довольная, я отправилась в свою комнату. Предстояло сварить первую часть зелья для моей новой блистательной шутки.

К делу я подошла с вдохновением. Ингредиенты оказались отменного качества. Я несколько раз все перепроверила, но если Тира и оставила мне какой-то подвох, то я его не нашла. Даже не верилось, что девушка из местного высшего общества, подружка возможного наследника этих земель, оказалась честной.

Но забирать результат моего труда Хеймир пришел лично. В четверг после ужина я отправилась к озеру, для приличия прихватив самый толстый из учебников, выданных Ледяным. Даже полистала его на берегу, под фонарем, ожидая своего нанимателя.

Хеймир появился внезапно. С воздуха на берег плавно опустился байланг, на спине которого и сидел старшекурсник. Он спешился, а я отошла от фонаря и сунула книгу в сумку.

Хеймир приблизился и шепнул:

— Ну что, получилось?

Я кивнула, а затем выудила из сумки кусок мыла и торжественно вручила ему. Пока старшекурсник пристально разглядывал его, я достала пару пузырьков и начала объяснять:

— Это для отвода глаз, а этот — зелье избирательного внимания, чтобы не промахнулся. После него твой приятель возьмет только этот кусок мыла. Лишь бы не отвлекли…

— Об этом я позабочусь, — кивнул Хеймир и спрятал все в карман. — И какого эффекта ждать?

В глазах парня светились любопытство и азарт. Но я решила не портить ему удовольствие и нехорошо улыбнулась:

— Шутка будет блестящей и невинной. Ровно на два дня, так что преподаватели ничего не узнают. Если, разумеется, ты мне не соврал.

Хеймир кивнул:

— Не сомневайся. И подумай, что хочешь взамен. Танцы и место в ложе могу организовать.

Я иронично спросила:

— Чтобы Тира выдрала мне волосы? Думаешь, она переживет бал без тебя?

— А ее там не будет, — внезапно огорошил меня Хеймир. — И ей плевать, с кем я танцую. А вот на соревнования она поедет со мной. Вы не поладили?

Я неопределенно пожала плечами:

— Почему… Интересно было. Мне тут за мнимое внимание к одному из одногруппников уже синьку в шампунь налили. Ждала чего-то подобного от твоей подруги.

— Тира выше этого, — заверил меня Хеймир. — И во мне уверена. Так что думай, чего хочешь взамен. И удачи за Ржавым пиком.

С этими словами он вскочил на байланга. Зоркий взмахнул крыльями и вознес его в небо. Я проводила их взглядом, накинула капюшон и направилась к своему домику.

За Ржавый пик я на этот раз не собиралась. Ледяной не дал мне никаких указаний. Но я точно знала, что отец прислал ему письмо с просьбой отпустить меня на бал. А значит, завтра я снова появлюсь в высшем свете Запада. После своего позора…

Но самое неприятное, что вокруг меня наверняка будет виться Гольдберг.

И в этот момент мне в голову пришла идея. Я обдумывала ее всю дорогу до своего домика. Нарываться на неприятности не хотелось. Но стоило мне перешагнуть порог своей комнаты, как руки сами потянулись к чемодану с зельями.

Друзья, предлагаю обратить внимание на увлекательную новинку Лесаны Мун «Королева? Я против!»

Я избрана Королевой Огня. Радость и почётный титул? Как бы не так! Уже много лет этих избранниц забирают во дворец и с тех пор о них никто ничего не слышал. А я мечтаю открыть свое дело и не хочу отказываться от планов! Выход один — собрать вещички и бежать. Что? За мной послан маг с особыми даром? Ничего, и не таких обламывали!

Глава 20

Решение куратора

Вестейн

В библиотеке царила тишина. Вестейн откинулся на спинку стула и отложил в сторону перо. Он мрачно смотрел на два лежащих перед ним листа бумаги. Нужно подписать один из них. И даже понятно какой. Но так не хотелось…

Куратор еще раз пробежал глазами по документам. Первый гласил:

«Я, Вестейн Ааберг, куратор Лунной