Императорский отбор, Или его строптивое счастье - 2 - Наталья Самсонова

– Капитан, – позвал Даррен после недолгого молчания, – переведите господина Колтрейна в башню, в свободные покои. Ваши слова будут проверены, Ирвин Колтрейн. Можете ли вы что-то добавить? Может ли кто-то подтвердить ваши слова?

Ирвин на мгновение прикрыл глаза, затем, сосредоточившись, принялся четко и быстро говорить:

– В моей спальне, под ковром, должны быть листы с инструкциями. Тот, кто перехватил мою руку, писал своим почерком, не моим. В кабинете, за секретером, лежит копия моего соглашения с главой гильдии артефакторов. Оригинал должен находиться у Лорранта. Лия Анчер, Торвальд Вергин и Хлоя Риваль присутствовали при отборе и оценке трав. А это… Это обрывок нити. Я все это время поддерживал в ней магию, чтобы сохранить изначальное колдовское плетение.

В пальцах Колтрейна был зажат обрывок нити. Судя по его словам – той самой, что управляла им.

– Милли не могла сопротивляться, но после распылила кольцо, – медленно произнесла Хестер. – Значит ли это, что наш враг не так силен?

Даррен покачал головой и ничего не ответил. Он был занят – быстро и сосредоточено зачаровывал простой холщовый мешочек.

– Кладите нить сюда, Ирвин. – Дракон подошел к пленнику вплотную.

– Вы нарушаете правила темницы, – доверительно сообщил ему Колтрейн, – подходя к пленнику вплотную, вы подвергаете свою жизнь риску.

– Я похожу не к пленнику, – спокойно поправил его Даррен, – а к одному из своих надежных воинов. У вас будет шанс отомстить за смерть брата, Ирвин Колтрейн. А пока…

Обернувшись, дракон посмотрел на любимую.

– Полагаешь, им стоит встретиться?

– Леди Милида Ревир проделала долгий путь, чтобы увидеть вас. – Хестер посмотрела на Колтрейна. – Она даже ворвалась в личный императорский кабинет ради того, чтобы узнать, как вас зовут.

Тут леди Аргеланд лукавила, но… Это же не было откровенной ложью, верно?

– Так неужели вы откажете ей во встрече?

В этот момент открылась дверь и в переговорную вошел комендант. Он нес связку ключей, а из-за его плеча виднелась макушка леди Ревир.

– Юная леди предложила мне свою помощь, – ровно проговорил Ансельм Виссари, – и я не нашел причин для отказа.

В руках Милли держала поднос, на котором покоились устрашающего вида крючья, на каждом из которых имелся оттиск с порядковым номером.

– Душа моя, – потрясенно выдохнул Ирвин Колтрейн, – моя нареченная судьба…

Фигура Колтрейна засветилась неярким золотистым светом.

«Никогда не видела высвобождения магии из Печати Истинных, – с затаенным восторгом подумала Хестер. – Даррен не светился».

– Ой, мамочки, – пискнула Милли. – Ч-что это? Мне жарко…

Колтрейн обмяк, а комендант, что вовремя успел забрать поднос с крючьями, проворчал:

– Не перевелись еще благородные мужчины. Вы, юная леди, теперь станете гораздо сильней и проживете дольше обыденного: вся накопленная сила Печати в вас ушла.

– А? Я смогу колдовать? Мой дар просто настолько слаб, что его даже развивать бессмысленно было, – Милли глуповато улыбалась, – а сейчас внутри как будто печка. Жаром так и пышет, будто огонь по венам бежит.

Хестер бросила осторожный взгляд на любимого, и вовремя: она успела заметить тень, скользнувшую по его лицу.

– Мне довольно моих сил, – тихо сказала она. – А если бы ради твоего зрения пришлось отказаться от всей моей магии… Я бы не пожалела.

– Хестер…

– Твоя. А ты – мой. У них будет своя история, свои трудности, – леди Аргеланд прижалась к Даррену, – взлеты и падения. А у нас – своя.

Прижимаясь друг к другу, императорская чета смотрела, как Милли помогает коменданту снимать цепи с Ирвина. Как Ирвин не сводит влюбленного взгляда с лица своей нареченной.

– Ты можешь остаться с ним, – сказала вдруг Хестер. – Если есть вторые покои в башне. И если нет – тоже можешь остаться.

– Ага, – подбоченилась тут же леди Ревир, – и бросить тебя одну? Мы на некроса вдвоем ходили, а чуть что-то хорошее случилось – так я сразу в сторону, что ли? Нет уж, твое императорское величество. Я дождусь своего счастья рядом с тобой.

Ирвин, онемев от удивления, переводил взгляд с Императрицы на свою суженую и обратно.

– Леди Милида Ревир – моя ближайшая и бесценнейшая подруга, – спокойно проговорила леди Аргеланд. – И потому за ее слезы я спрошу втройне.

– Никогда, – пылко ответил Ирвин, – и не потому, что я напуган. Хотя устрашать вы умеете, Ваше Императорское Величество.

– К вам прибудет целитель, Ирвин Колтрейн, – проговорил Даррен. – Когда ваши слова будут подтверждены, в чем я нисколько не сомневаюсь, у вас будет мало времени: боюсь, что нарыв вот-вот рванет.

– Я хочу быть как можно ближе к взрыву, – с затаенной яростью проговорил Ирвин.

– Все там будем, – кивнула Милли.

И, присев в реверансе, выскользнула в коридор.

– Милли? – обеспокоенно позвала Хестер.

А из коридора сквозь плохо притворенную дверь донеслось чье-то потрясенное ругательство.

– Даррен, мы подождем тебя там, – быстро проговорила леди Аргеланд и распахнула дверь.

После чего мягко рассмеялась и, полуобернувшись, бросила:

– Все в порядке, просто первый выброс магии.

Стены коридора пробрели интересную изумрудно-золотую окраску. Сама Милли сидела на колченогом стуле, а вокруг нее суетилось несколько стражей:

– Леди обессилела, Ваше Императорское Величество.

– По прибытии в замок ее осмотрит врач, – пообещала Хестер и обратилась к подруге: – Как ты?

– Легче, не так горячо, – прошептала Милли. – Это что, я теперь в школу пойду?

– Дервен решит, – отозвалась леди Аргеланд. – Зато отрез холодного кружева теперь твой.

Леди Ревир сначала нахмурилась, а потом захихикала:

– Точно. Надо будет съездить к бабушке, обрадовать ее.

Стражи помогли Милли добраться до кареты, где она тут же уснула. Не желая будить подругу, Хестер попросила капитана стражи пронести леди Ревир сквозь портал. И там, уже в Старшем дворце, ее передали Дервену.

– Я никогда не наблюдал такого, – честно проговорил он. – Но, вспоминая научный трактат, могу сказать, что формирование дополнительных энергетических линий идет правильно.

Леди Аргеланд кивнула и тихо добавила:

– Я приду ее проведать. Вы считаете, ей стоит отправиться в академию магии?

– Думаю, нет, – честно ответил целитель.