Дикий кoт - Бeлла Мэттьюз

До конца первой четверти в ложе оказалось полно народу. Семья Эверли большая. И в ней много футболистов. Два ее дяди играли за «Мэриленд», пока не ушли на пенсию. Ее крестный отец играл за «Королей». А еще один дядя — бывший «морской котик»[xxvii], который предупредил меня, что ему не нужен Сэм Беневенти, чтобы убить меня, если причиню вред Эверли. Он знал сто тридцать один способ убить человека и избавиться от тела, не будучи пойманным.

В конце концов я сдался и спросил Сэма, который является отцом Мэддокса, почему все используют его в качестве угрозы.

Мэддокс рассмеялся, прежде чем отец дал ему подзатыльник.

— Это связано с работой, — говорит он и уходит.

— А в чем заключается его работа? — спрашиваю Мэддокса.

— Утилизация отходов, — говорит он с невозмутимым лицом и следует за отцом.

Подождите… что…?

Керриган подбегает и вскидывает руки вверх, пока я ее не подхватываю.

— Папочка… почти закончилось?

— Скоро, детка, — отвечаю ей и целую в макушку.

— Привет, маленькая леди, — говорит брат Эверли, Лео, двигаясь рядом с нами. — Тебе весело на твоей первой игре?

Она кивает головой, и два пучка, которые Беллами сделала для нее, покачиваются при этом движении.

— А как насчет тебя, парень? Ты любишь футбол?

Лео напоминает мне Ареса. Он высокий, худощавый, но мускулистый. Эверли упоминала, что он хоккеист в Кройдонском университете, и я это вижу.

— В смысле, это не хоккей, но неплохо, — говорю ему.

Он отхлебывает пиво и смотрит, как Каллен отлично справляется с поимкой мяча.

— Ага, я с тобой. Почти уверен, что папа плакал, когда у него вместо звезд футбола оказалось три хоккеиста.

— Да. Я могу это понять.

— Мне до сих пор не по себе от того, что я сказал девочкам несколько недель назад. Это действительно прозвучало неправильно. Очень здорово, что Эверли привела тебя в семью. Особенно всю семью. Я был знаком только с одним парнем, с которым она встречалась, и то потому, что я играл с ним в хоккей, а не потому, что она привела его в семью.

У меня в голове срабатывают тревожные звоночки. Наверное, мне не стоит спрашивать, но я, черт возьми, должен это сделать.

— Да? Ты играл с ним в школе или колледже? — внутри я молюсь, чтобы Лео сказал «в школе». Он всего на два года младше Эверли. Это могла быть старшая школа.

— В колледже. Кит был в команде КУxxviii до того, как «Питтсбург» задрафтовал его.

Лео аплодирует, когда «Короли» забивают, а моя голова словно раскалывается на две части. Но это не из-за гребаного сотрясения мозга.

— Кит… — Кит, которого «Питтсбург» задрафтовал два года назад. — Кит, мать его, Долан?

Вы должно быть издеваетесь надо мной.

— Да, чувак, но серьезно, не парься. Он хорош, но он не ты. И, как я уже сказал, она даже не познакомила его с мамой и папой. Это, наверное, одно из тех девчачьих испытаний, да?

Лео продолжает говорить, но чертова аэродинамическая труба в моей голове заглушает его.

Теперь я знаю, почему хоккей для нее — проблема.

Кит, мать его, Долан был выбран в первом раунде драфта в тот год, когда они выпустились.

И я, блять, собираюсь его убить.

Когда Кросс сказал мне, что его пригласили на ужин, я должна была догадаться, что моя мама пригласит всю семью. И под всей семьей я подразумеваю всех. Тети, дяди, кузены. Все они здесь, и все они шумные, а Керриган не отходит от моего бедра с тех пор, как мы вошли в дверь, и она посмотрела на меня своими большими ошеломленными глазами.

— Прости, — шепчу я Кроссу на ухо. Он был странно тихим, даже для него, с тех пор как мы приехали. — Мы можем уйти, как только ты будешь готов.

— Все в порядке, — это все, что получаю в ответ, прежде чем он уходит, оставляя меня гадать, что, черт возьми, произошло между этим утром и нынешним моментом.

— Привет, — Грейс задевает меня бедром. — Что происходит между тобой и…

Она смотрит на Керриган, потом на Кросса, который разговаривает с Калленом и Мэддоксом.

Я пожимаю плечами.

— Без понятия. На игре все было в порядке?

— Насколько я видела, — Грейси хватает Лео и Хендрикса, когда они проходят мимо. — Что-нибудь случилось с…

Грейси кивает в сторону Кросса, не желая произносить его имя в присутствии Керриган.

— У нее припадок? — Хендрикс спрашивает Лео.

— Это новое танцевальное движение или что-то в этом роде, Грейси? — спрашивает Лео, и я уверена, что этот тупица говорит серьезно.

Качаю головой.

— Вы двое отвратительны.

— Неважно, — Хендрикс протягивает руки к Керриган. — Привет, девочка Керри. Хочешь поиграть со мной на качелях?

Керриган смотрит на меня, как будто хочет получить мое одобрение, и я улыбаюсь ей в ответ, когда вижу на улице нескольких своих маленьких кузенов.

— Не дай пострадать ни одному волоску на ее голове, или я тебя кастрирую, — шепчу брату и перекладываю Керриган со своего бедра на его.

— Всегда такая жестокая, Злобный Близнец.

Я чешу нос средним пальцем, пока он уходит, и удивляюсь, почему кто-то доверяет нам своих детей, когда мы сами иногда ведем себя как дети-переростки.

Как только он уходит, Грейс пихает Лео к книжному шкафу.

— Выкладывай, суперзвезда.

— Оу… Я ведь суперзвезда, правда? — он широко улыбается, и мне кажется, что я его убью.

— Заткнись, Лео. Это просто хорошо звучало. А теперь расскажи нам, не случилось ли чего-нибудь во время сегодняшней игры. Ты больше всех был с Кроссом.

Грейс пробует себя в искусстве допроса, но у нее ничего не получается. Это больше похоже на то, как божья коровка кричит на таракана. Не совсем эффективно, но забавно наблюдать.

— Ничего такого, что я бы видел. Мы говорили о футболе и хоккее. И о том, что Эверли никогда не приводила Кита в семью, — Лео улыбается, и у меня сводит желудок. — О, и он хотел узнать, чем, черт возьми, на самом деле занимается дядя Сэм. Знаешь, я до сих пор не знаю, как на это ответить. Мы же не можем сказать, что он Крестный отец.

— Лео. Заткнись, — шепчу я, положив руку ему на грудь. — Ты сказал о Ките. Вернись туда.

— Да, Кит. А что?

Каждый волосок на моем теле встает дыбом.

— Почему вы говорили о Ките?

— Я просто сказал ему, что ты никогда не приводила его сюда. Что Кросс — единственный парень, которому ты доверила семью. В общем, то же самое, что говорил