Я буду твоими глазами - Александра Неярова

– Покажите нам путь до избушки хозяйки лесной.

Рыжули кивнули мордочками и, взмахнув пушистыми хвостиками, поскакали по ветвям, не забыв прихватить свою добычу с собой. Верее с Яробором оставалось только поспевать за ними по заснеженной тропке, а ежели сильно отставали, то белки останавливались и ждали.

Так вскоре и добрались до нужного места.

Зверьки вывели на лужайку, по которой тёплыми лучами гуляло ласковое солнышко. Ели, словно задумавшись, стояли кругом, повсюду были натоптаны мелкие следы.

В самом центре располагалась добротная избушка с покосившимся забором, на брёвнах которого висели чугунки. Чёрный кот возле крыльца сидел, лапки после славной охоты зализывал.

А по порогу девица красивая русокосая в белой рубахе и изумрудной поневе метлой махала, выметала зло.

(Ну представте, что на картинке зима)

– Мяу! Яви-ились наконец заплутавшие гости, – протянул кот, завидев пришлых. Пробежал по снежку к избе и к хозяйке под ноги прыгнул, заластился.

Ягиня на гостей пристальный взгляд подняла. Верея с Яробором ближе подошли.

– Здрава будь, Ягинюшка, – произнесла светлокосая девица.

– Здрава будь, премудрая, – проговорил княжич. Поклонились оба в пояс, выказывая уважение.

– И вы здравы будьте, гости, – кивнула хозяйка.

– Нелегко к тебе было добраться. Благодарим за помощь в нужный час, – продолжила Верея. – Сами бы не сумели справиться.

– Полно тебе. «Наша» ты, а я своих в беде не бросаю, – по-доброму улыбнулась Ягиня, имея ввиду, что она из рода вед и волхвиц. – Поди устали с пути, замёрзли, да проголодались. Заходите. Банька у меня натоплена, жаром вся пышет, отогреете косточки.

Верея огляделась по сторонам, никакой бани не видать, избушка одна маленькая на поляне среди ёлок стоит.

На что хозяйка леса шире улыбнулась, прислонив к бревенчатой стене метлу, хлопнула в ладоши. Тут же изба перед ними закряхтела, как живая, замахала приветливо раскрытыми ставнями, и за несколько мгновений на её месте вырос большой добротный терем с разными наличниками на оконцах, а рядом появились и банька, и конюшня, и другие хлевные постройки.

Теперь язык не поворачивался назвать дом Ягини простой избушкой.

Вместо бычьего пузыря в тереме окна из стекла стояли – дорогая работа заморских мастеров. Староста Горян сказывал, что видал такое в городищах на княжьих хоромах.

– Ну, проходите в терем, чего застыли? – махнула рукой на входную дверь хозяйка. – Я пока ждала вас, пирогов с мясом и сушеными яблоками напекла. Попаритесь, а за обедом мне поведаете, зачем пожаловали.

Так и порешили.

Взяв в доме чистую одежду, крепко сжимая руку Яробора, отогнав стыд перед Ягиней, Верея повела воеводу по притоптанному снегу к банной постройке. Кто кроме неё ему искупаться поможет? Да и премудрая ведающая про них итак всё знает.

Банька у гостеприимной хозяйки хороша оказалась! Стоило дверь открыть, как пар в лицо кинулся. Они быстро разделись в предбаннике и шагнули к полокам.

– Не угоришь, голубка? – привлёк её княжич к груди, обнимая нежно хрупкий девий стан и целуя покатое плечо.

– Не угорю, привычная я, – отозвалась Верея, – ложись лучше, а я березовый веник запарю.

Яробор забрался повыше, она выбрала полок пониже. Густой пар по стенам и потолку бани растекался, клубился. Пока лежали, грелись и дышали горячим паром, Верея украдкой наблюдала за молодцем, перекатывались мускулы под его кожей, когда он ворочался с боку на бок на жёстких досках, как напрягались его сильные руки при этом. Хорошо был сложен богатырь.

Опосля ополоснулись и в очерёд веником целебным по разгорячённым телесам с головы до пят друг друга прошлись, похлопывали, опахивали в щекотке.

В какой-то миг Верея ощутила вместо горячих листьев руки воеводы на своей коже. Он коснулся губами лопаток, изгиба плеча, на шее задержался, а тело в сладкой истоме свело.

И оба разом вымученно вздохнули, разумея, что ни до милования им нынче, не в том месте находятся и время не то. Да и дух банника тревожить и злить не хотелось.

Домылись в молчании, вытерлись и обратно в предбанник перебрались одеваться.

На подходе к крыльцу поджидал их Баюн. Чернявый дремал на досках порога, подставив бок солнечным лучам и свесив в снег хвост.

На брёвнах терема Верея углядела обережные знаки. Хоромины Ягини были крепостью, держались на заговорах и магических знаках, кругом оплетавших двор, они золотились на ясно солнышке, отпугивали нечисть и прогоняли незваных гостей прочь.

К Ягине хожи были лишь те, кого ведунья сама пускала.

Заслышав шаги гостей, кот приоткрыл один янтарный глаз, следом второй и промурлыкал:

– Давеча, девица, сокол твой прилетал, вещицы ваши притащил.

– Зорко! – обрадовалась Верея, что верный друг и помощник умудрился найти ход сюда через дупло дуба. – А сам то он где?

– Хозяйка с наказом отправила, воротиться должен к вечерней зоре. – Что за наказ не сказал. – В хоромины ступайте, Ягинюшка велела.

В кухонной клети она уже на стол накрыла. Самые вкусные яства поставила: наваристую мясную похлебку со свежими лепешками. Пироги на куски порезала, и свежий сбитень по чаркам разлила.

Трапезничали в молчании, а потом Верея разговор завела:

– Пришли мы к тебе, премудрая, помощи просить в снятии колдовства чёрного. – Яробор поведал, как прокляли его, лишив зрения. – У меня самой развеять злые чары не вышло, умений и силы заговоров не хватает.

– Молода ты ещё, ведовская сила в крови твоей только расцветает. Помочь ей надобно окрепнуть и тогда всё получится.

– Как? – встрепенулась Верея на лавке, поднимая на хозяйку леса взгляд полный надежды. – Как помочь?

– Знамо как, – хитро улыбнулась Ягиня.

Яблоко в руки взяла, ножом разрезала да семечко достала, на блюдце то плоское положила. А сама сходила в сени и небольшой мешок земли заготовленной принесла.

– Смотрите, – бросила на хмурого княжича острый взгляд. Он не увидел, но прочувствовал, словно премудрая его по носу щёлкнула. – И слушайте внимательно.

Высыпала на семя из мешка горсть землицы. Ковш водицы набрала и снова за стол перед гостями уселась.

– Матушка-земля силой невиданной обладает, но прорастить семечко яблони не каждый сможет. Три нераздельных составляющих требуется: первое водица животворящая, второе солнца тёплый свет, – Ягиня полила на насыпь тонкой струйкой