Подонки «Найди и возьми» - Кейт Блейз

— Продолжай! — рявкнул отец, снова толкая Лив дулом в плечо. — Пусть знает всю подноготную!

Лив встретилась взглядом с Хантером. Пальцы сами потянулись к пистолету за поясом — рефлекс, от которого он едва сдержался, заставил себя разжать кулак. Нет, не сейчас.

— Я не хотела себя раскрывать, — прошептала она, и шёпот этот был громче крика. — Но в столовой... когда ты вёл себя как последний ублюдок... я вспомнила того урода из школы. И не сдержалась. Я понимала, что за это придётся платить. И ты сделал это ужасным способом.

Хантер сжал челюсть до хруста. На скулах заходили желваки.

— После этого мне никто не помог. Даже твой отец. Знаешь, что он мне сказал? — Лив горько усмехнулась. — «Бывает, мальчик выпустил пар». И закрыл все наши долги. — Она перевела дрожащее дыхание. — А когда я не взяла деньги у адвоката, он злился. Но я не могла. У меня остались только осколки гордости. Взять их ради молчания... это убило бы меня. А ты и так меня уже почти добил.

Повисла тишина. Только капли где-то в глубине склада отсчитывали секунды. Хантер смотрел на неё, и внутри что-то надламывалось.

— Это всё была игра? — тихо спросил он. Голос сел, пришлось откашляться. — Я чувствовал, что тебя тянет ко мне.

Лив покачала головой. Она попыталась вытереть лицо плечом, но связанные руки мешали.

— После благотворительного вечера я увидела в тебе не подонка... а обиженного судьбой мальчика. Я оборвала все связи с анонимом. Надеялась, что ты отстанешь. — Она замолчала, собираясь с силами. — Но потом... убийство в клубе. Я поняла: если ты узнаешь, что я сливала информацию, ты убьёшь меня сразу. И не только за то, что я видела. За то, что я передавала.

Она перевела дыхание.

— Тогда я решила дать тебе то, что ты хочешь. Надеялась, что ты смягчишься. А потом... та ночь в комнате...

Она запнулась, посмотрела на него с нежностью, от которой у Хантера перехватило дыхание. В глазах защипало, он моргнул, прогоняя наваждение.

— Я увидела тебя настоящего. Не того, кого все хотят видеть. А настоящего. — Голос её дрожал. — И я так не хотела, чтобы ты ехал со мной к моим родным. Потому что знала: это заставит лёд тронуться. Хотя я уже запуталась, когда он вообще тронулся...

Она выдавила жалкий смешок.

Отец слушал, довольно ухмыляясь. Он убрал пистолет от её виска, но продолжал держать за волосы.

— Вот видишь, сынок? Она тебя не достойна.

Резким движением он отшвырнул Лив в сторону. Она с глухим стоном ударилась об пол, скрутилась, пытаясь смягчить падение связанными руками.

— Нет! — Хантер выставил руку, останавливая его.

Отец усмехнулся, поправил пиджак.

— Моё отношение к тебе не изменилось, — Хантер шагнул к нему, и в этом шаге чувствовалась такая решимость, что отец на мгновение опешил. — Ты правда думаешь, что я сейчас буду стоять и смотреть на это дерьмо?

Отец быстро вскинул пистолет, снова направляя на Лив. Она замерла на полу, глядя на него снизу вверх.

— Тогда она сдохнет прямо сейчас. Тебе же всё равно на эту маленькую грязную сучку?

Хантер замер. Посмотрел на отца, на пистолет, на Лив. И вдруг засмеялся — хрипло, страшно, и смех этот перешёл в кашель. Он смотрел на неё, и впервые за всё время видел её не жертвой, не добычей, не игрушкой. Равной. Той, кто обыграла его вчистую.

— Ну ты и идиот, — выдохнул он, обращаясь к отцу, и в голосе его звучало странное восхищение. — Боже, Лив, ты прекрасна! Я думал, что ты моя добыча, а я охотник. А оказалось куда интересней. Ты равна мне. Я восхищён! Никто ещё так не обыгрывал меня. Браво!

Он захлопал в ладоши. Звук хлопков разнёсся под сводами, отражаясь от стен. Лицо отца вытянулось — он явно ожидал другого развития событий. Ниточки, которые он так долго плёл, рассыпались в прах.

Лив смотрела на Хантера в неверии. В её глазах мелькнуло что-то — надежда? Или страх, что это очередная игра? Она приподнялась на локтях, пристально глядя на него.

Замешательство отца длилось секунду. Но Лив поняла: это её шанс. Мгновение — тело сработало быстрее разума. Рванула вперёд, вкладывая в удар весь вес, всё отчаяние, всю ненависть, что копилась годами. Ноги врезались в колени отца, и он рухнул, как подкошенный, — на его лице застыло удивление. Эта сука посмела?

Пистолет вылетел из руки, заскользил по бетону. Отец попытался вскочить, но Лив, уже в исступлении, ударила его ещё раз — ногой в лицо. Хруст, кровь.

Грохнули три выстрела — оглушительно, до звона в ушах. Лив зажмурилась, вжалась в пол, чувствуя, как вибрация проходит сквозь тело. Тишина, наступившая после, казалась громче выстрелов. Она боялась открыть глаза. Боялась увидеть...

Когда всё же решилась, отец лежал на спине, на лбу — аккуратное пулевое отверстие. Кровь медленно растекалась по бетону лужей, тёмной, почти чёрной в тусклом свете. Лив перевела дыхание, пытаясь понять, жива ли она.

Из темноты вышли Кейн и Рид — стволы их пистолетов дымились.

— Вовремя мы, — Кейн убрал пистолет, глянул на труп. — Норм.

Рид молча кивнул, переводя дыхание. Он посмотрел на Лив, потом на Хантера.

Следом, бесшумно ступая, появился Нокс. Катана в его руке оставалась чистой — он не успел применить её здесь, но на лезвии запеклась кровь охранников, напоминая о том, что произошло снаружи. Он замер в тени, наблюдая.

Лив перевела взгляд на Хантера. Тот стоял неподвижно, глядя на тело отца, потом медленно поднял глаза на неё. В его взгляде отсутствовало торжество — только усталость и что-то новое, чему она пока не находила названия.

В её глазах застыл немой вопрос. Ниточки оборваны. Остались только люди, оружие и тишина, которую предстояло заполнить ответами.

Глава 36. Выбор

— Мы всё слышали, — сказал Рид, убирая пистолет. — Я же говорил: она будет проблемой.

Кейн хмыкнул и повернулся к Ноксу:

— Ты вообще ассасин какой-то. Там снаружи шесть трупов, и никто даже не пикнул.

Нокс промолчал, убирая катану