Дом подруги - Виктория Клейтон

Назавтра, в четверг, мы с Мин после обеда уложили три кекса в коробку, добавили к ней еще шесть, вместе с булочками сунули в багажник «лендровера» и покатили к деревне. Зал, где должна была состояться распродажа, выглядел, на мой взгляд, отвратительно — унылое здание из красного кирпича, изнутри выкрашенное травянисто-зеленой краской. Там где она облупилась, красовались уродливые проплешины. Увидев нас на пороге, миссис Экклс отделилась от толпы и направилась в нашу сторону.

— Добрый день. Должно быть, вы подруга миссис Вестон? Наслышана о вас.

Привезенные нами булочки и кексы женщины встретили восторженным аханьем и тут же отвели им почетное место. Я улыбнулась про себя, решив, что Мин напрасно расстраивается. В глазах присутствующих она явно оставалась владелицей самого большого дома в округе, а стало быть, персоной «номер один». Нас с Мин назначили ответственными за «Соревнование вешалок» — оригинальное шоу, во время которого участницы его состязались между собой, кому за одну минуту удастся развесить наибольшее количество вешалок с платьями. Победительницу ждал великолепный приз — огромная коробка пудры Роз-дю-Буа и соль для ванн.

Мин стала победительницей в конкурсе «Угадай-сколько-весит-пирог». Если честно, то ей просто повезло. С такой же степенью вероятности можно было с первого взгляда угадать вес новорожденного гиппопотама. Не утерпев, я купила чайник в виде белого слоненка, с первого взгляда угадав сподовский фарфор. К тому же он оказался до смешного дешевым. Можно было надеяться, что он не станет протекать, как тот, которым мы пользовались в настоящее время. Мин, послонявшись возле прилавка с рукоделиями, купила очаровательное саше для носовых платков — розовое, все в кружевах и фестончиках.

— У меня просто не было другого выхода, — оправдывалась она, пока мы ехали домой.

После чая мы принялись наперебой рассказывать Роберту о своих успехах, представляя в лицах, как все было, пока он не принялся хохотать.

В воскресенье мы все поднялись довольно поздно. Когда я спустилась вниз, дети уже успели позавтракать хлопьями. Я увидела в окно, как они выскочили во двор, прихватив с собой ведра и метлы. Накануне вечером мы договорились, что в выходные они уберут вокруг лодочного сарая весь мусор, палую листву и все остальное, чтобы можно было, не откладывая, начать приводить его в порядок. Честно говоря, я не рассчитывала, что их хватит надолго.

Поэтому я, признаться, была приятно удивлена, когда через пару часов они позвали меня полюбоваться результатами своих трудов. Вильям сгреб в огромную кучу все прошлогодние листья, а Элли вымыла в сарае пол и протерла окна. Пока Элли бегала домой за хлебом для уток, я решила измерить окна. Их тоже следовало покрасить. Я принялась высчитывать, сколько понадобится краски, когда услышала пронзительный вопль Элли.

Она кричала так, что карандаш выпал у меня из рук. Забыв о нем, я пулей вылетела из сарая. И сразу увидела ее. Девочка бросилась ко мне бегом, рот ее был широко открыт, по лицу горохом катились слезы.

— Он их утопил! Он все-таки утопил их! Котяток Бути! — Видимо, у нее перехватило горло, потому что она даже не могла говорить и только судорожно всхлипывала.

Я так разозлилась, что к дому неслась вихрем. Вдруг из-за угла амбара, толкая перед собой подаренную мной накануне тачку, появился Джордж Прайк собственной персоной. Обезумев от ненависти, я кинулась к нему, сжав кулаки.

— Так вы все-таки сделали это! Я ведь велела вам не трогать их! Какая жестокость! Какая подлость! Просто невероятно! Как у вас только рука поднялась сделать это?!

Джордж, облизнув губы, коротко хохотнул:

— Я делаю то, что велит мистер Вестон. Не хватало еще, чтобы какая-то баба мне указывала!

— Ах, так? В таком случае я забираю тачку!

Схватившись за ручки, я дернула тачку к себе.

— Ну, уж нет! — завопил Джордж, в свою очередь дернув ее к себе. — Попробуйте только! Она моя!

Мы орали, как сумасшедшие, дергая в разные стороны тачку.

— Проклятый ублюдок! — завопила я, вне себя от ярости. Слезы брызнули у меня из глаз и потекли по лицу.

Горло у меня сдавило судорогой. Тут чьи-то руки крепко обхватили меня, и я услышала, как голос Роберта прошептал мне на ухо:

— Все в порядке, Дэйзи. Все в порядке. Никто не топил ваших котят. Пойдемте со мной. Успокойтесь же. И ты, Элли, тоже. И оставьте вы эту тачку.

Открыв от изумления рот, я уставилась на Роберта во все глаза.

— Кошка сама перетащила их, — продолжал Роберт, погладив Элли по голове. — Я собственными глазами видел, как она одного за другим перетаскивала их в старый коровник. Пойдемте, я вам покажу. Сами убедитесь, что с ними ничего не случилось.

Мы молча зашлепали вслед за Робертом в заброшенный коровник. Там, в ворохе старой соломы, лежала Бути, безмятежно вылизывая своих драгоценных котят. Услышав наши шаги, она подняла голову и коротко мяукнула, узнав Элли. Все еще плача, девочка рухнула на колени перед кошкой и принялась осыпать ее поцелуями. Роберт молча улыбнулся.

— Я вела себя как полная идиотка, — вздохнула я, отводя глаза в сторону. — Наверное, мне следует извиниться перед Джорджем. Но почему он сказал, что утопил их?!

— На этот счет можете не волноваться. Честно говоря, я бы сам страшно переживал, если бы он утопил котят. А что до Джорджа… мне кажется, что такие вещи просто доставляют ему удовольствие.

Он вышел из коровника, а мы, усевшись возле кормушки, еще долго гладили и ласкали Бути. Немного позже я отыскала Джорджа Прайка возле компостной кучи. Увидев меня, он воткнул в нее вилы и, скрестив руки на груди, нагло ухмыльнулся.

— Я должна извиниться перед вами, мистер Прайк, — процедила я сквозь зубы, чувствуя, как у меня буквально руки чешутся дать ему кулаком в нос, чтобы стереть эту мерзкую ухмылку. — Я вышла из себя и…

— В следующий раз лучше бы вам убедиться своими глазами, прежде чем обзываться такими-то словами! — прищурившись, просипел он.

Джордж медленно облизнул языком губы. В его глазах вспыхнул дьявольский огонек.

И вдруг он вытянул вперед руки. Каким-то чудом вывернувшись, я бегом кинулась к дому. Роберт был на кухне, они о чем-то болтали с Элли. Естественно, он не мог не заметить, что я в бешенстве. И к тому же дышу, как паровоз, только что втащивший на гору целый состав.

— Что случилось? Снова поругались с этим типом?