Неукротимый граф - Валери Боумен

– Да, в прошлый раз он был явно не в восторге. Собираешься вечно от него прятаться?

– Я вовсе не прячусь, просто…

– Избегаешь его?

– Вот именно. Так мне легче. Где бы ни появлялся Кейд, – он всюду навлекает на свою голову неприятности. А мне неприятности не нужны, особенно – перед свадьбой.

– Да, понимаю, – кивнул Оуэн.

– Давай сыграем еще, – предложил Кавендиш. – А потом… Видишь ли, я обещал Дафне встретиться с ней на балу у Хаверфордов. К сожалению, до свадьбы мы с ней не можем видеться слишком часто.

Оуэн снова фыркнул.

– Бал у Хаверфордов? Сборище дебютанток!..

– Да, верно. – Кавендиш посмотрел на приятеля поверх своих карт. – Леди Александра наверняка тоже там будет.

Оуэн гневно уставился на приятеля.

– Думаешь, меня это интересует?

Кавендиш широко улыбнулся.

– Совершенно верно. Именно так я и думаю.

– Ты ошибаешься.

– Значит, ты не хочешь поехать со мной?

Оуэн швырнул карты на стол.

– Черт бы тебя побрал, Кавендиш! Вызывай экипаж!

Спустя полчаса экипаж виконта остановился перед домом Хаверфордов. Оуэн не стал дожидаться, когда о его прибытии объявят должным образом – оставив Кавендиша, завидевшего Дафну Свифт, он тотчас же прошел в бальный зал, где его со всех сторон стали окликать знакомые.

– Рады видеть вас, Монро!

– Удивлен, что вы приехали, Монро.

– Полюбили балы, Монро?

Однако Оуэн не удостаивал эти возгласы вниманием. Будучи почти на целую голову выше всех остальных мужчин, он окинул взглядом зал в поисках еще одного столь же высокого джентльмена. Ведь рядом с лордом Беркли наверняка находилась Алекс… Но сначала Оуэн заметил собственную сестру. Кэсси стояла в небольшой компании друзей, среди которых были Люси, Джейн Апплтон, Беркли и… Алекс. Да, Алекс была здесь – прекрасная и очаровательная в голубом платье, украшенном серебристыми лентами. Оуэн расправил плечи и направился к ней, не зная, что скажет, когда подойдет.

– Алекс, потанцуйте со мной. – Именно эти слова слетели у него с языка, когда он приблизился к небольшой группе гостей, среди которых находилась Алекс.

Все леди уставились на него с удивлением. Наконец Кэсси – она первая пришла в себя – осведомилась:

– Оуэн, что ты здесь делаешь?

Не обращая внимания на сестру, Оуэн одарил Беркли полным ненависти взглядом.

– Отойдите, виконт, – проворчал он. – Мне совсем не хочется приглашать вас в сад, чтобы выбить там из вас дух. Но я это сделаю, если понадобится.

Беркли прищурился и тихо сказал:

– Что ж, попытайтесь. Хотелось бы взглянуть…

– Подождите! – воскликнула Алекс, топнув ногой, и все присутствующие посмотрели на нее.

– Что с тобой, дорогая? – Люси взглянула на свою молоденькую подругу.

– Я хочу знать… почему, – пробурчала девушка.

– Что почему? – поинтересовалась Джейн Апплтон, поправляя на носу очки.

Алекс не сводила глаз с Оуэна.

– Почему? – снова спросила она. – Почему вы хотите со мной потанцевать?

«Потому что я не могу не думать о тебе. Потому что стараюсь напиться, чтобы забыть тебя, хотя во всем королевстве не найдется такого количества бренди», – мысленно ответил Оуэн. Тихо вздохнув, он сказал:

– Потому что я хочу с вами поговорить.

– Оуэн, ты пил? – Кэсси с беспокойством взглянула на брата.

Не сводя взгляда с Алекс, он ответил:

– Да. Слишком много.

Беркли сделал шаг вперед.

– В таком случае я вынужден попросить вас удалиться.

Повернувшись к виконту, Оуэн проворчал:

– У вас-то я позабыл спросить, что мне делать, сукин вы…

– Подождите! – вновь перебила Алекс. – Скажите, милорд, почему вы хотите со мной поговорить?

«Потому что ты единственная, кто меня понимает. Потому что я скучаю по тебе, когда тебя нет рядом», – сказал себе Оуэн. Откашлявшись, он ответил:

– Мне нужно кое-что вам сообщить.

Вообще-то Оуэн не знал, что именно сообщит Александре. Но если ему удастся остаться с ней наедине, если удастся увести ее от Кэсси с ее подругами и от Беркли, черт бы его побрал, то он, Оуэн, непременно скажет… что-нибудь. Проклятье! Он настоящий осел! Пьяный осел! Возможно, следовало сказать ей именно это.

– Вчера вечером вам нечего было мне сказать, – продолжала Алекс. – Что-то изменилось?

– Оуэн, если у тебя есть, что сказать Александре… Думаю, тебе лучше сделать это здесь, – заявила Кэсси, явно беспокоившаяся за свою подопечную.

Сделав шаг в сторону Алекс, Оуэн пробормотал:

– Потанцуйте со мной… или прогуляйтесь в саду. Хотя бы выслушайте меня.

– Оуэн, я… – Кэсси вопросительно взглянула на девушку.

Но Алекс вдруг выступила вперед и проговорила:

– Хорошо, я пройдусь с вами. – Она направилась к высоким стеклянным дверям, ведущим на террасу, затем, на мгновение остановившись и обернувшись к друзьям, сказала: – Если я не вернусь через десять минут, выходите меня искать.

– Непременно, – произнес Беркли, с неприязнью поглядывая на Оуэна.

Двери закрылись за спиной Алекс, и она, миновав террасу, спустилась по каменным ступеням и вышла в сад. И ей не было никакого дела до того, что многие из гостей Хаверфордов видели, как она покинула зал вместе с самым отъявленным лондонским повесой.

Александра ужасно злилась на Оуэна из-за того, что он ворвался в бальный зал, устроил сцену и вел себя как самовлюбленный осел. Но на себя она злилась еще сильнее. Злилась на собственное любопытство, а также на свою неспособность отказать Оуэну. Ох, какое бы удовлетворение она испытала, если бы сделала это. Однако вспомнив, как она почти всю прошлую ночь проплакала в подушку, думая о том, как Оуэн проводил время с миссис Клэр, Алекс так и не нашла в себе силы, чтобы отказать Оуэну – ведь ей ужасно хотелось узнать, что он теперь собирался сказать…

Сделав три шага по усыпанной гравием дорожке, Александра развернулась так резко, что ее юбки с шорохом взлетели вверх, а густой локон, который Ханна оставила свисавшим из прически, упал ей на декольте.

А Оуэн шел следом за ней – такой красивый… и раздосадованный. Снова вспомнив, как плакала ночью, Алекс скрестила руки на груди и гневно посмотрела на Оуэна.

– Ну?.. – Она принялась топать ногой по гравию.

– Прогуляйся со мной, – произнес он, подходя ближе.

Оуэн предложил девушке руку, и та, принимая ее, тихонько вздохнула, стараясь не думать о вдове Клэр и о том, что произошло вчера вечером. Оуэн же свернул на самую уединенную из садовых дорожек, освещенную лишь несколькими свечами. Шагая с ним рядом, Алекс тихо напомнила: