Это по-настоящему - Эрин Уатт

Мы добираемся до прихожей, и тут УУ наконец немного отступает, прислоняется к стене и с мрачным видом смотрит на меня, скрестив руки на груди.

Я открываю дверь и… вижу на пороге Окли.

– Ой! – взвизгиваю я. – Что ты тут делаешь?

Он не успевает сказать ни слова, как у меня из-за спины слышится разгневанный голос УУ:

– Только не это!

21

ОН

1doodlebug1 @OakleyFord_stan№ 1 Она ужасно выглядит на фотках!

OakleyFord_stan№ 1 @1doodlebug1 Да она вообще ужасная. Не понимаю, что он в ней нашел

1doodlebug1 @Oaksgirl69 Как думаешь, он хорошо целуется? @OakleyFord_stan№ 1

OakleyFord_stan№ 1 @1doodlebug1 ЕЩЕ БЫ!!!! Лучше всех на свете

1doodlebug1 @OakleyFord_stan№ 1 Откуда ты знаешь??

OakleyFord_stan№ 1 @1doodlebug1 ну, просто это очевидно. Вы же видели язык????

1doodlebug1 @OakleyFord_stan№ 1 Она его не стоит.

OakleyFord_stan№ 1 @1doodlebug1 угу

– Какого черта он тут делает? – произносит этот придурок за спиной у Вонн. – Ты что, его приглашала?

Я перевожу взгляд с Вонн на этого ублюдка и обратно и задаюсь тем же вопросом. Что он тут делает? Она что, его приглашала?

– Нет, – говорит Вонн.

Ее слова режут меня будто ножом. Подумать только, а я-то приехал, чтобы извиниться!

– Ты не вовремя. – Она опять поворачивается ко мне. – Я немного занята.

А то я не заметил! На меня накатывает злость, хотя я не до конца понимаю ее причину. Когда мы все это начинали, я знал, что у нее есть парень. И постоянно над ним подшучивал. Но одно дело знать и совсем другое – увидеть воочию.

Этот унылый богатенький лузер торчит у нее дома! Наверное, у них был романтический вечер и я помешал. Может, они даже занимались сексом!

Я снова испытываю злость. Да ну, к черту! Не стоило вообще сюда приезжать. Надо было просто не обращать внимания на стыд, который грыз меня с самого утра, когда я бросил трубку. Но не думать об этом было невозможно. Через пару часов после встречи звонила мама, и я никогда не слышал, чтобы она была от кого-нибудь в таком восторге. Слушал, как она распинается, какая Вонн милая, добрая и умная, и стыд за то, как я поступил с ней вчера вечером, словно вгрызался в мой мозг.

Поэтому я явился сюда, приготовившись просить прощения, – но теперь, пока мы с этим мерзавцем сверлим друг друга взглядами, чувствую себя так, словно это она должна извиняться передо мной.

– У тебя что, проблемы со слухом? – холодно говорит УУ. – Она же сказала, что мы заняты.

Но я продолжаю стоять на месте.

– Пожалуй, подожду, пока вы закончите.

Боже! Я не собирался ничего подобного говорить. Но вид этого придурка почему-то заставляет меня злиться еще сильнее.

– А вот и нет, ты залезешь в свой лимузин, или на чем ты там приехал, и уберешься восвояси. Она сейчас не работает, придурок!

– О боже! – ахает Вонн.

– Что, теперь ты будешь платить ей зарплату? – как ни в чем ни бывало отвечаю я, хотя на самом деле эти слова меня задели.

– А мне и не нужно. Со мной она проводит время бесплатно.

– УУ, перестань! – Вонн почти кричит. Затем тяжело вздыхает и снова обращается ко мне. – Уходи, пожалуйста, – говорит она дрожащим голосом, который режет меня как ножом по сердцу.

– Как скажешь. – Я распахиваю дверь, но не могу сдержаться и не уколоть еще разок: – Хорошего вечера. Надеюсь, он стоит твоего времени.

Затем разворачиваюсь и ухожу к машине, игнорируя возмущение Вонн и ругательства, которыми сыпет УУ.

На лице Тая написано беспокойство, и одно это заставляет меня зарычать.

– Все в порядке? – спрашивает он.

– Она занята, – бросаю я. – Поехали.

– Куда?

Я уже тянусь за телефоном и пролистываю контакты, пока не нахожу номер идеального компаньона на сегодняшний вечер.

– Эй, Люк, не хочешь ли хорошенько накидаться?

– Всегда готов, – слышится в трубке бодрый ответ.

Даже если он и удивлен моему звонку, то не подает вида.

– Поехали в «Зе Хед»? А потом завалимся ко мне.

– Отличный план, братишка. Буду через двадцать минут.

Тай недовольно качает головой, но тут же останавливается – ему платят за то, чтобы он меня охранял, а не спорил. Парадоксальным образом от этого мне становится еще хуже. В моей жизни вообще есть хоть кто-то, кому я не плачу́?

– Женщины – это сложно, – говорит он.

– У тебя никого нет, Тай.

– Потому что женщины – это сложно.

К тому же те, которые тебе нравятся, работают на твоего же босса, – чуть было не огрызаюсь я. Но после того, как я только что поругался с Вонн, мне вообще не хочется открывать рот. Я глубже вжимаюсь в сиденье, прокручивая в голове то, что сейчас произошло.

Даже не знаю, что меня больше бесит – что у нее свидание с этим придурком или что она не возразила, когда он сказал, что она встречается со мной только ради денег. Что с ней? Она не понимает, сколько девушек пошли бы на преступление, лишь бы быть со мной? Я мог бы выдать адрес клуба в сети, и мои фанатки сровняли бы его с землей в стремлении хотя бы пальцем ко мне прикоснуться.

К тому моменту, когда мы подъезжаем к клубу, я ввожу себя в состояние праведного гнева. Тай тормозит и останавливает машину:

– Скажу менеджеру, что ты приехал.

– Не стоит, зайду так.

Мне нужно… что-то. Доза лести и восхищения.

Тай хмурится:

– Это слишком опасно.

Но, как любой хороший сотрудник, он знает пределы дозволенного. Он не говорит мне «нет», потому что это не в его компетенции. Я выскакиваю из машины и громко хлопаю дверью. Тай разражается потоком ругательств, но быстро присоединяется ко мне. Поначалу меня никто не замечает, но чем дальше я продвигаюсь, тем громче становится перешептывание, и наконец оно превращается в гвалт.

«Это что, Окли Форд? Черт побери, реально Окли Форд! Надо с ним сфотографироваться. Позовите его кто-нибудь! Окли! Окли! Окли!»

Ко мне тянутся руки. Какие-то девушки начинают прыгать через веревочные заграждения.

О чем я вообще думал?

Я ускоряю шаг, но затем понимаю, что просто не дойду до клуба, если не сделаю для них хоть что-нибудь, поэтому останавливаюсь, поворачиваюсь и машу им рукой:

– Я иду в клуб. Встретимся внутри!

Толпа бросается ко мне, Тай хватает меня за руку и затаскивает внутрь.

– Ну ладно, это было не слишком-то умно, – соглашаюсь я, запуская руку в волосы.